Ты озарила мою жизнь - Лиз Филдинг

— Тогда тебе лучше надеть бронежилет. — Неожиданно Эми кое-что сообразила. — Дороти… Как ты попала в дом?

— Я ее впустил.

Эми показалось, что она услышала голос Джейка. Она могла поклясться, что он стоит позади нее и дышит ей в затылок.

У нее начались галлюцинации. Да, именно галлюцинации. Весь день она убиралась в офисе и переработала. К тому же она только что пережила головокружительную эйфорию, которую почти мгновенно сменило жестокое разочарование. Наверно, у нее зашкаливает давление.

— Дороти… — повторила она.

— Тебе не следовало отсылать ее.

Эми обернулась. Видимо, ей чудятся не только звуки, но и люди… В кухню вошел Джейк.

— Тебе не следовало отсылать ее, не сообщив мне. Если бы я знал, что ты одна… — Он запнулся.

— Зачем тебе тратить время на заботы обо мне? — спросила Эми насмешливо. Насмешливо! Пять минут назад она обещала себе, что больше не будет играть, бросится к Джейку в объятия и скажет ему, что он озарил ее жизнь. — Черт возьми! — Эми остановилась, перевела дух и закрыла глаза.

— Что?

— Ничего. Просто схватки Брэкстона Хикса.

— Мышцы матки сокращаются. Знаю.

— Конечно, знаешь.

— Раньше они у тебя были?

— Да. Я знаю, о чем говорю, так что для паники нет причин. Я не собираюсь рожать на полу гостиной.

— Лучше бы я ходил с тобой на все занятия.

— Ты занятой человек.

Но Джейк отказывался быть отвергнутым. Он протянул к Эми руки, обнял ее и теперь держал в своих объятиях.

— Для меня нет ничего важнее тебя. Ты думаешь, я о тебе не беспокоюсь? — Он смотрел на нее с высоты своего роста с ужасно серьезным выражением лица. — Каждую минуту дня и ночи?

— Где ты был, Джейк? Что делал?

— Зарабатывал прощение. Приводил свои дела в порядок. В ближайшие недели, месяцы и годы мне потребуется много времени, чтобы стать тем отцом, каким я хочу быть. А ты где была сегодня? Я приехал сюда с подарками и нашел темный и холодный дом. Почему ты отослала Дороти?

— Ты разве не знал?

— Узнал только час назад. Иначе я бы засуетился раньше. К счастью, Мэгги знает свое дело.

— Она действительно купила дом?

— Меньше чем за неделю. — Джейк ухмыльнулся. — Агент по продаже недвижимости, наверно, был очень удивлен. Так где же ты была?

— Нигде. Просто прибиралась на работе.

— Вила гнездо?

— Чепуха. Что ты делал у Майка?

— Сейчас покажу. — Джейк отворил дверь гостиной.

Огонь в камине горел ярко, ослепительно ярко.

— Что… Ты купил колыбель? Ту, которую мы видели?

— Нет.

Эми шагнула в комнату. Огонь камина отражался от сверкающего полированного дуба.

— Ты помнишь, что сказала в тот день, когда мы увидели ее?

Джейк вел себя как-то по-другому. Его глаза стали мягче…

— Не помню. Что-то о человеке, нашедшем именно то дерево, что нужно, и срубившем его… — Она замолчала и оглянулась. — Только не говори мне, что ты ходил по лесу в зеленом наряде со своим верным топором.

— Не буду. Но я выбрал древесину для колыбели и с помощью Майка обработал ее. Колыбель выглядит достаточно простой, но для того, чтобы сделать ее, мне потребовались недели.

— Так ее сделал ты?

— Для тебя. Для нашего ребенка.

«Нашего ребенка…» Слова Джейка прозвучали прелестно! Эми опустилась на колени и прижалась щекой к гладкому дереву, вдыхая запах воска, прикасаясь к белому льняному белью, ждущему новой жизни.

— Джейк Холлэм! Ты доводишь меня до края, и я думаю: ну вот, Эми Джонс, ты все испортила, и он больше не вернется. А потом ты поражаешь меня чем-нибудь.

Она почувствовала новую схватку, сильнее, чем раньше. Эми подождала немного, пока болезненное состояние не прошло.

— Ты и бизнесом так занимаешься? — спросила она. — Сводишь с ума клиентов? Приводишь их в отчаяние, заставляешь вставать на колени?

— На коленях стою перед тобой я, Эми. Я спрашиваю тебя, сможешь ли ты когда-нибудь простить меня за то, что я вел себя так упрямо, так глупо.

Джейк встал на колени и взял ее за руку.

Дороти вбежала с чаем на подносе.

— Запеканка в микроволновой печи. Поставьте туда яблочный десерт, когда будете накрывать на стол. В холодильнике есть мороженое. И не беспокойтесь о посуде: завтра утром я первым делом займусь ею.

— Спасибо, Дороти.

Ни Джейк, ни Эми не говорили ни слова, пока не услышали, как закрылась дверь. Потом она спросила:

— Хочешь чаю?

— Единственное, чего я хочу, быть с тобой. — И через секунду Джейк поцеловал ее, мягко, нежно, любяще, обнимая так, словно она была сделана из яичной скорлупы. — Мы плохо выбрали время, — добавил он, и новая схватка изогнула тело Эми.

— Нельзя плохо выбрать время для любви, — возразила она, когда схватка прошла. — У нас масса времени. — Эми закрыла глаза, желая продлить эти минуты, зная, что они особые. — Я родилась здесь. В этом доме. Он принадлежал еще моей бабушке.

— Я так мало о тебе знаю. — Джейк потерся щекой о се волосы.

— Больше, чем я знаю о тебе. Где ты родился, Джейк?

— Мое детство не походило на твое. Моя мама посчитала бы такую жизнь слишком… деревенской.

— То есть?

Джейк крепче прижал Эми к себе.

— Она облюбовала баснословно дорогой роддом, где меня можно было родить в роскоши, с минимальными неудобствами для всех, кто имел к этому отношение. Пренебрегают не только бедными, Эми.

— Был ли там твой отец, когда ты родился?

— Мой отец, человек, с головой погруженный в бизнес, находился в Гонконге по делам. Я в очень раннем возрасте узнал, что во всем похожу на него.

— Нет.

— Да, Эми. Я получил двойную дозу генетической целеустремленности. Моя мать наняла няньку и неделю спустя присоединилась к нему.

— Она бросила тебя?

— Я же не приносил дохода.

Эми накрыла ладонь Джейка своей.

— Почему? Если она не хотела ребенка… И он не хотел…

— Нет, он хотел. Их деньгам, имуществу нужен был подходящий наследник. Отец слишком поздно обнаружил, что дети — это масса проблем. Они создают беспорядок, с ними бывает трудно справиться. Они отчаянно требуют внимания. Я не был послушным мальчиком, Эми. Приученный няней восхищаться влиятельными друзьями своих родителей, я обнаружил, что повторять какое-нибудь новое подслушанное слово — это значит обратить на себя внимание. И амплуа плохого мальчика привлекло ко мне гораздо больше внимания, чем когда-либо.