Придумано с любовью! - Елена Лисавчук

– Слушаю, – принял её магический вызов ректор. Он, не перебивая, выслушал секретаря и сухо ответил: – Пропустите их ко мне.

Дверь моментально отворилась, и от секретаря последовало вежливое приглашение войти. Пройдя в кабинет ректора, мы подошли к массивному письменному столу. Господин Катал встретил нас сидя в кресле. Он не посчитал нужным подняться при нашем появлении, причём не предложил присесть и нам.

Крупного, атлетического телосложения, с правильными, немного резковатыми чертами лица, ректор слыл красивым мужчиной. Почему слыл? Если б не жёсткий суровый взгляд, он и дальше оставался бы таковым.

Ледяного мага сердитый настрой ректора нисколько не смутил. Демиану частенько приходилось испытывать гнев господина Катала на себе и, похоже, он привык к его вспышкам ярости, в отличие от меня.

Я чувствовала себя неуютно. Не считая дня моего зачисления в академию, мне не приходилось бывать в кабинете ректора.

– Здравствуйте, – поздоровалась я, украдкой рассматривая кабинет.

Берлога ректора имела довольно приличные габариты, при этом не казалась пустой или не в меру заставленной. У дальней стены стоял длинный книжный шкаф, в котором располагались книги, на вид древние, с выцветшими от времени переплётами. Напротив был уютный диван с низеньким столиком. Возле шкафа стоял аквариум с крупными красивыми рыбками, преимущественно хищными. Они служили хозяину вроде верных псов. Зайдёт кто-нибудь в кабинет без приглашения, и рыбки, выпрыгнув из аквариума, его покусают. На суше плавники служили крыльями рыбкам-старожилам. Потому секретарь и использует магический переговорник, опасаясь нарваться на стаю агрессивно настроенных рыб.

Перед аквариумом находился стол хозяина кабинета, за которым он, собственно, и сидел. Перед столом стояли два кресла, одно из которых успел занять Ренс.

Подняв взгляд, ректор смерил Ренса недовольным взглядом и после этого кивнул мне:

– Проходите, присаживайтесь, – прозвучало запоздало.

Или нам вовсе не собирались предлагать присесть? Выходит, Ренс вынудил ректора проявить вежливость, необязательную в стенах академии.

Прекратив ломать голову над этой загадкой, я прошла к креслу и заняла его.

– Давайте рассказывайте, как прошла ночка, – радостно произнёс господин Катал, предвкушая неловкие моменты с нашим участием.

Я невольно вжалась в спинку кресла. У меня появилось странное предчувствие. Казалось, ещё немного, и мужчины в этой комнате начнут мериться своей крутизной.

А я что? Я обычная студентка. У меня не припасено в роду родственничков королевских кровей, как у Ренса. Плюс я не управляю лучшим в империи учебным заведением, как господин Катал.

К счастью, дальше едкого ответа Демиана дело не пошло.

– Ночь как ночь. Не о чем тут говорить. Снимите с нас заклинание.

Правильно. Зачем пытаться расположить к себе собеседника, лучше сразу начинать беседу с приказов.

– Осторожнее выбирай выражения, – понизив голос, посоветовала я Ренсу, надеясь как-нибудь повлиять на него. Мы находились с ним в одной связке, и его действия могли отразиться на мне.

– Отстань, Огонёк, – обычным тоном, не шифруясь, ответил он.

Что ж, можно было догадаться о его реакции. Демиан всегда поступает так, как считает нужным, и ни с кем не считается.

Я посмотрела на ректора, ожидая реакции. Её не последовало. Господина Катала наши шушуканья не интересовали.

– Должен вас огорчить, я своих решений не меняю. Безопасность учеников превыше всего, – сухо сообщил нам ректор. – Наложенное на вас заклинание поможет вам выиграть время и закончить академию без губительных последствий, не разрушив её.

– Кто подумает о нас? Что нам делать? Каким образом сдавать экзамены, готовиться к занятиям, принимать душ? – Я в сердцах забросала его вопросами.

– Я смотрю, вы, студентка, уже опробовали на себе магию сближения? – проявил чудеса проницательности ректор.

Мои щёки залил жар.

– Какая магия сближения! Просто… – Я замялась, не зная, как лучше продолжить и признаться в нелепости моего появления в спальне Демиана в разгар его свидания.

Видимо от нервов, а быть может от смущения, правильные мысли вылетали из моей головы. Ректор с лукавой улыбкой смотрел на меня.

– Мне не нравится ваше наказание, – просто взяла и заявила я под стук бешено колотящегося сердца.

Меня пугал не гнев ректора, а неконтролируемые встречи с Ренсом. Кто знает, куда меня занесёт в следующий раз и с кем я его застукаю.

– На вас наложено контролируемое заклинание. Меньше злитесь друг на друга, и никаких сложностей у вас не возникнет, студентка Орелин, – не проникся моим бедственным положением ректор.

– Господин Катал, что вы задумали? Вас подкупили, чтобы дискредитировать меня? – холодным тоном спросил Ренс.

– Если бы кто-нибудь обратился к вам с такой просьбой, вы бы нам об этом сказали? Возможно, есть какая-нибудь взаимосвязь с тем, что случилось вчера вечером. Я про наложение чар, – обеспокоенно произнесла я, на что Демиан лишь хмыкнул.

– Не беспокойтесь, Орелин, вы бы узнали об этом первой. Я вижу в вас потенциал и не стану этим пренебрегать.

– Почему мы должны верить вам? – усомнился в правдивости ректора Ренс. – Существует заклинание молчания. Находясь под ним, сложно разглашать скрытые сведения.

– Ты достаточно проницателен, Демиан, – похвалил его господин Катал, чем захватил меня врасплох. – В твоём положении никому нельзя верить. Должность портального канцлера для многих лакомый кусочек. Удивительно, что твой дядя согласился тебе её уступить.

В глазах Демиана больше не было ни снисхождения, ни иронии, и уж тем более высокомерия. Они были пустыми. Его взгляд стал равнодушным.

– Его величество с советом решили, что опыт Лоуренса Виштона и его знания пригодятся на границе, где непосредственно происходят прорывы. Мой дядя следует кодексу.

– Он повиновался воле повелителя? – попыталась что-нибудь понять я.

– Не совсем. Он следует общему уставу канцлеров. Выслушав рекомендации совета и мнение его величества, дядя сам перевёлся на границу. На благо королевства.

– То есть выслал себя в захолустье?

– В яблочко, студентка Орелин, – отметил мою проницательность ректор.

– Потрясающая невежественность, – не согласился с его похвалой Ренс. – Долг магов, находящихся на королевской службе, – ставить нужды королевства превыше своих.

– Многие следуют этим прописным истинам? – съехидничала я.

– Мой троюродный дядя – Лоуренс Виштон, мой отец – Эрнест Ренс, а его величество – брат моего отца. Я пойду по их стопам.

– Видишь, Орелин, его величество не только правит страной, он вместе с многочисленной