Принц, Алёнушка и Волк - Варвара Корсарова

Подумать только, он летел сюда через ледяное безмолвие космоса, омываемый солнечным ветром! А теперь он тут, у нее на столе, на учебнике по макроэкономике! Жуть берет, когда это осознаешь.

Вдоволь намечтавшись, она убрала метеорит и взялась за работу.

После обеда явилась домработница и начала хлопотать: командовала курьерами из кейтеринговой службы, накрывала фуршет в большой гостиной. Апартаменты у Алёниных родителей были здоровые, на целый этаж. Алёна смутно помнила, как когда-то жила с отцом и матерью в тесной однокомнатной квартире, где в коридоре стояли отцовские лыжи и велосипед, а на кухне одновременно могли находиться лишь двое. И эти двое – ее мама и ее безалаберный дурашливый отец – постоянно ругались и даже таскали друг друга за волосы.

Закончив с уроками, Алёна взялась помогать домработнице. Мама ходила рядом в роскошном халате и отдавала указания. О вчерашнем Алёнином приключении она  больше не обмолвилась.

А вот Алёна думала о нем непрестанно.

– Мама, – вдруг сказала она, поправляя букет хризантем в вазе. – А давай заведем кота!

– Нет, – сразу отрезала Жанна. – Запах. Шерсть. Драные обои.

– У нас нет обоев. У нас дизайнерская венецианская штукатурка. А пахнуть кот не будет, если он кастрирован. И сейчас есть специальные средства для уничтожения запаха…

– Не-ееет! – пропела мама на мелодию арии из «Сильвы». – Вот будет у тебя свой дом,  там и заводи кого хочешь. Хоть свинью.

– Может, мне действительно пора съехать, – задумчиво заметила Алёна. – Многие мои одногруппницы живут отдельно от родителей. Подрабатывают, снимают комнаты…

– Я тебе сниму! – пригрозила мама и пошла наводить марафет: скоро должны были заявиться гости.

Алёна тоже принарядилась. Платье было в цветочек, пастельного оттенка, с трогательной пышной юбкой, на спине вырез, на талии бант. Все такое легкое, воздушное, как у наивной Наташи Ростовой, и очень дорогое, от Валентино.

Сейчас стиль «романтѝк» очень моден, настаивала мама. Алёна предпочла бы что-то попроще и повзрослее, но спорить не стала.

После обеда начали собираться гости. В квартире стоял гул и смех. Важные чиновники неторопливо беседовали. Молодежь хлестала коктейли как воду. Домработница ожесточенно трясла шейкером, сделав зверское лицо. Алёна скучала. Сыновья маминых знакомых на этот раз были потрясающе, исключительно, изумительно противные.

К ней подсел юноша с ровным мальдивским загаром и голливудскими зубами и завел беседу. Тему выбрал самую для него интересную: он сам и его успехи.  Соловьем разливался о том, какой он молодец и всего в жизни добился сам. В двадцать пять лет и бизнес у него свой, и квартира в центре города, и «Порш Кайенн», и двадцать тысяч подписчиков в его блоге про личностное развитие. А нищеброды только и умеют, что жаловаться, а сами палец о палец не ударят, а возможности нынче есть у всех, было бы желание, и каждый сможет того же добиться!

Алёну так и подмывало сказать в стиле Жеки: «Солнце, хорош брехать!» Она знала, что  квартира юноше досталась от бабушки, бизнес ему мама купила, а «Порш» – папа.  Но она вежливо молчала и тянула через трубочку безалкогольный мохито. Пустое и неблагодарное дело пытаться убедить брехло в том, что он – брехло.

Однако вскоре от чужой болтовни и душной, негативной энергии собеседника разболелась голова. Отчаянно захотелось сбежать куда глаза глядят, и от музыки в стиле «джаз лаунж», и от запаха лука в канапе, и от гула голосов.

Уж лучше бы она в библиотеке сидела. Там тихо, культурно, пахнет свежей бумагой и компьютерным пластиком.

А еще лучше – вот бы опять мчаться по деревенским дорогам на мотоцикле! И сердце подпрыгивает и ухает, когда мотоцикл взлетает на горку или резко наклоняется на повороте!

И тут зазвонил телефон. Номер был незнакомый. Алёна извинилась, вышла, нажала кнопку и сказала:

– Слушаю!

– Солнце, спустись во двор на пять сек, – лениво произнес Жекин голос. – Я тебе привез кое-что.

 Алёна огляделась: гости занимались своими делами, мама болтала с важным дядькой из городской администрации. Однако Жанна заметила, как дочь по стеночке пробирается к прихожей. Она оторвалась от собеседника и поинтересовалась шутливо, но с нотками недовольства:

– Дщерь моя, ты куда? Мы тебе надоели? На кого ты нас покидаешь?

– Выйду во двор на минутку, однокурсница материалы привезла, – лихо соврала Алёна и выскочила за дверь – как была, в платье и балетках, даже куртку не набросила.

О чем тут же пожалела. День выдался прохладный, накрапывал дождик. Сумерки были не за порогом.

Жека припарковался за автоматическими воротами, закрывающими въезд на территорию дома. Без Алёны и ее пульта внутрь он попасть, само собой, не мог.

Мотоцикл стоял на подножке, а пилот в кожаной куртке отдыхал, живописно оперевшись о сиденье и сложив руки на груди. Из будки за ним бдительно наблюдал охранник, с детской площадки восторженно глазели два шкета лет десяти.

Алёна вышла за ворота. Жека поднял голову и окаменел. Алёна покраснела от удовольствия. Платье произвело правильное впечатление. Жека покачал головой, усмехнулся и заметил:

– Отлично выглядишь, подруга. Розовенькая, как пирожное меренга. А очки где потеряла?

– Я в линзах, – Алёна сцепила руки за спиной, выпрямилась и церемонно поздоровалась: – Добрый вечер, Евгений.

– Добрый, – буркнул тот. – Я твои шмотки привез. Надежда Абрамовна все постирала и выгладила. И еще вот...

Он повернулся и извлек из кофра пакет с Алёниными вещами и плетеный кузовок, полный опят.

Алёна всплеснула руками от удивления.

– Я, собственно, прямиком из леса, – сурово доложил Жека. – Грибная охота удалась. Свои грибы домой завез, и сразу к тебе. У меня дела нынче в городе, вот и прихватил заодно.

– Спасибо, – растерялась Алёна. – И что мне с ними делать?

– Можно суп сварить, можно пожарить, – пожал Жека плечами. – Насушить.

Алёна стояла в цветочном платье, с одежным тюком в одной руке и коробкой грибов в другой и не знала, плакать ей или смеяться. Жека иронично поднял одну бровь и, казалось, радовался ее замешательству.

– Кстати, у тебя хвоя в бороде, – сказала Алёна от растерянности. – Если я похожа на меренгу, то ты похож на лешего.

Жека лениво провел пятерней по подбородку и вытряхнул из бороды остатки леса.

– Тебе привет от Каримыча. Просил передать, что если ты ему еще хоть раз попадешься, он заставит тебя драить гальюн зубной щеткой в качестве отработки. Но кот теперь твой, и чтоб тебе пусто было,  – это его слова.

– Пф! – выразила свое презрение Алёна.

– От ветеринара Колодина тоже привет. И вопрос: у него есть знакомая девочка в поселке, отец хочет ей кота подарить. Может, пристроим твоего Мурзика? А то у тебя мама и все такое.