Любимая игрушка Зверя - Валерия Ангелос

Ступаю в контейнер, практически не глядя, только под ноги смотрю. Отмечаю, что тихо здесь: музыку никто не включил, голосов гостей не слышно. Кажется, мы первые.

- Гадионаг, - раздается до жути исковерканное «котенок», и я невольно вздрагиваю всем телом, инстинктивно подбираюсь. – Какой красывый гадионаг.

Окидываю взглядом контейнер – по коже разом пробегает колючий озноб, липкий страх сковывает внутренности, ворочается в кишках ржавыми ледяными крючьями.

Тут накрыт стол. Довольно щедро и разнообразно – закуски, нарезки, фрукты, алкоголь, соки, минеральная вода. Однако из присутствующих только Гурам и его охрана. Человек пять. Черт, семь. Это напрягает. Очень сильно.

Оборачиваюсь и бросаю взгляд на Светку.

- Садись, - смеется та. – Чего засмущалась?

Дверь контейнера закрывается. Кем-то, кто снаружи стоит. Захлопывается с грохотом и на засов запирается. От скрежета металла мой желудок моментально сводит судорога. Горло пленяет стальной обруч.

Черт. Проклятье. Что здесь происходит?

Света спокойно занимает место рядом с Гурамом. Я понимаю, лучше не паниковать, не показывать страх, поэтому тоже прохожу дальше и усаживаюсь напротив этой сладкой парочки, опускаюсь на табурет, стоящий между охранниками.

Ну и рожи. Мордовороты. Вполне сойдут за стандартных посетителей паба «Питбуль», могут биться насмерть в тех чудовищных боях.

Может, зря волнуюсь, но мне совсем не комфортно находиться в подобной компании. Почему никого из других девчонок нет? Только куча мужиков.

- С Днем рождения, Свет, - говорю я и протягиваю своей приятельнице коробочку с подарком.

- Ой, спасибо! – восклицает она, хватает коробок и мигом открывает, в глазах тут же зажигается хищный блеск. – Красота какая!

Один из мордоворотов открывает бутылку водки, разливает по стопкам. Тишину нарушает лишь плескание алкоголя.

- Знаешь, а нет ведь никакого Дня рождения, - вдруг сообщает Света. – Точнее – у меня нет. Сегодня Гурам отмечает, поэтому поздравлять надо его.

- Боюсь, мой подарок для Гурама не подойдет, - произношу тихо.

- Ничего, - невозмутимо пожимает плечами. – Дашь ему другой. От тебя не убудет. Дама замужняя, знаешь что к чему.

- Что? – спрашиваю. – Что знаю?

- Удачи, подруга, - улыбается она, поднимается и к выходу идет и орет: - Эй, меня выпустите. Не хочу мешать.

- Мешать? – повторяю на автомате. – Чему мешать?

Поднимаюсь, но мордовороты быстро вынуждают присесть обратно, давят на плечи, не позволяя выскользнуть из мертвой хватки. Кто-то вкладывает в мои пальцы стопку водки, кто-то хлопает по спине.

- С Днем рождения, Гурамчик, - нараспев произносит Света, прежде чем покинуть контейнер. – Наслаждайтесь!

Снова щелчок замка. Засова. Железный лязг заставляет задрожать. Мелко-мелко. К горлу подкатывает тошнота.

- Ладно, котенок, поигрались и хватит, - выдает Гурам без какого-либо акцента, и от этого становится во сто крат страшнее. – Выбирай.

- Выбирают, когда есть выбор, - слабо усмехаюсь. – А тут мне нечего выбирать.

- Почему? – хмыкает. – Либо я, либо все мои ребята.

- Как? – сжимаю стопку до боли в пальцах.

- Будешь нежной и послушной – я сразу скажу всем уйти. Развлечемся на славу. Деньгами не обижу, - без долгих прелюдий поясняет брат директора рынка. – Будешь всякие фокусы мочить – поимею и подарю другим. Каждый мужик тут тебя отдрючит. Решай.

- Я, - закусываю губу и улыбаюсь. – Я думаю, есть еще вариант.

- Предлагай, - похотливо ухмыляется Гурам.

Выплескиваю водку в рожу того мордоворота, который меня до сих пор держит, хватаю со стола нож и бросаюсь к выходу, вжимаюсь спиной в дверь, а лезвие плотно прижимаю к собственному горлу.

- Я себе сама глотку перережу! – выпаливаю. – Но ты, урод, ко мне не притронешься. Я сдохну. Клянусь. Только шаг сделай.

Это блеф. И они это понимают. Ничего я не сделаю. Не посмею. Трусиха. Ни рискну так. Не отважусь жизнь прервать.

Меня разоружают за пару секунд. Нож вырывают, выкручивая руки до хруста суставов. Бьют по лицу. Наотмашь. Резко и безжалостно. Рот наполняется кровью. Разум пленяет жесточайшая агония.

Что делать? Что мне делать? Что?!..

- Лицо не трогай! – орет Гурам. – Не порти пока. Аккуратно с ней.

Пока. Дьявол. А потом?

Грохот посуды. Все летит со стола на пол. Меня подхватывают на руки и раскладывают там, сервируют, будто главное блюдо.

Я кричу. Никаких конкретных слов. Никаких осмысленных фраз. Просто исторгаю из груди истошные вопли. Пытаюсь звучать как можно громче.

Только кто поможет? Все покупатели разошлись. На входе в контейнер наверняка стоят громилы Гурама, мимо них никому не пробраться. Никто и не попробует. Не верю, что Света меня так подставила.

Зачем? За что?

Но сейчас нужно о другом думать. Как спастись. Как выбраться. Идеи ко мне больше не приходят. Ни одной разумной мысли не возникает.

- Захлопни пасть! – рявкает Гурам, сдавливая мою шею потной ручищей. – Или шлангом тебя заткнуть?

Замолкаю. Попросту не могу орать, когда он настолько сильно горло сжимает. Еще немного и придушит. Получается лишь хрипеть. Жалко и жалобно.

С меня сдирают одежду. Вырываюсь, извиваюсь, даже царапаюсь и лягаюсь, но против кучи мужиков ничего сделать не удается. Бесполезно противиться.

Гурам расстегивает штаны. Не вижу, слышу. Спазм сводит внутренности, содержимое моего желудка рвется наружу.

И тут вдруг оглушает совсем другой звук. Лязг. Грохот. Гулкие удары. Глухие вопли. Трудно разобрать, что вообще происходит. Ощущение, будто в контейнер врывается ураган, выносит дверь, срывает с петель, выворачивает с мясом.

Тяжелая поступь. Знакомая. До одури.

- Какого хрена? – рычит Гурам, резко отстраняясь и отпуская мое горло. – Сука, ты кто такой и как прошел? Меня больше не держат. Лодыжки и запястья свободны. Хватка в момент разжимается, и я, пользуюсь случаем, соскальзываю на пол, лихорадочно забиваюсь в