Красные шипы - Рина Кент

— Только Люси и моей маме позволено называть меня так.

— Тогда я добавлю себя в короткий список, Нао.

Мои щеки пылают при звуке моего прозвища, исходящего из его уст. С каких это пор меня это возбуждает? Прочистив горло, я выпаливаю:

— Что, если я тоже найду для тебя прозвище?

— Моя семья называет меня полным именем. Мой дядя называет меня Негодяем. Ты можешь звать меня Бастиан или Себ, как и все в кампусе.

— Я предпочитаю версию твоего дяди.

— Почему я не удивлен, Цундэрэ?

— Перестань называть меня так.

— Но это так. — Он проводит подушечками пальцев по моей щеке. — Моя собственная Цундэрэ.

Я пытаюсь отстраниться, но он обхватывает рукой мой затылок, удерживая меня на месте, продолжая свои манипуляции с моим лицом.

— Кстати, откуда ты знаешь это слово?

Я пытаюсь толкнуть его локтем, но он предвидит это и, ухмыляясь, уворачивается в сторону.

— Раньше я смотрела много аниме. Отаку, — бормочу я.

— Я знаю, что это значит, и поскольку ты тоже знаешь, значит, ты тоже гик. Какое твое любимое аниме?

— У меня… его нет.

— Меня зовут Хантер Икс Хантер.

— Манга лучше.

— Ага. Итак, ты предпочитаешь мангу. Отметим. Давай купим тебе немного и трахнемся на них сверху.

Мне требуется все мое самообладание, чтобы не расплыться в улыбке от тона его голоса.

— Неужели все должно быть связано с сексом с тобой?

— В восьмидесяти процентах случаев. В конце концов, я пытаюсь освободить твои дремлющие фантазии.

— У меня… у меня нет фантазий.

Он опускает голову, чертовски удивляя меня, когда смотрит прямо мне в глаза своими умоляющими глазами.

— Заикание только что доказало, что ты это делаешь. Я знал, что ты особенная.

Когда он так близко, единственное, чем я могу дышать, — это его аромат и горячее дыхание. Его рот в нескольких дюймах от моего, его губы слегка приоткрываются—

Черт возьми.

Перестань пялиться на его губы.

Как раз в тот момент, когда я собираюсь отстраниться от него, в нашу сторону доносится раздражающий голос.

— Если это не Наоми.

Я отталкиваю Себастьяна, когда Брианна, Рейна и еще несколько человек из их эксклюзивного клуба прогуливаются мимо нас.

Черт возьми.

Черт возьми.

Последнее, чего я хочу, — это чтобы эта банда воров увидела меня в компании Себастьяна. Они никогда не позволят мне смириться с этим и устроят целое громкое дело о том, что он не в моей лиге и бла-бла-бла.

— Рей, — непринужденно приветствует ее Себастьян.

Но, по крайней мере, он не пытается прикоснуться ко мне.

Она поднимает на меня брови.

— Ты целишься по-крупному.

— Разве у вас нет людей, которых можно пытать или делать их жизнь невыносимой?

Она улыбается.

— Может быть.

— Включая тебя, Наоми, — визжит Брианна.

— Иди прогуляйся, Пчелка.

— Да я Бри!

Рейна придвигается ко мне и шепчет так, чтобы только я мог ее услышать:

— Осторожно, во что ты ввязываешься. Никогда не знаешь, что происходит в темных углах.

У меня перехватывает дыхание, когда она неторопливо уходит, сопровождаемая своей свитой.

О боже мой.

Видела ли она? Нет. Это невозможно. В лесу нас было только двое. Но, может быть, я была так поглощен ролью, что не замечала, что, черт возьми, происходит вокруг меня.

Я смотрю на Себастьяна.

— Ты рассказал ей?

— Расказала ей что?

— Неважно.

Хотя они в какой-то степени близки, Себастьян и Рейна не настолько близки, чтобы сидеть и рассказывать друг другу о своих извращенных фантазиях.

Мои извращенные фантазии.

— Это твое представление о свидании? — Я смотрю на то, что нас окружает.

Это снова лес.

Себастьян отвез нас к скрытому большому камню в укромном уголке у подножия холма. Это недалеко от того места, где он преследовал меня в выходные. Послеполуденное солнце отбрасывает розовые и оранжевые оттенки вокруг нас и вдалеке.

Я должна была бы опасаться, может быть, даже бояться, но возвращение сюда снова наполняет меня тем чувством облегчения, которое я испытала, когда он вошел в раздевалку ранее. По дороге мы захватили несколько "Макдоналдсов", и во время еды коробки лежат между нами на камне.

Себастьян почти доедает свой двойной бургер за несколько укусов, пока я не тороплюсь.

Он приподнимает плечо.

— Я предполагаю, что если бы я повел тебя в ресторан, тебе было бы неудобно.

— Твой любимый ресторан — "Гриль", где все целуют тебя в задницу. Конечно, мне было бы там неуютно.

Он улыбается.

— Если бы это была любая другая девушка, они бы суетились из-за того, что я не хочу, чтобы меня видели с ними на публике.

— Я не такая, как другие девушки, и мне плевать на публику.

— Ты предпочитаешь быть одной.

Он не произнес это как вопрос, как будто точно знает, о чем я думаю. Эта его часть пугает, и я хочу убежать от нее как можно дальше, и все же мои ноги никуда меня не ведут.

Я приклеена к месту, бормоча:

— Вроде того.

— Чтобы почитать мангу?

— Я… не делаю этого.

— Ты их копишь? — Веселье в его тоне выводит меня из себя.

— Да, и мастурбирую вместе с ними. Теперь доволен?

— Нет. Теперь, когда ты вложила образ в мою голову, мне нужны детали. Или демонстрация. И то, и другое приемлемо.

— В твоих снах. Кроме того, теперь все это цифровое. Никто больше не покупает физическую мангу.

— Гики так и делают.

— Я… не гик.

— О, извини. Отаку.

— Пошел ты.

— Поверь мне, нет ничего другого, что я предпочел бы сделать. Но мы должны сбалансировать ситуацию для этой двадцатипроцентной части, не связанной с сексом. Или, может быть, мне следует уменьшить его до десяти процентов. Что ты об этом думаешь?

— Я думаю, у тебя проблемы с сексом.

— Я здоровый двадцатиоднолетний мужчина в расцвете сил, и это сопровождается сильным сексуальным влечением. И моя миссия — заставить тебя почувствовать, что все это нормально. Естественно. Химически.

— А что, если я не хочу?

Он доедает свой бургер, его глаза озорно блестят.

— Тогда я могу показать тебе это.

— Это… не то, что я имела в виду, извращенец.

— Я думал о разных позициях. Куда делась твоя голова, извращенка?

Мои щеки пылают, и я запихиваю в рот несколько картофелин фри, чтобы не обвинять себя еще больше.

Себастьян проводит кончиками пальцев по моей щеке.

— У тебя милый румянец.

— Я же сказал тебе, я не милая!

— Полегче, Цундере.

— И что теперь? Мы просто будем сидеть здесь, пока ты будешь меня раздражать?

— Я тебя раздражаю?

— Это новость… потому что?

— Ты меня не знаешь, Нао.

— Я знаю, что