Чумовой развод - Алина Савельева

— А вот теперь точно выйдем, поговорим! — рассвирепел Лешка, вскакивая снова.

— Пойдем. Не вопрос!

Фух. Вот и да. Идите, прогуляйтесь. Я хоть вздохну свободно. Как шпион, следила за ногами мужчин, выглянув немного из-под стола, вытащив и нос тоже. Свежий воздух — ты прекрасен!

— Ушли! — сообщил мне пожилой мужчина за столиком рядом.

— Муж и любовник? — спросила его любопытная спутница.

— Нет. Ухажер и бывший, — выбираясь на затекших конечностях, не стала ей дерзить за то, что сует нос, все-таки в возрасте, да и правда, ситуация любопытная. Я бы и сама спросила.

— Бери того, с которым пришла, — посоветовала мне женщина, — второй уж слишком лощеный. Бабник, поди.

— В точку, —  согласилась я.

— А я на второго ставлю! — вмешался мужчина. — Как обычно, Мань? На желание? — уже о чем-то своем заговорила пара, а я поспешила скрыться в женском туалете.

Из зеркала на меня смотрела растрепанная и раскрасневшаяся Ирка. До сих пор потряхивает от случившегося. Адреналин и экстрим, видимо, не мое.

Из всех мыслей, вязкой кашей шевелящихся в извилинах, одна меня беспокоила больше других. Что тут делает Леша? С кем пришел и зачем? Надо это выяснить обязательно, иначе меня сожрет эта сволочь по имени ревность. Одно дело — подозревать, и совсем другое — увидеть это воочию. Пойду-ка я, выдеру космы этой мымре и тоже дам инструкцию по применению к Алешеньке!

С таким настроем я вылетела из туалета с целью испортить вечер бывшему, а в идеале — загнать под стол и его спутницу. Не одной же мне тут коленями пол протирать!

Мой боевой настрой сдулся сразу, как я вошла в зал обратно. Сергей сидел за столом один. А Леши уже не было в ресторане. Сколько бы я ни вертелась и ни пыталась его найти, он не появился. Маня довольно улыбалась своему престарелому спорщику, наверное, желание придумала. Выиграла же. А я, кажется, как всегда проиграла.

— Он уехал, — надоело Сергею наблюдать за моими метаниями, — он приезжал за заказом. Ирин, ты мне сразу скажи, любишь его еще? Мне не стоит время тратить?

— Не стоит. Но не поэтому. Отвезешь домой?

Сергей загрустил, да и я чувствовала себя неловко. Дурацкая затея, надо было с танцорами и Настей в клуб ехать. Скучать и терзать себя мыслями рядом с Чумой некогда.

— Ирин, может, перекусим? А то мне еще домой пилить часа два.

— Конечно. Мне тоже торопиться некуда.

К концу ужина напряжение немного спало, и мы с Сергеем даже нашли общие темы и интересы. Пусть и не такой приятный вечер оказался, но я успела прийти в себя. Сергей рассказывал много смешных историй из своей сельской жизни. И вообще оказался интересным собеседником. Жаль, что даже другом не смогу ему стать. Нет дружбы там, где у одного интерес больше, чем просто дружба. Так и останется просто знакомым.

Но, как оказалось, эти мысли посетили только меня. Сергей же упорно пытался назначить следующую встречу и звал к себе отмечать Новый год.

— Сережа, давай пока просто пообщаемся? По телефону. Я не готова, извини, — не стала я лукавить, когда он вышел из машины, чтобы проводить до подъезда.

— Хорошо, — поник он, но тут же улыбнулся, — я кое-что забыл! — метнувшись обратно в машину, выудил с заднего сиденья огромный букет роз.

Я аж прослезилась. Такой шикарный букетище мне не дарили. Но вот поморозил он их, конечно, зря.

— Это тебе! Ир, ты подумай, ладно? Я честно скажу, влюбился с первого взгляда. Ну не верил, что так бывает, а вот увидел тебя и… — неожиданно Сергей замолчал и, порывисто схватив меня, поцеловал в губы.

Да совсем не осторожно, как бывает при первом поцелуе, а прям по-взрослому! Пытаясь языком проникнуть в мой рот. От такой скоропалительности я опешила и не сразу его остановила. Но он и сам, поняв, что я не спешу ответить, отстранился, сказав тихо:

— Прости. Не сдержался. Иди. Какое твое окно? Я подожду, пока ты поднимешься.

Обернувшись на свои окна, я обмерла. В окне нашей гостиной, почти в темноте, только при включенной подсветке, стоял Лешка. Хоть и видно было только силуэт, но не узнать его я, конечно, не могла. Он не двигался. И смотрел скорее всего прямо на нас.

Во мне все оборвалось. В груди как будто разлетались ледяные осколки, но от них почему-то было жарко. Так жарко, что закипела кровь, зашумело в ушах. И во мне билось только одно желание, чтобы он не видел этот поцелуй. Хоть бы он подошел к окну позже. Ну пожалуйста!

— Ира? — не дождавшись от меня ответа, позвал Сергей.

— На другую… на ту сторону выходят окна. Не жди. Поезжай.

— Да, надо ехать. В городе опять переполох. Могу застрять.

Промелькнувшая мысль, что переполох, конечно, не произошел без участия Насти, тут же потерялась. И я думала только о том, как выйти из щекотливой ситуации. И не придумала ничего лучше, чем то, что лучшая защита это нападение. Поэтому, войдя в квартиру и увидев, что Леша все так же стоит у окна, не поворачиваясь в мою сторону, я ляпнула:

— Вот какие букеты дарят, когда любят! А не собирают «букетики» в командировках.

Так как Алексей Владимирович разговаривать не желал, продолжая демонстрировать мне свой зад, я швырнула букет на полку, уверенная, что он вскоре все равно полетит в мусоропровод. Вазу можно не доставать. И удалилась в комнату переодеваться. Входная дверь хлопнула, и я усмехнулась своей проницательности. Поволок цветы в мусоропровод, Отелло.

Выходя из комнаты, я была уверена, что меня опять ждут настойчивые требования и жаркие приставания, ну или наказание за свидание с Сергеем и поцелуй. Но в квартире было пусто, только разбросанные Лешкины вещи, которые он так и не удосужился собрать и переехать вместе с ними, валялись около дивана. И букет лежал ровно там, где я его бросила. Ничего не понимая, я пошла на кухню и в который раз за вечер чуть не окочурилась от резких скачков сердцебиения.

На столе был накрыт романтический ужин. Свечи, фужеры. Мое любимое вино. В углу валялись упаковочные коробки из «Белой совы». Вот зачем он туда приезжал.

Я совсем растерялась и запуталась. Сидя в одиночестве за столом и рыдая, все, до чего я додумалась, только позвонить Лешке. Но телефон бывшего был отключен. Развод был две недели назад, так почему же боль не угасает, а становится только хуже. Надо звонить Насте. Это единственная действенная пилюля. Иначе я свихнусь.

— Настя, бросай свой переполох и приезжай, — сквозь слезы попросила я подругу и отключилась, не желая слышать отказ или предложение приехать к ней.