Эксперимент - Лекси К. Фосс

— Значит, если я не смогу выносить твое потомство, ты смиришься, — в шоке подытожила я вместо того, чтобы задавать вопросы. — Ты альфа. Продолжение рода для вас — наивысшее достижение.

— Да, я хочу продолжить свой род, но поиск подходящей пары важнее, — усмехнулся Элиас. — Наверное, в этом отношении я отличаюсь от остальных альф, потому что, как ты правильно сказала, большинство из нас хотят наследника. Свободному волку так одиноко, Дачиана. И после моего опыта с тобой бет не будет достаточно. Не после того, как я узнал, каково склещиваться с тобой.

— Как мы смогли установить такую крепкую связь за короткое время вместе? — с благоговением прошептала я, уставившись на Элиаса. Потому что его чувства были взаимны. Хоть я и мечтала о ребенке, но Элиаса хотела сильнее. Почему-то мне казалось, что мое желание было не мимолетным, а рожденным самой душой.

— Я не знаю, дорогая. Но я так чувствую, — у него потеплел взгляд, и губы слабо изогнулись в улыбке.

— Я тоже чувствую, — приподнявшись на цыпочки, я поцеловала его, объятием выражая свои эмоции.

Этот мужчина превзошел все мои ожидания, каждым действием доказывая достоинство и благородство. Я хотела донести до него, как сильно его ценила и хотела быть с ним, несмотря на биологические различия.

Если у нас не будет ребенка, мы найдем другой способ быть вместе.

В сектора Андорра процветали наука, здравоохранение и технологии. Если кто-то и мог указать нам путь, так это волки под куполом.

Я озвучила свои мысли, чем заслужила тихое рычание от альфы, крепче сжавшего мою шею. Между бедер я почувствовала новый всплеск нужды, в воздух просочился запах моей смазки, и началась первая стадия течки.

Я не знала, была ли она вызвана Элиасом, или судьба сама выбрала момент. Мне было все равно. Я слишком потерялась в поцелуе, чтобы обдумывать незначительные детали.

Куда важнее было то, что моя душа выбрала пару. Мое сердце тоже. И тело.

Обняв Элиаса обеими руками, я практически забралась на него, стремясь к тому, чего больше всего желала — пульсирующему члену во мне.

— Да, — прошептала я, обвив ногами его талию, и он приподнял выше, ухватив под ягодицы.

Элиас вошел в меня одним толчком, и наша восхитительная связь была совершенна.

Меня впечатали спиной в стену, и он бедрами направлял наши движения, поклоняясь мне ртом.

О, я любила наше единение.

Любила Элиаса.

Нашу химию.

Наш идеальный момент.

Все в нашей связи было совершенно, правильно и на сто процентов взаимно.

— Дачиана, — выдохнул Элиас, полностью владея мной. Я крепко обняла его, убеждая набрать темп, проникнуть глубже и задеть точку, прикосновений к которой мне хотелось больше всего.

И Элиас ее коснулся.

Он давал мне все.

Ласкал поцелуями. Водил губами по моей щеке. Касался зубами подбородка.

— Да, да, — ободрила я, понимая потребность Элиаса в связи, которой сама жаждала не меньше него. — Давай, — велела я. — Сделай меня своей.

С остальным мы могли разобраться позже.

Больше всего меня заботил наш момент.

Наше спаривание.

Наше будущее.

Слияние наших жизней воедино.

— Ты должна быть уверена, — надломлено прошептал Элиас. — Скажи мне, что ты уверена.

— Укуси меня, альфа, — потребовала я. — Отметь меня!

— Черт, — резко выдохнул он, и его стон потряс все мое существо. Я задрожала от усилившегося экстаза.

— Сейчас, — взмолилась я. — Пожалуйста, Элиас. Пожалуйста, сейчас. Пока я еще в своем уме, — потому что как только меня захватывал эструс, я теряла себя на несколько дней. Становилась рабыней своего тела, превращаясь в кричащий сгусток наслаждения и потребности, удовлетворить которую мог только мой альфа.

Но пока что я еще все сознавала.

И хотела помнить наше соединение.

— Пожалуйста, — повторила я, выгибаясь навстречу Элиасу.

Снова выругавшись, он скользнул губами по тому месту на моей шее, где бился пульс.

— Я не могу… Ты слишком сильно мне нужна, — Элиас впился зубами в мою плоть, посылая волну боли, прокатившуюся по спине, но почти сразу во мне облаком разрослась эйфория и ощущение правильности. На моем сердце сомкнулось кольцо.

Кольцо с именем Элиаса.

Моя душа растворилась, чтобы объединиться с его душой, и наша связь окрепла, укоренившись в нас обоих.

«Мой», — промурлыкала волчица во мне, и это слово слетело с моих губ.

— Моя, — согласился Элиас, слизнув кровь с моего плеча.

Когда он поцеловал меня, чтобы взять еще и языком, доводя до точки невозврата, я почувствовала у него во рту вкус своей густой крови.

Закричав, я впилась ногтями в спину Элиаса, и мое влагалище затрепетало в унисон с членом, на котором образовался узел, заставивший меня с головой погрузиться в забвение эструса.

Меня захлестнула сильнейшая потребность, отличавшаяся от любой другой, испытанной мною прежде. Даже после оргазма я желала большего, и семени внутри было недостаточно, чтобы успокоить моего внутреннего зверя.

Поцеловав Элиаса, я провела зубами по его губам и прикусила их в агонии, разрывавшей меня надвое. Мне нужно было, чтобы он трахал меня сильнее. Чтобы отнес в гнездо. Чтобы поднял на новый уровень существования.

Элиас трогал меня повсюду, изучая пальцами.

Но мне было мало.

Я плакала.

Скулила.

Просила еще.

Требовала вернуть узел, как только он исчезал.

Кричала, чтобы Элиас на меня взобрался.

Я едва узнавала себя и почти не понимала, что уже хваталась руками за постельное белье, удерживаясь на четвереньках, пока