Сколько стоит любовь? - Элизабет Кейли

Кристин сделала вид, что задумалась.

– Ой! Неужели это я?

Они весело рассмеялись.

– Я люблю тебя! – Эрик звучно поцеловал Кристин.

– А как докажешь? – игриво улыбнувшись, спросила она.

Эрик подхватил жену на руки и понес в спальню.

– Есть у меня один проверенный способ.

Кристин так и не рассказала мужу о назначенной встрече с Адамом. А утром Эрик ушел, еще когда она спала.

Я могу справиться и сама, решила Кристин, подъезжая к мотелю. Хотя, наверное, стоило все же позвонить Эрику. Но, с другой стороны, я же не могу отвлекать его каждый день по пустякам! Робби мой сын, и проблемы с его отцом решать мне. Сколько же можно все взваливать на Эрика?

Кристин вошла в зал ресторана и сразу же заметила Адама. Он сидел за столиком и улыбался чему-то.

– Добрый день, – поздоровалась Кристин и села за столик. – Что ты мне хотел предложить?

– Ну зачем же так сразу к делам! – упрекнул ее Адам. – Давай-ка мы с тобой сначала выпьем за нашу новую встречу.

Кристин настороженно посмотрела на него.

– Только сок. Я за рулем.

– Я знал! – Адам победно улыбнулся и пододвинул Кристин стакан с апельсиновым соком. – Итак, за нашу встречу!

– Надеюсь, она будет плодотворной, – хмуро сказала Кристин и сделала глоток.

Эрик вновь не мог сосредоточиться. Что-то тревожило его, заставляя поминутно смотреть на телефон. Он хотел позвонить домой, но не решался.

Что я скажу Кристин? Что я ужасно переживаю непонятно из-за чего? Она только начнет беспокоиться. Нет, нужно взять себя в руки и заняться делом. Уже три часа, скоро я поеду домой и буду с ними. И вообще, с чего я взял, что дома что-то случилось? Вчера все было отлично. Если не дай бог что, мне уже сообщили бы. Да и Кристин обязательно бы позвонила, случись что-то серьезное.

Но никакие доводы разума не помогали. Рука Эрика против его воли тянулась к телефону. И вот аппарат зазвонил. Эрик сразу же схватил трубку.

– Да? – встревоженно произнес он.

– Мистер Маккилдон, вам звонит мисс Вестидей, – доложила секретарша.

– Барбра? – удивился Эрик. – Хорошо, я поговорю с ней.

– Соединяю.

– Привет, Барбра, – поздоровался Эрик. – Что-то случилось?

– Да, случилось, – ответила она, – но я не знаю, как тебе об этом сказать!

– Говори прямо! – потребовал Эрик, терзаемый тревожными предчувствиями.

– Я сегодня обедала со знакомым в ресторанчике при мотеле «Светлая луна» и видела там твою жену с Локнером. Это не мое дело, но они о чем-то очень горячо спорили, а потом поднялись в номера. Я испугалась, вдруг что-то случится, и позвонила тебе.

– Откуда ты знаешь мою жену и Локнера? – изумился Эрик.

– Ох, Эрик, не будь таким наивным! Я же давно вращаюсь в этом кругу! И потом, почти все местные газеты писали об их разводе и вашей свадьбе. Мне очень не понравилось, как они себя вели. Прошу тебя, приезжай туда!

– Хорошо, Барбра, я уже еду. Спасибо, что сказала мне.

– Отлично! – обрадовалась она. – Если что-то серьезное, звони мне, буду рада помочь.

Закончив разговор, Эрик стремительно покинул офис и сел за руль, но мотор завести не спешил.

Почему Кристин пошла на встречу с Локнером и не предупредила меня? Что происходит? Я не понимаю. Она должна была мне сказать! Даже если узнала только что, могла бы и позвонить. Нет, гадая, я ничего не добьюсь. Мне нужно ехать туда и разбираться самому.

Эрик резко тронулся с места и уже через полчаса был возле мотеля «Светлая луна». Он сразу же заметил на стоянке машину Кристин. Эрик расправил плечи и размашистым шагом пошел к ресепшен.

– В каком номере остановился мистер Локнер? – спросил Эрик и положил на стол купюру в двадцать долларов.

Волшебным образом бумажка исчезла в кармане портье.

– В восемнадцатом. Второй этаж.

Эрик кивнул и поспешил к лестнице. На одном дыхании он взлетел на второй этаж и остановился перед дверью. Эрик прислушался. Не было слышно ни звука. Тогда он решительно толкнул дверь и оказался в маленькой, довольно грязной комнате, большую часть которой занимала кровать с серыми смятыми простынями. И на этих простынях лежала обнаженная Кристин. Его Кристин. Она мирно спала на плече Локнера.

В глазах у Эрика потемнело, и он прислонился к дверному косяку, чтобы не упасть.