Острые края - Джейн Энн Кренц

— Я знаю, что ее написала Нелли.

Сайрус двинулся к Юджинии, держа в одной руке бокал с вином, а в другой банку «Пасифик экспресс».

— Но если вы правы… — начал он.

— Я права, — оборвала его Юджиния.

— В таком случае вы, как говорят детективы, ухватились за ниточку, — улыбнулся Колфакс. — Дальше вам нужно поговорить с Рондой Прайс.

— Надеюсь, она скоро вернется на остров. У меня к ней множество вопросов. Я должна узнать, где она раздобыла эту картину и почему на ней ее имя.

— Если Ронда Прайс была достаточно хорошо знакома с вашей подругой, чтобы попытаться выдать ее картину за свою, она, возможно, была связана и с Дэвентри, — спокойно заметил Сайрус. — А в этом случае у меня к ней тоже есть кое-какие вопросы.

— Что вы имеете в виду?

— Меня интересуют все жители острова, которые хорошо знали Дэвентри.

— Сложная задача, их может оказаться слишком много.

— Верно. Хотя не далее как сегодня вы сказали, что в работе частного детектива нет ничего трудного. Странно, правда? К тому же лицензию может купить кто угодно.

— Я была раздражена. — Юджиния покраснела.

— Знаю. Можете не волноваться по поводу Ронды Прайс, мы ее найдем. А пока не выпить ли нам на веранде? Сегодня чудесный вечер, и по прогнозу дождя до ночи не будет.

Юджиния заколебалась, ей не хотелось оставлять картину даже на короткое время.

— Ладно, — вздохнула она, — до завтра я все равно ничего не смогу сделать.

— Точно, — подтвердил Сайрус, выходя на веранду.

Летний день быстро угасал, кроны деревьев поглотили солнечные лучи задолго до того, как светило опустилось за горизонт, волны холодного глубокого пролива бились о крутой берег острова.

Колфакс поставил на низкий столик бокал Юджинии, уселся в шезлонг из кожи и хромированной стали, задрал ноги на перила и отхлебнул пива. Юджиния молча устроилась рядом с ним и взяла бокал.

Сайрус невольно подумал о том, каково было бы в самом деле провести с Юджинией отпуск на Фрог-Коув и как бы он чувствовал себя, если бы знал, что ночью она будет спать в одной с ним постели.

— Полагаю, завтра утром мне нужно поработать в хранилище, — сказала Юджиния после долгого молчания. — Когда я вернусь в Сиэтл, Табита потребует от меня полной инвентаризации.

— Она не знает истинную причину вашего желания провести свой отпуск в Стеклянном доме?

— Нет. Она уверена, что полицейские правы и Нелли просто утонула в море. Думаю, я единственный человек на свете, кому не все равно, что же на самом деле с ней случилось.

— У нее не было семьи?

— Насколько я знаю, нет.

— А как поступили с ее вещами?

— Леонард Хастингс переслал их мне. — Юджиния немного помолчала в нерешительности, затем продолжила:

— Я собиралась передать их какой-нибудь благотворительной организации, но не смогла этого сделать. Решила сначала выяснить, что же с ней все-таки произошло, а пока буду хранить вещи у себя.

— А среди них не может быть каких-нибудь бумаг или писем, которые бы рассказали нам, что происходило в Стеклянном доме в последнее время? — с внезапным интересом спросил Колфакс.

— Нет. Писем Нелли не писала, не вела дневник и не делала никаких записей. Я не смогла найти в ее вещах никакой зацепки. А искала я очень тщательно.

Колфакс некоторое время молча размышлял над услышанным.

— Я хочу просмотреть файлы, которые Дэвентри хранил в комнате рядом с хранилищем. Утром мы оба займемся работой.

— Никогда бы не подумала, что скажу это, но я рада, что вы здесь, — призналась Юджиния. — Очень неприятно обнаружить в подвале мертвое тело Леонарда Хастингса, потом неизвестный тип, проникший в дом, а теперь еще странное происшествие с картиной Нелли. Словом, мне становится страшно от всего этого.

— Что ж, мне приятно сознавать, что я хотя бы иногда могу быть кому-то чем-то полезен.

— Простите, я оскорбила вас сегодня утром.

— Забудьте.

— Нет, я действительно не имела права отпускать комментарии вроде того, который я бросила вам в лицо, когда вы потеряли ключи от машины. Или намекать, что частные детективы — непроходимые тупицы. У меня не было для этого никаких оснований.

— Я же сказал, забудьте. Черт побери, за годы работы б качестве детектива мне случалось делать немало глупостей. Подчас люди говорили в мой адрес вещи похуже, чем я услышал от вас.

— Спасибо, — лукаво улыбнулась Юджиния. — Вы слишком добры.

— Мы не можем игнорировать то, что произошло сегодня.

— Конечно, не можем, — мгновенно согласилась она.

— Пожалуй, нам следует поговорить.

— Я не против. Раз уж вы затронули эту тему, должна признаться, что я отыскала номер Ронды Прайс в телефонном справочнике. Начну звонить ей завтра же, как только с материка придет первый паром.

Сайрус прикрыл глаза, набираясь терпения.

— Я имел в виду не Ронду Прайс. Мы не можем игнорировать то, что произошло между нами на переднем сиденье моего джипа.

— А-а.

Сайрус открыл глаза.

— Я не пытался подчинить вас с помощью секса, — сказал он. — Просто я был ужасно расстроен и потерял над собой контроль.

— Понимаю, — несколько напряженно откликнулась Юджиния. — Я виновата не меньше вашего. Мы оба находимся в очень непростой, стрессовой ситуации. Поэтому все естественно.

— Угу.

— В конце концов, мы вместе обнаружили труп.

— Некоторые сочли бы это фактором, способствующим сближению.

— Возможно, так оно и есть. Наша проблема в том, что мы волею обстоятельств оказались в странных взаимоотношениях. Мы договорились о сотрудничестве в некоторых вопросах, но в то же время у каждого из нас свои, несовпадающие цели. Этот подспудный конфликт и вызывает напряженность.

— Лихо вы излагаете, — крякнул Сайрус.

— Мы взрослые люди и в состоянии справиться с возникшей проблемой как зрелые личности Я, во всяком случае, настроена именно так.

— Значит, вы не без ума от меня в сексуальном плане? Юджиния едва не поперхнулась вином.

— Разумеется, нет. Со мной ничего подобного вообще не случалось, я никогда не строю отношений на сексе.

— Понимаю, — протянул Сайрус. — Я тоже.

— Правда? — спросила Юджиния, метнув на собеседника быстрый взгляд.

— Правда, — ответил Сайрус и после небольшой паузы добавил:

— А вообще было бы интересно.

— Я считаю такого рода отношения поверхностными, они не могут продолжаться долго.