Вопреки, или Ты меня не купишь - Диана Билык

Быстрые шаги, ни слова, все в полном безмолвии. Ребята общались только знаками, работали слаженно, как единый организм.

Я их нанял после смерти Валери. Себя винил, что не сделал этого раньше, тогда можно было бы избежать трагедии. Глупо верил, что миллиарды не умеют убивать. Кому я, разбогатевший селянин с угодьями и конюшнями, нужен? Оказывается, что считать деньги других можно быстрее, чем кажется, и охочих прибрать к рукам найденное богатство появится слишком много и очень быстро. Потому я запретил что-либо афишировать о своей жизни, нанял тех, кто чистил в сети и СМИ всю информацию обо мне и моей семье, нанял дорогущего юриста, сына известного Острова, и команду лучших бухгалтеров. Но это слабо помогало, любители горяченьких новостей все равно преследовали. А сколько подставных лиц и мошенников за последний год мы уволили и посадили, не счесть. Я поражался этому жестокому и коварному миру крупных сделок и все больше понимал, что не хочу нести такую ношу. Половину состояния отдал бедным и на благотворительность, купил недвижимость в разных городах мира, но все равно осталось дохрена… Хоть ешь эти миллионы на завтрак, да только счастья они мне не приносили.

И отказаться не мог. Дед, чтоб его, сказал, что я покажу себя слабаком, если не справлюсь.

Устроить свадьбу с Брагиной — был настоящий квест, ведь теперь информация утекала не только от меня. Больше всего я боялся, что мою тайну раскроют быстрее, чем нужно.

Но пока везло. Надежные люди на вес золота, и хорошо, что жизнь столкнула меня с ними раньше моего внезапного богатства.

Меня выдернули из машины охранники и, прикрывая собой, перевели в другое авто. Хлопнули двери, и темнота снова ожила, зашевелилась, а в голове стало тесно — боль мешала думать и соображать. Я уткнулся горячим лбом в стекло и часто задышал. Мутное пятно расплылось перед глазами, пряча мир. Я вытер ладонью запотевшее стекло.

Мимо пролетали парижские огни, затягивая меня в глубину города, и где-то там сейчас моя жена. Одна среди чужих, в опасности из-за меня. Та, которой доверил себя и свою жизнь. Мне пришлось.

Наша вторая машина больше не ехала следом, увела врагов за собой, а мы помчались дальше, скрываясь в узких улочках Франции. Осень в самом пике своей красоты. Деревья краснели под лучами фонарей, кружева теней от листьев расстилались по дороге и заползали на светлые стены домов.

— Оторвались, — отчитался Коля, оказавшись за рулем. Видимо, во время рокировки он сменил пост водителя. — Вы там как, Ренат Эдуардович?

— Жить буду. Пожалуйста, быстрее. Ее нужно найти раньше этих тварей. Кем бы они ни были, мне не нравится это преследование.

— Да, шеф, — он переключил передачу и вжал педаль газа в пол.

Через долгие, гнетущие пять или шесть минут мы остановились у двухэтажного здания с большими окнами.

«Le atelier Flober» — горела вывеска.

— Коля, ты французский знаешь?

— Нет, но мой телефон знает, — охранник заулыбался мне в зеркале и, проверив оружие, вышел из машины.

Я тоже выбрался наружу и с наслаждением глотнул холодный воздух полной грудью. Сердце все еще бухало в груди, а в голове оставался фоновый шум от приступа, но мне стало легче.

За свою жизнь я особо не волновался, если честно, но охранник все равно старался быть начеку и прикрывал меня широкими плечами. Темноволосый, статный, чуть ниже меня, но очень подготовленный. Я видел его в деле не раз и полностью доверял.

Мы направились ко входу. Навстречу из двери вышел высокий худощавый мужчина. Молодой, светловолосый и светлокожий. Столкнувшись со мной взглядом, он вскинул брови, открыл рот в немом возгласе и отшатнулся. Неожиданно метнулся в сторону, намереваясь сбежать, но я успел крикнуть:

— Коль, француз узнал меня! Лови!

Охранник среагировал быстрее, чем я проговорил, — и Флобер не смог сбежать.

Минуту спустя мы уже были внутри ателье и мило беседовали с его хозяином. Через телефонный переводчик, конечно, иначе не получалось. Я как-то не думал, что мне понадобится общаться с французами в это небольшое путешествие.

— Где моя жена? — сказал я в микрофон. Телефон отозвался набором незнакомых звуков.

Андрэ усмехнулся, весьма нагло отклонился на спинку стула и ответил на французском.

Переводчик синтетическим голосом откликнулся:

— Тебе лучше знать.

Далее мы перебрасывались короткими фразами, стараясь говорить односложно, чтобы переводчик не перекручивал слова.

— Она была здесь?

— Oui (от автора: с французского — да). — И снова этот надменный взгляд и поза в стиле «ты все равно ничего уже не сделаешь». Захотелось кудрявому в рыло дать, я даже хрустнул кулаком. Душевно так заехать в нос, чтобы знал, с кем разговаривает, но я сдержался, только тон повысил.

— Говори, где она?!

— Я не знаю, — француз скрутил руки на груди и ехидно заулыбался. Вот же тварь, он в курсе, куда делать Есения, но не скажет.

— А если ему зубы выбить, как думаете, шеф, он вспомнит? — не переводя на французский, обратился ко мне Коля на нашем.

Флобер внезапно подобрался, глаза забегали. Так он понимает!

— Ты знаешь русский? — я рванул его за шкирку и поднял вверх. Мое терпение было на исходе, на губах дрожали угрозы и маты, а глаза наверняка налились огненной кровью. Меня лучше не злить, это знает каждый, кто со мной сталкивался хоть раз.

— Пльохо… — пискнул кудрявый. — Anglais (от автора: с французского — английский)?

— Если она тебе хоть немного дорога, говори, где ее искать! — я быстро перешел на английский. Он у меня хоть и корявый, но суть выразить смогу. Швырнул француза назад, на стул, но перестарался. Блондин завалился назад, запрокинув ноги. Раскрасневшись, он выполз из-под стула и затараторил на плохом русском:

— Эния ушла. Грустная. Не знаю, куда.

— Она хотела сбежать от меня?

Флобер поджал губы и быстро отвернулся.

— Значит, да, — я рубанул воздух ладонью, осознавая, что натворил. — Что она еще говорила?

— Что ты ее… — его взгляд был очень смелым и многословным, ненавидящим. — Ты ее сильно обидел.

Андрэ поднялся во весь рост, отряхнул одежду и вздернул подбородок. Его кулаки сжались, и он приготовился дать отпор. Этот смельчак, тощий и костлявый, будет до смерти стоять за Есению, уверен. Такие вещи чувствуются. Если они дружат с детства, он знает мою жену лучше, чем я.

Коля метнул в меня подозрительный взгляд, а я отсек его, отвернувшись и пройдя по помещению. Мне нужно подумать.

— Следи, чтобы не смотался, — бросил я через плечо и осмотрелся.

Куча вешалок с одеждой, полки с обувью, стеллажи с сумками. Обычный магазин одежды на первый взгляд. Цены приличные, этот модник недурно зарабатывает на тряпках, но я бы мог выкупить эту забегаловку за карманные расходы. При чем вместе с личным портным в виде этого кудрявого шута.