Синдром второго шанса - Лаванда Риз

В этой любовной горячке мы не сказали друг другу ни слова. Болела каждая мышца. Его сексуальный натиск довёл меня до полного истощения, и мой опьяненный организм впал в упоительно-сладкий коматоз.

Но моё блаженство не длилось вечно, на его место тут же шустренько заползли гадкие и мерзкие подозрения, когда я не обнаружила Эйдана в своей постели. Он просто ушёл пока я дремала, не оставив ни сообщения, ни какого-нибудь другого банального намёка. И … как гром среди ясного неба – я почувствовала себя полной идиоткой, позволившей себя использовать, игрушкой в их партии с Натаном. Словно этим поступком Эйдан ставил моему покойному мужу шах и мат.

Так скверно я ещё себя не чувствовала. Люди, как правило, не использовали меня, потому что я в них редко ошибалась. И тут такой удар по моему самолюбию и женской гордости! Хотелось отчаянно завизжать от злости!

Мой взгляд остановился на часах – половина седьмого вечера.

«Что ж, он как раз успевает».

Нет, я не буду сходить с ума по Эйдану Прайсу! Обалденная внешность! Нужно ещё чтобы был мужиком не только в постели, но и в поступках! Если на то пошло – это я трахнула его напоследок, а не он меня!

Быстро одевшись, соображая не совсем взвешенно, я прыгнула в машину, рванув по улице, рассекая лужи, пока ещё не зная, куда же меня несёт.

Мне нужно было двигаться. А ещё сильнее я нуждалась в друзьях, в том, кто сможет выслушать и подставить плечо, в родственной душе, и пора было уже их заводить, если уж я больше не вернусь в свой мир.

Я просто бесцельно колесила по улицам, присматриваясь к мелочам, словно патрулируя город. Моё чутьё сработало, как только мой взгляд поймал мальчика. Он шёл, оглядываясь по сторонам, растерянный, заблудившийся. Но, возможно, он кого-то искал. На вид мальчишке было лет двенадцать, явно из малообеспеченной семьи, судя по поношенным давно не стираным джинсам и мятой куртке. Что-то подтолкнуло меня выйти и пройтись за ним пару кварталов.

– Ты кого-то потерял парень? – окликнула я его, когда мы свернули в тупиковый проулок. – Уже довольно поздно, чтобы бродить по городу.

– Тебе какое дело? Ты что коп? – обернулся ко мне грубый и обозлённый подросток. – Своих дел нет?

– Представь себе нет, а вот до тебя дело есть. Помощь нужна?

– Обойдусь! Иди куда шла, если ты по этим делам, то я телом не торгую дамочка!

– Гм, никогда не думала, что похожа на педофилку. Знаешь, у меня сегодня выдался очень паршивый день, и я совсем не прочь покопаться в чужом дерьме лишь бы не думать о своём, – несмотря на ежистость мальчугана я разговаривала совершенно спокойно, хотя сегодня мне это давалось с огромным трудом. – Так что ты ищешь?

– Притон одного урода. Ты не отстанешь да?

– А-а, – покачала я головой. – Давай координаты, поищем вместе. Страшно хочется набить кому-то рожу, может, твой урод сойдёт.

– Это рядом с ночным клубом «Эталон», – нехотя выдавил пацан, смерив меня недовольным взглядом. Настоящий волчонок!

– Если не боишься, что я тебя укушу, придётся со мной прокатиться, этот клуб далековато отсюда. Моя машина здесь рядом.

И на удивление мальчишка поплёлся за мной, уверенно усевшись на переднее сиденье.

– Я не ссыкло, но лицо я тебе испорчу, если полезешь ко мне, – угрожающе выдавил он.

– Ишь ты какой! – этот его тон заставил меня усмехнуться. – Так зачем тебе этот тип?

– Его обслуживает моя мать.

– В каком плане?

– Она шлюха! – вызывающе бросил мальчик, с таким же озлобленным вызовом посмотрев в мою сторону.

– Позволь узнать твоё имя, умник?

– Не позволяю. Может, расскажешь что-нибудь о себе для начала? – а он был не прост. С характером!

– Меня зовут Кира. Я жду ребёнка, мой муж погиб чуть больше месяца назад. Один человек сегодня поступил со мной очень некрасиво, и я пытаюсь прийти в себя, выпытывая у одного задиристого хулигана его имя.

– Мэтью Арт, – хмыкнул мальчишка. – Может, ты мне ещё и денег дашь, вдруг тебе полегчает?

– Да вы нарываетесь молодой человек! Не привык, что тебе могут чистосердечно помочь? Где ты вырос, в дебрях?

– В резервации, – снова в его голос вернулась озлобленность. – И ты помогаешь мне не просто так, ты играешься в добрую тётеньку, чтобы не выть от одиночества.

– Ты меня уделал. Какой же ты прозорливый ребёнок! – теперь съязвила я.

– Мы уже приехали! Остановись сейчас же! – воскликнул он, подпрыгнув на сиденье, указывая куда-то пальцем.

В тот момент, когда мы уже собрались выйти из машины, из двухэтажного, стоявшего в стороне от дороги, утопленного в ночных сумерках здания вдруг с воплями выскочила девушка, которую тут же нагнали двое мордоворотов, потащив её обратно за волосы. На всякий случай я потянулась к бардачку.

– Сиди здесь малявка, что-то мне подсказывает, что детям там не место, – приказным тоном бросила я, засовывая пистолет себе за пояс. – Как зовут твою мать?

– Анжела. И я не ребёнок к твоему сведению. Я пойду с тобой Кира и точка! – уперся Мэтт. Жаль, наручников у меня не было, а то бы я приковала этого несносного мальчишку.

– Ты что не понимаешь, что там опасно? Не то что ты, по сути, и я не должна туда соваться. Но в отличие от тебя я умею стрелять и обезоруживать преступников.

– Так и знал, что ты коп, – гневно сплюнул мальчишка.

– Я не из полиции, это у меня хобби такое. Если твоя мать там, я найду её, но ты будешь сидеть и ждать меня здесь. Ясно?

– И не подумаю! Что ты мне сделаешь? Обещаю быть осторожным, и кто-то же должен прикрывать твою задницу.

– Ты просто клад, скажу я тебе, – процедила я, понимая, что с его упрямством мне не справиться.

Мы просто шли на крики. Я с оружием наготове впереди, Мэтт сзади. Картина шокирующая и отвратительная даже для меня. К насилию никогда невозможно привыкнуть, и я была в ужасе, что это увидел ребёнок. Грубый звериный секс, по несколько мужиков на одну женщину. Одна из них была той длинноволосой девушкой, вторая казалось была уже без сознания.

– Ваша оргия окончена! – первый выстрел я сделала в воздух. Люди, которых даже сложно назвать мужчинами всполошились как крысиное гнездо, кто-то ринулся врассыпную, но двое из них выхватили оружие. Отшвырнув Мэтта за угол, я пригнулась за креслом. Наша перестрелка была кратковременной, один из них всё-таки удрал, второго я ранила.

– Мам! – мальчик бросился к бесчувственной женщине, я к подстреленному выродку, оттолкнув его револьвер носком ботинка. Одновременно удерживая его под прицелом, я шарила в кармане в поиске своего телефона. Безрезультатно, всё-таки я его забыла дома.

«Опять и снова. Теряю хватку»

Подонок матерился, что-то скулил о незаконном вторжении, и даже о своих правах. Мне ужасно хотелось отстрелить его половые признаки, но во мне всё ещё срабатывала прошлая выдержка – действовать по протоколу.