Найди меня среди шторма - Кира Мон

День проходит спокойно. Единственный плюс в ситуации с Уиллоу и Шейном – мама прекратила звать меня к себе по всяким пустякам.

Однако то, что теперь она вообще больше ни с кем не общается, положение никак не улучшает, и это признает даже Сюзанна.

– Наверное, мне все-таки стоит приехать, – заключает она, после того как я рассказываю ей, как обстоят дела в «Морских ветрах».

– Да, наверно, все-таки стоит. – Именно поэтому я ей и позвонила. Надеюсь, общими усилиями нам удастся справиться. – Мы обязаны как-то ее вытащить, это не может продолжаться вечно. Я боюсь, что такими темпами у нее начнется депрессия или что похуже.

– Кто знает, возможно, она уже в депрессии, – соглашается Сюзанна. – Когда мне приезжать?

– Завтра я буду занята с новыми постояльцами, давай в воскресенье? Или лучше в понедельник? – добавляю, вспомнив, что состоится в воскресенье в «Брейди».

– Это немного рано, но я посмотрю, получится ли у меня выбраться во вторник или самое позднее в среду, хорошо?

– Спасибо, Сюзанна.

– Не за что тут благодарить, не ты же во всем этом виновата.

А чувствуется уже как раз наоборот. Когда мама только вернулась в «Морские ветры», я не сомневалась, что сумею поднять ее подавленное настроение. Однако сегодня утром она едва на меня взглянула и после завтрака с запасом тостов тихо и неприметно вновь удалилась к себе в комнату. Тот факт, что она явно начала прятать там еду, уже даже не на грани, а, по-моему, далеко за ее пределами. Тем более с недавних пор она еще и запирается.

Остается лишь надеяться, что Джош и миссис О’Брайен не заметят наши с мамой натянутые отношения. Время после обеда тянется медленно. Дом сегодня кажется мне унылым, и то, что я по очереди раздумываю о том, как нам с Сюзанной провести беседу с родительницей и что стряслось с Лив, тоже не очень-то помогает. Вечером я просто счастлива наконец отправиться в паб, вместо того чтобы хвататься за все дела подряд в «Морских ветрах» и при этом беспрерывно вспоминать, что мама в плохом настроении сидит у себя в комнате.

Желтая листовка так и висит на двери, когда я подхожу к «Брейди». Внутри оживленно, как и в любой пятничный вечер, и Сиенну я вижу лишь мельком.

– Лив уже здесь? – кричу в спину подруги, а она коротко оглядывается и мотает головой.

– Вроде бы еще нет.

Чтобы больше не задерживать Сиенну, заказываю выпивку в баре и терпеливо жду, пока Нилл передаст через стойку мой бокал. В надежде, что один из них освободится, я не выпускаю из поля зрения ближайшие ко мне столики.

– Привет, Айрин. – проходя мимо, кивает мне Эмили.

– Привет, – киваю в ответ.

Проводив ее взглядом, буквально замираю, стоит увидеть, кто сидит за двумя сдвинутыми столами, к которым она направляется. Эбигейл, Клодаг, Шивон, еще парочка человек, а среди них…

– Привет! Прости, немного опоздала, я… о, там что-то освободилось!

Лив хватает меня за руку и тащит несколько метров до столика, из-за которого в этот момент поднялись двое мужчин.

– Привет, Томас, вы уже уходите, да? – Подруга уже закидывает свою куртку на спинку стула.

– Привет… вообще-то да, но если вы присоединитесь к нам, думаю, мы бы еще посидели, – отвечает Томас, невысокий худощавый парень в очках и с приятной улыбкой. – Или как, Алфи?

– Конечно, спокойно оставайтесь, – говорит Лив. – Мы как раз хотели обсудить всякие женские делишки. Мне нужна парочка советов по поводу периодических болей. Может, вы тоже что-нибудь знаете?

– Тогда хорошего вечера.

Лив бросает на парней быстрый взгляд, прежде чем сесть и потянуть меня за собой.

– Уфф. Как я рада снова оказаться здесь. Люблю Дублин, но уже через два-три дня меня там все бесит до чертиков.

– Прямо все? Или только конкретная дамочка по имени Сэди? – интересуюсь я и, не сдержавшись, кошусь мимо Лив на столик, за которым разместились Эбби и Эмили. Джош сидит между двумя девушками, которые пялятся на него так, словно он избранный.

Внезапно он поднимает глаза, и наши взгляды встречаются. Я молниеносно поворачиваюсь обратно к Лив, которая в эту минуту машет Меган, прося подойти к нам.

– Забудь о Сэди. – Она подается вперед и улыбается официантке. – Джин-тоник, пожалуйста. – Потом откидывается на своем стуле и снова становится серьезной. – Я узнала имя своего отца.

– Что?

– Я давно просила дедушку обработать мою мать. Мне бы она наверняка никогда не рассказала, но ему вот удалось.

Я шокированно таращусь на подругу. Знаю, как сильно она переживала, что родительница отказывается сообщить хоть какую-нибудь мелочь касательно ее отца. Отношения между Лив и ее матерью… назвать их плохими было бы преуменьшением. Учитывая все, чего наслушалась от подруги, я готова с ней согласиться, что мать никогда не сможет ее полюбить.

– Ты уже пробовала с ним связаться? Кто он?

– Нет, не пробовала. Он все еще журналист и живет в Швеции. Если то, что мама сказала дедушке, правда, то он женат и у него есть дочь, которой сейчас пятнадцать лет.

– О боже, Лив, и что ты будешь делать?

– Еще не решила.

– Полагаю, у тебя есть его номер?

– У меня есть его номер и почтовый адрес, поэтому я знаю, где он живет. Несмотря на то, что мама его ненавидит, видимо, она никогда по-настоящему не спускала с него глаз. Спасибо, Меган.

Бокал Лив еще не успевает коснуться подстаканника, как она хватает его и отпивает большой глоток.

– Я могла бы хоть сейчас взять мобильный и позвонить, но что именно ему сказать? Он даже не в курсе, что я существую. Не могу же я… не могу же я ни с того ни с сего появиться в его жизни.

Я прикасаюсь к собственному стакану.

– Да, у него есть еще одна дочь, но и ты его дочь тоже. Лив, тебе не приходило в голову, что он, вероятно, хотел бы об этом знать?

Она тяжело вздыхает:

– Понятия не имею. Это ведь не то же самое, как если бы он меня бросил. У него есть жизнь, в которой мне может не найтись места. Что, если его жена придет в ужас? Или я вдруг переверну его жизнь вверх дном одним лишь фактом своего существования?

– Вспомни о Нилле и Эмми.

Теперь уже практически всем в Каслданнсе известно, что Нилл познакомился со своей дочкой, когда ей исполнилось четыре года.

– Эмми была еще ребенком.

– Ты ребенок своего отца.

– Да-да. – Лив в два глотка осушает свой бокал. – Но… что, если я ему не понравлюсь?

В эту секунду моя подруга кажется невероятно юной. У меня никогда не получалось представить себе, каково это: расти с матерью, которая день за днем показывает, что она тебе не рада. Однако сейчас, глядя на Лив, я вижу это своими глазами. Если и отец отреагирует хоть в малейшей степени негативно, если ужаснется или просто оттолкнет ее…