Шутка богов - Лана Александровна Ременцова

— Азалия!

«Баруги? Это ещё кто такие?» — только и успела подумать, как угодила в одну из их ловушек. Крик девушки стал последним, что услышал Лорд. Подбежал к предполагаемому месту и в тревоге стал искать.

— Азалия! Где ты? Отзовись.

Ответа не последовало. Лорд ощутил ледяной ужас за любимую, сжимающий горло.

Тут над ним захлопали крылья. Он поднял голову.

Баруги… уже почувствовали жертву в ловушке.

Хищники издали устрашающие гортанные звуки и, делая плавные виражи между старыми стволами, стали спускаться.

Они собрались в одном месте, и Лорд понял, где ловушка. Метнулся туда и выпустил молнии одну за другой, точно попадая в цель. Баруги заорали, закаркали, заголосили. Он спалил всех и разворошил оставшуюся часть настила, сделанный неуклюже баругами. Наклонился. Яма глубокая, тёмная, ничего не видно.

— Азалия!

Тишина. Стал аккуратно слазить, хотя сырая земля не позволяла этого делать, ссыпаясь под руками и ногами, налипая на сапоги. Всё же кое — как слез и огляделся. Девушка лежала в противоположной стороне и не двигалась.

— Азалия… — Подскочил, бережно взял руки и сосредоточился на вылете из ямы. Несколько минут не получалось.

— Давай же, ты же бог молний, взлетай. — Бубнил себе под нос и вновь напрягался. Минута — две — три, опять никак.

И когда уже невидимый дым начал валить из ушей, взлетел, однако не рассчитал силы и вылетел, как пуля, высоко над лесом, сияя огнём как факел.

Его заметили гарды, прибежавшие из пустыни к дому Морину и, узнав, что произошло, рыскали вокруг в их поисках. Дэланий ощутил сильный запах палёных перьев баругов и первым пришёл к яме. Вылет бога молний сопровождался такой силой, что его отбросило от ямы на пару метров.

От неожиданности он громко прорычал. Бастиан услышал и, будучи над лесом в этом месте, напрягся мозгами на спуске. Через некоторое время спуск всё же удался. Подлетел к гарду и встал на ноги с ценной ношей на руках.

— Она упала в ловушку баругов. Я спалил их. Азалия жива, но не приходит в себя. Переживаю, её надо отнести к Морину. Дэланий обратился в человека, так как ему надо было ответить другу.

— Морин не лечит людей.

— Но это же моя невеста!

— Ему неважно кто она. Он не сможет. Его сила только для гардов.

— Тогда я иду в Мирандию к отцу.

— Ты в отчаянье. Подумай, она — человек, смертная и может не выдержать климата Мирандии. Ведь если это ваша страна богов молний, думаю, там жарковато для неё.

— Я как — то не подумал об этом. Да, там всё в пурпурных тонах и местами огненные лужи. Мне же не было жарко, поэтому и не возникало мысли, что для неё может статься по — другому.

— Вот именно. Вокруг много огня. Ты не человек, поэтому и не ощутил разницы.

— Что же тогда делать? Добраться до моего замка с ней в таком состоянии невозможно. Может, она что — то сломала или сильно забила.

— Положи её на землю.

— Зачем? — Брови Лорда взлетели.

— Не переживай. Я всего лишь осмотрю.

— Ты обладаешь такими знаниями?

— Все гарды могут легко понять есть ли травма у сородича. Не думаю, что человек сильно отличается от наших тел.

Бастиан послушал его и уложил бездыханную девушку на землю.

Дэланий подсел и аккуратно стал прощупывать её тело.

— Если б не эта беда, я бы никогда не дал никому так к ней прикасаться.

— Я всего лишь пытаюсь помочь, успокойся, тем более что у меня ещё не было женщины, и пока такой физической потребности нет.

— Я верю тебе.

Гард полностью всё ощупал и встал.

— Она вывихнула шею.

— Как? Вроде же всё нормально. — Голос Бастиана чётко отразил испуг.

— Это видимость. У неё сильно сдвинуты шейные позвонки. Кислород поступает слабо. Она скоро умрёт.

— Нет! Я должен спасти её! Несём к Морину.

— Это бесполезно. Он не поможет.

Однако Лорд уже поднял девушку и побежал к домику старика.

— Морин! Помоги! Умоляю! — проорал, подбегая на место.

Старик и остальные гарды были уже там.

— Помоги… — умоляющий голос Лорда заставил всех обратить на него внимание. Дэланий стоял за его спиной.

— Я не имею таких сил.

— Она же умрёт!

— Увы… — Старик удручённо пожал плечами и ушёл в дом.

Гарды поджали хвосты, как побитые собаки, и разбежались кто куда.

Бастиан с тревогой смотрел им в след.

— Дэланий… я… люблю её.

Тот вздохнул.

— Если ты готов рискнуть, я готов вправить ей шейные позвонки. Это большой риск. Она может умереть в моих руках. — Голос Дэлания отражал полную серьёзность всего положения. Не до шуток. Бастиан ощутил ком в горле, тревожно вглядываясь в мертвенно — бледное лицо любимой. Посмотрел в глаза гарда, которые выражали искреннее сочувствие и настоящее желание помочь.

— Ты спасёшь её? — голос Лорда сел.

— Попробую, всё в руках богов.

Тот коротко кивнул. Дэланий постучал в дом Морина.

Старик открыл.

— Нам нужна кровать. В этом не откажете?

— Вносите и не вмешивайте меня, чтобы янебиры совсем не обрушили сюда весь гнев. Девчонка, насколько я понял, ценна и для твоего отца.

Гард внёс девушку и осторожно уложил на кровать.

— Почему ты так думаешь?

— Знаю. Она не должна здесь умереть. У неё иная судьба. У Дэлания всё получится. Не беспокойся, иди, присядь, выпей наливки.

И, несмотря на успокоительные увещевания Морина, Бастиан всё же переживал и, присев, сжал глиняный стакан с наливкой, забыв, что его надо выпить.

Дэланий принялся за дело. Свечки мирно горели. Гард выправлял позвонки. Тишина напрягала. Лорд случайно хрустнул стакан.

— Твоя божественная сила ломает мою посуду. — Прошептал Морин, подходя к нему, вытирая сухой тряпкой, разлившуюся на стол наливку. Сразу сильно запахло ягодным ароматом.

— Прости. — Он смахнул глиняные осколки с ладони.

— Всё. Она в порядке. Теперь ей нужен покой.

Бастиан подскочил и подсел на одно колено у кровати. Убрал локон с её лица и провёл кончиками пальцев по щеке.

— Ты не должна была здесь умереть. У тебя иная судьба.

— И куда более страшная, чем это происшествие. — Пробормотал старик.

Бастиан оглянулся.

— Что ты сказал?

— Ничего. Это заклинание.

Однако гард услышал и с сожалением посмотрел на друга, после на Морина.

— Отпусти меня с ними. — Выпалил и смутился под натиском «железных» глаз Морина.

— Ты же можешь стать вожаком гардов.

— Вы знаете, что я не хочу этого и никогда не хотел. Он — первый и единственный настоящий мой друг, и его невеста —