Дейция вольная - Юлия Шолох

— Я не мог позволить себе влюбляться, это правда.

Дэя подняла на него глаза. Она не будет прятаться от правды, какой бы неприятной та не была.

— Но это не зависит от человека. Вряд ли бы я смог контролировать любовь, если бы она ко мне пришла.

Эльдар вдруг улыбнулся.

— Просто ничего такого не было. Слышишь меня? Просто мне ни разу не довелось влюбиться. Вот и всё. Слышишь?

Он спросил так, будто это очень важно.

— Да. — Дэя быстро кивнула. — Я поняла.

И покраснела. Ей казалось, она такая глупая! Пришла и напросилась на все эти объяснения.

И ещё он так близко! Это… это что-то новенькое.

— А Вавион специально тебе наболтал всякого… Он считает, что когда девушке тебя жалко — это прямой путь к её сердцу.

Эльдар криво улыбнулся. Дэя хлопнула глазами. Получается, Вавион что, всё выдумал? Ну, или большую часть.

— Спасибо, что всё рассказал. — Тихо ответила Дэя.

— Рад, что мы это выяснили.

Эльдар улыбнулся теперь совсем другой улыбкой — азартной и лёгкой.

— И я сразу понял, что тот твой наряд… что ты просто куда-то влипла. Мне потом, конечно, и доу Герц рассказал, в какой ситуации тебя застал, но я тоже сам понял. Ты тогда так покраснела… Конечно, я знаю, что ты не из публичного дома. Ну, то есть, фактически ты оттуда, этому даже есть свидетели, но если смотреть объективно…

— Да ты издеваешься! — Дэя тут же сбросила его руки и отбежала в сторону.

Он рассмеялся.

На самом деле обидно не было, Дэе просто стало не по себе от его близости. Вроде всего пару дней назад она гуляла по берегу озера с Осотом, и тот был ещё ближе, почти её поцеловал — и то Дэя не чувствовала этого… чего-то непонятного. Она пока не решила, нравится ей это ощущение или нет, поэтому на всякий случай отошла подальше.

Эльдар тем временем выпил то, что принесла ему Дэя и поморщился.

Потом накинул рубашку.

— Где этот хитромудрый засранец? — Пробормотал Эльдар и пошёл вниз по лестнице.

Дэя немного подождала, но всё же решила тоже спустить. На всякий случай она пошла тихо. И не спеша. Но всё равно всё слышала.

— Как тебе только в голову такое пришло! — Говорил Эльдар на повышенных тонах. — Ладно бы ты с посторонними свои козни строил, но против меня? С моей невестой, которая вообще не имеет понятия, какой ты подлый человечишко?

— Но я же для тебя! Я хотел как лучше!

— Да тебя ничему жизнь не учит! У тебя хоть раз получилось, как лучше? А? Чего молчишь?

— Ну… нет.

— Но ты продолжаешь проводить эксперименты… надо мной? — Судя по тону, Эльдар был не просто возмущён, он пылал как факел.

— Однажды получится. — Упрямо ответил Вавион.

— Знаешь, что? — Эльдар почти зашипел. — Знаешь, что я сделаю?

— Что?

— Не приеду к тебе больше, понял? Сиди тут в башне и плети свою паутину, как гордый одинокий паук.

— Эльдар… постой. Ну постой же! Ну, я был неправ. Прости.

— Ты напугал мою невесту!

— Напугал? Да что я такого страшного сказал?

— Ты… ты… — Кажется, Эльдар уже не находил никаких слов.

— Вообще-то я считаю, что вы очень даже друг другу подходите. — Вдруг усмехнулся Вавион. — Вы такие какие-то… одинаковые.

— Не подлизывайся! Я всё равно на тебя зол!

— Ну Эльдар… Я больше не буду. Ну правда хотел как лучше!

Дэя, которая всё это время простояла на последних ступеньках, с улыбкой покачала головой. Да уж, знай она заранее, что за кадр этот Вавион, так бы не всполошилась.

— Готовь ужин. — Более милостивым тоном сказал Эльдар. — Так и быть.

— Так вот же уже! Всё готово.

Вавион зашуршал картонными коробками. Видимо, теми самыми, которые принесла Дэя. Вот же жук какой! Но мысль броситься вперёд и рассказать правду, ну, откуда эти самые коробки взялись, Дэя оставила. Пусть радуется, всё равно рано или поздно Эльдар узнает правду. Хотя… чего там узнавать, там же вензель на упаковке.

— Эту еду мы с Дэей возьмём завтра в дорогу. — Многозначительно сказал Эльдар. — А ты готовь ужин!

— Да тут на всё хватит. — Заныл Вавион.

— Нет.

Снова раздалось шуршание, видимо, Эльдар конфисковал коробки и куда-то спрятал.

Дэя медленно пошла по направлению к кухне. Неужели действительно Вавион будет готовить ужин? На такое нужно обязательно полюбоваться!

И правда, когда Дэя появилась, Вавион убирал посуду на столе. Вздохнул, посмотрел на неё и молча продолжил заниматься делом. А Эльдар сидел у стола нога на ногу и неторопливо попивал чаёк из кружки.

— Хочешь чаю? — Спросил Эльдар.

— Да, я бы выпила чаю.

— Налей. — Коротко скомандовал Эльдар Вавиону. Тот вздохнул и налил чаю ещё в одну кружку. Принёс и поставил перед Дэей, которая уже села за стол рядом с Эльдаром.

— Как прошёл твой день? — Спросил Эльдар тем тоном, которым терпеливые мужья разговаривают с жёнами после сорока лет совместной жизни.

Дэя краем глаза увидела, как передёрнуло от этого тона Вавиона. Его спина прямо задёргалась, будто по ней ползло ядовитое насекомое.

— Я прекрасно провела время! — Тут же подхватила Дэя. — И намерена рассказать тебе об это во всех подробностях! Ты готов слушать?

— С большим удовольствием.

— Ну тогда я начинаю. Итак, проснувшись утром, я решила прогуляться…

Чего-чего, а болтать без умолку Дэя умела в совершенстве. Иногда в Питомнике и заняться-то было нечем, только выдумывать что-то или разговаривать. Раньше — со всем, что попадалось под руку, в последние годы — со змеёй. Так что она могла говорить бесконечно! Чем и воспользовалась.

Через несколько минут Вавион сдался.

— Прошу, уйдите куда-нибудь, оставьте меня одного.

— Что случилось, мой добрый друг? — Мягко поинтересовался Эльдар. — Неужели наш невинный разговор тебе помешал?

— Ещё как. Уши вянут.

— Что ты там бормочешь?

— Видимо, просит, чтобы я говорила громче. — Предположила Дэя.

Раздался жалобный стон.

— Так вот. — Продолжила она громче прежнего. — И там на брусчатке, такой интересной, кстати, один камешек был явно не такого цвета, как прочие! И там сидела такая милая птичка! Ах… А знаешь, Эльдар, вот я тебе сейчас рассказала про этот камешек, и мне прямо кажется, что он неспроста такой необыкновенный. Будто его потом добавили, когда остальная часть дороги была уже готова. Возможно даже это… тайник! Да, тайник!

Стон раздался повторно.

— В чём дело? — Теперь голос Эльдара был возмущённым. — Что ты там стонешь? Ты чем-то недоволен?

— Нет, всё прекрасно.

— А мне думается, ты