Заноза в деле! - Walentina

– Не знаю, как ты, а я считаю…

Мне вновь не позволили договорить, заткнув рот поцелуем. Он словно знал, что я не смогу оттолкнуть его. Чувствовать его губы на своих, ощущать то, что дарили его поцелуи… Кажется, я начала привыкать к нему.

– Буду ждать тебя на парковке после занятий. Не придешь, пеняй на себя! – прошептал Дан прямо в губы.

– Что, снова шантажировать будешь? – спросила усмехнувшись.

Как бы большего я от него не ожидала. Если он уже раз это сделал, то теперь просто так не отстанет от меня, имея такой козырь в рукаве.

– Нет, накажу! – ответил он, прежде чем уйти.

До конца занятий я просидела словно на иголках. Я никак не могла придумать, что же теперь делать. То, что Дан просто так теперь не отстанет, я прекрасно понимала. Спрятаться от него или игнорировать тоже не получится, поскольку я не была уверена, что он не поступит подло и не отдаст доказательства причастности парней к преступлению.

Когда же прозвенел звонок с последней пары, я даже подпрыгнула. Я уже забыла, когда так сильно нервничала в последний раз. Но Белецкому удалось за столь короткое время вспомнить все забытые чувства!

Студенты собирались и покидали аудиторию, я же не спешила этого делать. Я готова была сидеть здесь до последнего, пока не буду уверена, что Белецкий свалит из института, так и не дождавшись меня.

– Ангелина, в вас неожиданно проснулась тяга к знаниям?  – поинтересовался преподаватель.

Вздрогнув, я подняла на него взгляд, понимая что кроме нас, в аудитории больше никого нет.

– Не дождетесь! – ответила я, поднимаясь, понимая, что ему нужно закрывать аудиторию.

– Я так и думал, – проговорил преподаватель, улыбнувшись.

Закатив глаза от абсурдности ситуации, я все же покинула аудиторию. Медленно бредя по коридору, я почти смирилась с безысходностью ситуации и почти согласилась с мыслью, что будь что будет, но неожиданно передо мной возник силуэт.

– Я думал, что уже не дождусь тебя, – произнес недовольно Дан. – Решила кинуть меня? – усмехнулся он.

Не знаю, почему, но рядом с ним я не могу контролировать себя. И вместо того, чтобы промолчать, или сказать: «Даже в мыслях подобного не было», я съязвила.

– Как раз думала над этим.

– Я так и понял, – проговорил он. – Вот только знай, будет все так, как я хочу!

– Корона не жмет, не? – поинтересовалась, понимая что тот простой и улыбчивый парень, которым был вчера Дан, мне просто померещился. Иначе как объяснить столь стремительное изменение его характера?

– Нет. А должна?

– Мне кажется, что должна, – съязвила я, скривив недовольную рожицу и скрестив руки на груди.

– Хватит язвить, пошли уже, – не выдержал он.

– Я никуда с тобой не пойду! – заявила, готова стоять на своем до конца.

– Уверена? – спросил он, выгнув бровь.

– Более чем!

– Хорошо, – сказал и как-то недобро улыбнулся. – По крайней мере, я попытался…

– Что?! – переспросила, не понимая, о чем он.

Вот только вместо ответа он резко приблизился, и не успела я никак отреагировать, как вновь оказалась на его плече. Хорошо, хоть на этот раз я не усела ничего выпить или съесть.

– Ты что творишь, придурок?! – закричала, хватаясь за рубашку, и тут же ощутила на попе увесистый шлепок. – Ауч!

– Не обзывайся, – просто ответил он.

– Белецкий, отпусти меня сейчас же! – более спокойно ответила я, надеясь, что он отпустит.

– Ага, уже, – бросил он и направился на выход их института.

Больше спорить с ним я не стала. Все равно этого упертого барана ничто не проймет. Так и висела, устроившись поудобнее, ожидая, когда же мы окажемся на улице возле его машины. Там-то он точно меня опустит, и вот тогда…

– Белецкий, отпусти студентку сейчас же! – раздался строгий голос декана.

Поняв, что помощь подоспела как нельзя кстати, чуть не крикнула от радости, насколько рада сейчас видеть отца. В последний момент я успела прикрыть рот ладошкой.

Приподнявшись, я попыталась разглядеть, что там происходит, но увы, ничего не увидела. Выдохнув расстроено, я продолжила ждать, когда же Дан выполнит просьбу декана.

– С удовольствием бы выполнил ваш приказ, но не могу, – ответил Дан, ошарашив меня.

Я и предположить не могла, что он пойдет против декана. Все же, это может для него закончиться плохо.

– Да-а-ан, – тихо протянула я в надежде, что он прислушается. – Может, не стоит?..

– Мне кажется, студентка права, – согласился со мной отец. – Будет лучше, если вы ее отпустите.

И как только услышал мой шепот?

– Думаю, я со своей невестой сам разберусь, как будет лучше, – заявил Дан и, обогнув застывшего от шока отца, быстро направился на выход.

Когда я подняла взгляд, то наткнулась на озадаченное лицо родителя. Скривившись от понимания, что меня ожидает серьезный разговор с предками, я едва слышно прошептала отцу, чтобы он сильно не переживал.

– Прости.

– Ангелина! – раздался гневный возглас отца по коридору.

К счастью, в этот момент мы уже покинули стены института.

– Я сейчас отпущу тебя, – начал Дан, останавливаясь возле машины. – Только давай без глупостей? – закончил он, медля.

– Давай быстрее, придурок, – воскликнула я, начиная ерзать от нетерпения.

И как только мои ноги оказались на земле, я кинулась к машине и, не медля ни секунды, забралась в нее.

– Чего стал, идиот? – воскликнула на ошарашенного парня. – Давай быстрее сваливать отсюда!

Я хотела быстрее убраться как можно дальше. Зная отца, грандиозного скандала нам не избежать. Будет лучше сейчас сбежать и переждать бурю, пока он не успокоится.

А этот идиот продолжает стоять как истукан!

Заметив в его руке ключи, я выскочила из машины, не закрывая за собой двери. Выхватив у него ключи, я села на место водителя и завела авто.

– Ты со мной? – спросила, прежде чем тронуться.

И – о чудо! Дан все же забрался в машину, и я смогла наконец-то покинуть парковку института.

– Не хочешь объяснить, что это было? – спросил Дан спустя некоторое время.

– Нет.

– Уверена? – настаивал он.

Была ли я уверена в этом? Да! Рассказывать Белецкому, что декан – мой отец, я не собиралась ни сейчас, ни когда-нибудь еще.

– Вот скажи, Дан, для чего ты это все затеял? – спросила у него, начиная злиться. – У нас был уговор, который ты, между прочим, нарушил!

– А я так не считаю, – перебил он.