Бескрылая птица - Анна Морион

— Разве женщины могут чувствовать подобные вещи? — мрачно улыбнулся на это Энтони, не желая делиться тем, что как раз сегодня собирался принести избраннице романтический визит.

— Конечно, мой дорогой! Женский пол обладает незаурядной интуицией! — тихо рассмеялась его мать. — Езжай к ней сегодня же, и не забудь засыпать ее комплиментами. Ах, да, Вивиан…

Девушка подняла взгляд от своей тарелки и взглянула на тетю.

— Мистер Дэрбинелл приедет к десяти часам, — закончила свою фразу леди Крэнфорд.

Вивиан непонимающе приподняла брови, а затем взглянула на кузена. Тот не удостоил ее взглядом, а лишь криво усмехнулся.

«Значит, толстяк Дэрбинелл. Да он придавит Вивиан до смерти в их первую же брачную ночь» — злорадно подумал Энтони, и все же ему стало жаль кузину за то, с каким рвением его мать пыталась выдать ее замуж за всегда потного Дэрбинелла.

— Зачем он приедет, тетушка? Вы ждете его визита? — тихо спросила Вивиан.

— Ты ждешь его визита, моя дорогая. Я сказала ему, что ты будешь рада принять его сегодня, — спокойным тоном объяснила леди Крэнфорд.

Эта новость заставила девушку громко выдохнуть и положить столовые приборы на тарелку.

— Но, тетушка, кажется, вы забыли спросить меня, желаю ли я его визита или нет, — холодно бросила Вивиан.

— Я знаю, что будет для тебя лучшим, — парировала ее тетя. Она была уверена в своей правоте, и возражения племянницы показались ей детскими капризами.

— Скажите мистеру предпринимателю, что я заболела, потому что я не стану принимать его визит, — ледяным тоном отчеканила девушка и поднялась из-за стола. У нее пропал и аппетит и желание проводить это утро в компании родственников.

— Ты поступаешь очень неблагодарно, Вивиан! — повысила голос леди Крэнфорд. — Куда ты собралась? Мы еще не закончили наш разговор!

— Желаю вам хорошего дня, тетушка. — Вивиан быстро скрылась в доме, заставив тетю покраснеть от возмущения.

— И эта ее благодарность за все, что я для нее сделала? — изумленно взглянув на сына, воскликнула леди Крэнфорд.

— Но, матушка, ее можно понять: желали бы вы себе такого мужа, как мистер Дэрбинелл? — усмехнулся на это Энтони.

— Желала бы я? Я была супругой такого мужа! И его внешность не помешала мне прожить с ним долгие годы брака и родить ему двух сыновей! — с нажимом сказала ему мать. — Я не оставлю этого. Она станет женой мистера Дэрбинелла или поедет обратно в свое захолустье… Пока эта неблагодарная живет под моей крышей, она будет делать то, что я ей скажу!

— Не будьте так категоричны, матушка. Вивиан молода и красива, и вчера многие мужчины были очарованы ею. Думаю, уже завтра с визитом к ней приедут джентльмены, которые смогут не только завоевать ее сердце, но внешность которых будет ей приятна, — нахмурился Энтони: несмотря на свою ревность, он желал кузине достойного ее мужа, и желание матери выдать бедную красавицу за грузного и потного предпринимателя неприятно поразило его.

— Даже если и так, Энтони, она все равно должна принять мистера Дэрбинелла и потом трезво поразмыслить о том, кто станет ей хорошим мужем, а кто так и останется взрослым ребенком, в мыслях у которого только алкоголь и женские юбки, — парировала леди Крэнфорд, имея в виду мистера Уингтона, однако Энтони принял эти слова на свой счет, ведь еще недавно он сам был «взрослым ребенком, тратящий время и здоровье в «Логове».

— Тогда вам следует спокойно огласить ей свои переживания и мысли, а не идти на прямой и недостойный шантаж, — ответил на это Энтони, поднимаясь из-за стола.

— И ты покидаешь меня! — с упреком сказала ему мать.

— Я обещал мисс Леншер привезти ей букет роз из вашего сада, матушка. Надеюсь, вы дадите на это свое разрешение.

Лицо леди Крэнфорд тут же осветила улыбка.

— Конечно, дорогой, привези мисс Леншер самые красивые розы! А затем пригласи ее прогуляться по моему саду. Уверена, ей понравится эта прогулка, — сказала она.

— Благодарю вас. Желаю вам хорошего дня, матушка. — Энтони слегка поклонился и вскоре шагал по коридору в свою комнату, желая сесть на диван со стаканом бренди и наслаждаться тишиной. Но затем он вспомнил о том, что к десяти часам обещал быть у Леншеров, а они, очевидно, не будут счастливы иметь гостя, от которого разит алкоголем, да еще и с самого утра.

«Чертовы женщины! Ради них приходится отказывать себе даже в таком скромном удовольствии, как стакан бренди! — тяжело вздохнув, подумал он. — Нужно не забыть срезать розы для мисс Леншер… Хотя, поручу это Эмили… Или лучше попросить о помощи Вивиан? Отвлечь ее от неприятных мыслей?» — решил он и направился в покои кузины.

Когда Энтони деликатно постучал в двери, ему тут же ответил голос Вивиан: «Вы можете войти!». Войдя в покои, он увидел кузину, стоящую у окна: ее взгляд, направленный в окно, был неподвижен, а сама она обнимала себя за плечи, словно ей было холодно.

— Вивиан, как вы себя чувствуете? — мягко спросил Энтони, ступая по красному ковру к кузине.

При звуке голоса кузена Вивиан вздрогнула: тот грубо вторгся в ее мысли о том, как она несчастна и о том, как заставить тетушку прекратить ее желание командовать ею.

«Когда приедет этот толстяк, я не выйду из своей комнаты! Пусть эта гадкая женщина даже не надеется на это! Из всех вчерашних моих кавалеров она выбрала его! Уверена: она просто насмехается надо мной! — думала Вивиан, смотря на площадь, словно ожидая увидеть, как на ней появится ее не желанный поклонник.

Бросив быстрый взгляд на Энтони, девушка вновь вперила взгляд в окно и тихо сказала:

— Это вы, дорогой кузен…

— Я вижу, вы расстроены, — сказал он, подойдя к ней. — Но прошу вас, не принимайте близко к сердцу слова моей матери… — Энтони осекся: Вивиан обернулась к нему, и он увидел, что ее глаза были полны слез, а ее пухлые губы дрожали, словно она усилием воли сдерживала себя от рыданий.

— Энтони… Почему тетушка так зла на меня? Чем я провинилась? Чем я заслужила то, что он требует от меня дать согласие на брак с этим уродливым мужчиной? — громко прошептала Вивиан, и из ее глаз потекли слезы. Она закрыла лицо ладонями и с надрывом воскликнула: — Простите… Простите! Я так несчастна! Я не хочу встречать этого человека!

— Прошу вас, моя дорогая Вивиан, не стоит слез. Все образумится, — поспешил сказать Энтони, и, поддавшись порыву, отнял ладони кузины от ее лица и прижал девушку к себе, а она спрятала свое заплаканное лицо на его груди и вцепилась пальцами в его сюртук.

«Какое блаженство! Я обнимаю ее! Чувствую тепло ее тела!» — пронеслось в разуме молодого человека, и, пользуясь случаем, он нежно гладил мягкие волосы своей тайной возлюбленной, а та совершенно не обращала внимания на его действия и продолжала плакать. Ее хрупкие плечи содрогались.

Но вдруг Вивиан отстранилась от кузена и, сложив руки в мольбе, спросила: