Оазис радости - Элис Детли

– Если бы все мамы и папы, сказала она, счастливо жили вместе со своими детьми, было бы лучше, но раз уж у нас не получилось, тогда ничего не поделаешь. Но только жениться без ее одобрения она мне не позволит.

Шейла не проронила ни слова. Молчал и Генри. После паузы он продолжил:

– Тогда я позвонил Маргарет. Мол, пора начинать процедуру развода. Договорились сделать это как можно быстрее и без обоюдных обвинений. Мне показалось, она восприняла все это спокойно. Похоже, письмо, которое ей послала Одри, сыграло свою положительную роль.

– А что там на самом деле было? Маргарет тебе сказала?

– Сказала. Одри сообщила, что между нами – тобой и мной – настоящая любовь. Настоящая, заметь! – Генри улыбнулся. – Что мы хорошо живем, и все это благодаря тебе. Между прочим, чистая правда!

Шейла почувствовала смятение. Все, только что услышанное, она давно пережила в мечтах, а опыт подсказывал, что подобные мечты почти никогда не сбываются.

Самое разумное в жизни – руководствоваться не мечтами, а фактами, действительным положением вещей, подумала она и сказала:

– Не понимаю, зачем Одри понадобилось посылать это письмо.

– В самом деле не понимаешь?

– Ей не следовало этого делать! – повторила Шейла.

– Возможно, ты права! – согласился Генри с таким чистосердечием, что она мгновенно сникла. – Однако Одри письмо послала, а Маргарет как раз из тех, кто не любит отдавать свое, вот и сорвалась в Лондон.

– Чтобы помешать? – высказала Шейла предположение.

– Хотя бы попытаться, по крайней мере...

– Даже несмотря на то, что ничего не происходит? – Шейла улыбнулась.

Генри понизил голос:

– Разве?

– А разве нет? Мы же не делаем ничего предосудительного, что достойно порицания.

– А что достойно порицания, на твой взгляд?

– Сам знаешь... – Шейла покраснела.

– Ну, мисс, вы опять пылаете, как маков цвет. И что же все-таки достойно порицания?

– Прелюбодеяние – вот что!

– Нарушение супружеской верности, да?

– Именно...

– А в мыслях?

– Что в мыслях?

– Прелюбодеяние в мыслях допускается?

– А у тебя дальше мыслей дело не доходит?

Генри расхохотался.

– Мисс, вы перехватили у меня инициативу! Только собрался перейти от мыслей к делу, а вы тут как тут!

– То есть?

Шейла смотрела на него в упор. У Генри потемнели глаза и участилось дыхание.

– Для начала хотя бы это...

Он притянул ее к себе и крепко обнял. Шейла прильнула к нему – громкое биение его сердца и ласковые руки лишили ее возможности сопротивляться.

– Если хочешь знать, я за эти два дня провернул массу дел. Мой адвокат связался с адвокатом Маргарет, и с сегодняшнего дня они приступили к подготовке к бракоразводному процессу. – Генри обвел указательным пальцем контур ее губ. – Хотелось сделать все, как положено, чтобы ты, милая, усвоила кое-что на всю оставшуюся жизнь.

– Например? – Она попыталась разомкнуть кольцо его рук, но Генри не позволил.

– Например, ты всегда будешь рядом со мной. Всегда. Ты и я, вместе...

– На этой тахте? – Она не верила своему счастью и постаралась за шуткой спрятать растерянность.

– Мне больше нравится двуспальная кровать, – нашелся Генри и поцеловал ее в губы.

– Генри, милый... – произнесла Шейла громким шепотом, отстраняясь от него и переводя дыхание.

– Тебе хорошо? – спросил он, когда его руки двинулись в путешествие по ее телу.

Вместо ответа Шейла сжала губами мочку уха Генри и потерлась щекой о его колючий подбородок.

– Мне кажется, я сплю и вот-вот проснусь, – сказала она погодя и, свернувшись клубочком, положила голову на колени Генри.

Он расстегнул пуговки на ее блузке и, глядя Шейле в глаза, быстро справился с застежкой лифчика. Когда его горячая ладонь легла ей на грудь, Шейла вздрогнула.

– Боишься?

– Ужасно! – призналась она. – Но все равно я испытываю... даже не могу подобрать подходящих слов.

– И не надо, милая! Я и сам не знаю, что прекраснее – целовать тебя или касаться.

Она тоже не знала. Но, к счастью, Генри успешно справлялся и с тем, и с другим. Шейла легла на спину, вытянулась и закрыла глаза. Он обнажил грудь и стал целовать соски.

Вот так сбываются мечты, подумала Шейла. Этого момента я ждала целых семь лет! А вдруг сломается тахта, купленная на распродаже по сходной цене?

– Генри...

Он поднял голову.

– Что, милая?

– Не здесь...

Он понял, улыбнулся уголками рта, поднял ее на руки.

– Где у тебя спальня?

– Генри, ради Бога, пусти меня!

– Ни за что!

– Я тяжелая, надорвешься...

– Милая, ты недооцениваешь мои физические возможности. Это во-первых, а во-вторых, своя ноша, как известно, не тянет.

Методом исключения Генри быстро вычислил, где дверь в спальню.

– У меня огромное желание высадить дверь в лучших традициях кинобоевиков! – пророкотал он.

– А что тебя останавливает? – рассмеялась Шейла.

– Я не знаю, что за дверью. Вдруг там какой-нибудь ковбой с парой кольтов?

Он распахнул дверь и остолбенел. Односпальная кровать была завалена пушистыми игрушками.

– Ну и ну! – Генри поставил Шейлу на ноги.

– Боишься, не поместимся? – спросила она с улыбкой.

– Прекрасно поместимся, моя хорошая! – И он смахнул Винни-Пуха, Братца Кролика и всех их друзей на ковер.

Обхватив ладонями лицо Шейлы, Генри заглянул ей в глаза и спросил:

– Не страшно?

– Сейчас уже нет.

– Почему сейчас?

– Потому что это ты!

Генри перецеловал один за другим все ее пальцы.

– Хочется, чтобы ты запомнила наш первый раз на всю жизнь. Мы делали вместе все, что делают супружеские пары: работали, отдыхали, воспитывали ребенка – только любовью не занимались. Но это мы быстро поправим. Шейла, ты хочешь заниматься со мной любовью?

– Хочу, очень хочу! – с жаром воскликнула она.

Он стал раздевать ее.

Как хорошо, что я надела новый гарнитур нижнего белья! – заметались ее мысли. Комбинация из натурального черного шелка... Черный кружевной лифчик...

Генри стянул с нее черные трусики с кружевными прошвами, Шейла переступила через них и закрыла глаза.