Вкус одержимости - Елена Лабрус

— Алло! Ника? Ника! Ты меня слышишь?

Связь была такой херовой и голос у неё таким испуганным, а потом запыханным, что на какой-то миг мне показалось: она была в подвале. В моём подвале. Там, где ей точно нечего делать.

Куда ей категорически нельзя ходить!

Я проехал на красный, выругался, что даже по телефону она умудрилась вывести меня из себя. И вместо того, чтобы спросить, как у неё дела и всякие бла-бла-бла и ми-ми-ми, которые так настойчиво крутились в голове, что я даже полез в карман за телефоном, выдал порцию отборной брани, чистейшего гнева и ослепительнейшего раздражения, а потом бросил трубку.

Злой на неё, на себя, на весь мир.

Будет большой удачей, если к тому времени, как я вернусь, она ещё не сбежит, а просто проплачет до моего приезда.

Дьявол! Да что со мной не так? Было немало моментов в моей жизни, когда я сам себя ненавидел, но сейчас просто эталонный момент, когда нужно пойти и убиться об стену.

Лучше бы вообще не звонил!

Я ударил ладонями по рулю. Выдохнул. И пообещал себе, что исправлюсь. Что если приеду, а она не ушла, всё исправлю. Буду душкой, зайкой, паинькой, ну или хотя бы просто взрослым адекватным человеком. Я же могу? Да как два пальца об асфальт!

Именно с таким настроем я повернул к сраной Андреевке.

И даже обрадовался, увидев Шерлока.   

— И что мы тут делаем, Уильям Шерок Скотт Холмс? — хлопнул я дверью машины и, глянув в душное марево неба, уже пожалел, что вышел.

Ну ладно, не обрадовался, но точно не расстроился, когда его увидел, чего нельзя было сказать о моём сыщике.

Детектив курил, меланхолично ковыряя носком летней туфли заплёванную траву у такой ужасной стелы, что это покосившее бетонное сооружение с торчащей арматурой органичнее всего смотрелось бы у входа в ад.

И надпись «В добрый путь!» как никогда соответствовала бы случаю.

— Заглянем кое-куда, — затушил он окурок о выщербленный бетон. Коротко пожал мне руку. И кивнул на мою машину. — Только поедем на твоей. Моя тут примелькалась.

  — Да как скажешь, — равнодушно пожал я плечами.

Он достал из своей недешёвой, кстати, колымаги (а неплохо нынче зарабатывают частные сыщики!) узелок, напомнив с ним в руках ёжика в тумане. Но, когда забрался на переднее сиденье, я невольно сморщился. Запах пит-стоповской еды из пакета, табака и перегарища в кондиционированной и озонированной прохладе салона резанул в нос как нашатырь.

— Ты что-то отмечал что ли, Шерлок? — скривился я и вывернул руль в указанном его рукой направлении.

— Скорее заливал, — вздохнул он и кинул на приборную панель резинку для волос со знакомыми красными бусинами, что я ему дал накануне.

— У-у-у, — понимающе кивнул я, хотя ни черта не понимал, но жопой чуял личную сердечную трагедь.

— Ага, — швырнул он рядом ещё одну точно такую же резинку, окончательно уверив меня в правильности предположения, что в его нечеловеческих мучениях виновата дама: таким кислым я его никогда не видел.

— Не поделишься?

— Ты первый, — шумно выдохнул он, отворачиваясь к окну. — Ты же сказал у тебя там какие-то новости.

— Ну уж нет! Ты начал первый, ты и рассказывай.

— Не всё сразу, — показал он направо, потом махнул двумя руками как заправский регулировщик прямо.

И пару секунд изучая его осунувшееся угрюмое и небритую харю, я не стал настаивать. Захочет — расскажет.

— Погоди, а мы случайно не вон к тому дому, где покосился забор? — подался я к рулю, выглядывая в лобовое стекло.

— А ты здесь уже был? — удивился он.

— Я же тебе говорил, что я в радиусе сорока километров, я в каждую дыру лично заглянул ещё два года назад, когда искал разбитую машину. И с того времени, скажу тебе честно, здесь не многое изменилось. Этот гараж помню отлично.

— Это дом Третьего, — пояснил Шерлок. — На сходняк он вчера так и не явился. Мать сказала, что даже пожрать в «Пит-Стоп» не заезжал.

— Не заезжал? На чём же он ездит?

— На мокике, как большинство местных. Тут напрямки, по ебеням.  

— Какого ж чёрта мы тогда здесь делаем, если он в бегах?

Я припарковался я как раз напротив добротного бетонного гаража. Под аккуратным тяжёлым асбестоцементным забором, что к нему примыкал, треснул фундамент, подмытый дождём. Покосившийся пролёт подпёрли доской. И вид этой старой доски, похожей на костыль, никак не вписывался в здоровый ухоженный вид усадьбы.

— Шерлок, если он сбежал… — начал было я.

— Доверься моей интуиции, — перебил детектив и спрыгнул на землю, не забыв прихватить свой узелок. Внимательно осмотрев доску, пригнулся и исчез в дыре забора.

И мне ничего не оставалось, как последовать его примеру.

В палисаднике набрали цвет высокие георгины. Я пересёк его по дощатой тропинке. Пакет с едой Пинкертон положил на землю у гаража, словно обозначив моё место. Сам же, прикрываясь от солнца руками, заглядывал в окна дома, вскарабкавшись на завалинку.

Прогулявшись вдоль гаража, я заглянул в дровяной сарай.

Дрова, дрова, дрова. Дрова.

— Не там ищешь, — спрыгнул детектив. И показал на гараж.

— Он пустой, — недоверчиво прищурил я один глаз.

— Это тебе так только кажется, — прижал он пальцы к губам, призывая к тишине, и осторожно, двумя руками, чтобы не скрипела, открыл настежь неплотно прикрытую дверь.

Свет, что проник в стылые, тёмные и пустые, как я и говорил, внутренности помещения, упал на бампер у стены, фару и другие запчасти.

— А это ты видел, когда был здесь прошлый раз? — шёпотом спросил Шерлок, показывая на железки.

— Конечно. Это от Нивы, — присел я на корточки и ткнул на логотип по центру прислонённой к стене решётки радиатора. — Старый добрый ВАЗ-2121. Бампер Нивы при столкновении будет вот здесь, — ударил я ребром ладони по колену. А надо чтобы был вот здесь, — разогнулся и провёл сантиметров на сорок выше, куда пришёлся низ удара. — Нива осталась хозяйке от мужа. Вот только не знал, что его убили. Насколько я помню, машину она продала.

— Смотри, — сдвинув в сторону какой-то хлам, поднял Олег тряпку, показав мне плохо спрятанный мокик.

— Что и следовало доказать? Хочешь сказать, что пацан прячется где-то здесь? — шёпотом переспросил я.

— Прямо здесь, — так же шёпотом ответил он и показал на деревянный шит, что прикрывал по центру пола смотровую яму, как в автомастерских.