Парень для меня - Марзи Опал

— Сколько парней было до меня?

Я не замечаю резкости в его тоне. Я так сосредоточена на том, чтобы снять с него штаны, чтобы увидеть его трусы и — черт возьми. Лиам. Одарен. Мои глаза расширяются, и я бормочу. Он, должно быть, не меньше восьми дюймов17. Или девяти дюймов. Черт, может, даже десять18. Моя киска сжимается. От страха или возбуждения? Кто знает.

Лиам внезапно хватает меня за подбородок и поворачивает мое лицо к себе. Я задыхаюсь, застигнутая врасплох его грубостью, но также… мне это нравится. — Сколько парней было до меня, детка? — в его взгляде горит огонь, когда он повторяет свой вопрос.

Я дразню его, как мальчишку. — Что, ты ревнуешь?

Он такой ревнивый, и мне это нравится.

Лиам наклоняется, и кончики его волос падают мне на лоб. Его дыхание овевает мои припухшие от поцелуев губы, когда он насмехается. — Я собираюсь так хорошо трахнуть тебя сегодня вечером, что ты забудешь, что когда-либо раздвигала свои толстые бедра для любого ублюдка до меня.

Это официально. Я потеряла дар речи.

В чат зашел непристойно говорящий Лиам.

Парень, который мил за пределами спальни, но настоящий зверь внутри? Запишите меня.

— Докажи, Лиам, — насмехаюсь я в ответ. — Заставь меня забыть, что до тебя был кто-то еще.

— Черт, — Лиам притягивает мой рот к своему для обжигающего поцелуя, обнимая меня за шею. — Ты дерзкая.

— Что ты собираешься с этим делать?

— Дам тебе полный рот члена, если будешь плохо себя вести.

Можно ли достичь оргазма из-за одних только слов? Думаю, я немного кончила в свои стринги от того, как глубоко и учтиво он навязывал свою власть. — Давай же.

В его взгляде появляется самодовольный блеск, когда он принимает мой вызов, расправляя плечи, как гордый король, собирающийся насладиться своей победой.

Губы Лиама прижимаются к моей шее, когда он наносит серию поцелуев открытым ртом. Некоторые заканчиваются покусываниями. Другие оставляют любовные засосы. Я задыхаюсь от удовольствия от всего этого.

Он стягивает мои непрозрачные чулки и трусики до колен, и я использую ноги, чтобы сбросить их до конца, в то время как он задирает мое серое трикотажное платье до талии, стягивая его с шеи достаточно долго, чтобы сорвать его с моего тела одним движением.

Оно приземляется на пол рядом с остальными нашими выброшенными вещами.

На мне нет ничего, кроме моего суперсексуального красного лифчика.

На заднем плане я слышу, как Стефан и Деймон спорят. Похоже, мы забыли выключить шоу.

Вот только я не могу сообщить об этом Лиаму, потому что у меня в горле пересохло, как в пустыне Сахара, когда я ловлю хищный взгляд на его лице. Как будто он умрет, если не попробует меня на вкус.

Он беспомощно прикован к месту моим почти обнаженным телом.

Я делаю ему одолжение и расстегиваю лифчик, тоже бросая его на пол.

Теперь я действительно в своем праздничном костюме.

Глаза Лиама медленно скользят по моей вздымающейся груди, округлому животу, широким бедрам и длинным ногам. Ни один сантиметр моего пышного тела не остается нетронутым, когда он заканчивает. То, как он с обожанием проводит кончиками пальцев по моим растяжкам, чуть не вызывает слезы у меня на глазах.

Он еще не сказал этого, но я чувствую это нутром.

Этот мужчина любит меня всем своим существом.

Лиам быстро произносит молитву и недоверчиво качает головой. — Ты восхитительна, Мэйбл. Мечта, воплощенная в жизнь.

Я сокращаю дистанцию.

Мы оба стонем от скольжения обнаженной кожи друг по другу. Лиам с легкостью поднимает меня на руки, и я обхватываю его ногами и руками. Он относит меня к своей кровати и бросает на мягкую подстилку, как будто он солдат, возвращающийся с войны, а я девушка, которую он выбрал, чтобы утолить свой сексуальный аппетит.

Схватив пульт, Лиам выключает телевизор — мы как раз были на сцене, где Стефан утешал Елену — и хватает меня за колени, подтягивая к краю кровати и широко раздвигая мои ноги. — Раздвинь ноги для меня, милая. Я хочу поцеловать твою киску.

Боже мой.

Он уже опускает свое лицо к моему самому сокровенному месту. Волна неуверенности накрывает меня. Я натерта воском, увлажнена и ухожена там, внизу, но у меня нет хорошенькой розовой киски порнозвезды. Я знаю, я знаю. Вагины бывают самых разных форм, но сейчас я единственная, кто беспокоится о том, чтобы оправдать «ожидания» Лиама.

Я приподнимаюсь на локтях, мой живот опускается, чтобы лучше рассмотреть ситуацию. — Послушай, Лиам…

Но упомянутая неуверенность улетучивается, когда нетерпеливый язык Лиама лижет мою влажную щелку. Один раз, в порядке эксперимента. Дважды, на мой вкус. Трижды, потому что он подсел. Его глаза закатываются, и он стонет так, словно только что попробовал самую сладкую конфету.

— Черт возьми, Бел, — рычит он. — Твой запах. Твой вкус. Твоя киска. Так чертовски приятно, детка.

Мы едва начали, а мое сердце колотится так, как это бывает, когда я близка к оргазму.

Лиам закидывает мои ноги на свои крепкие плечи и пальцами раздвигает мою киску для своего пиршества. — Скажи мне, что тебе нравится, хорошо? Я хочу доставить тебе удовольствие.

— Я… я так и сделаю.

У меня нет возможности сказать ему, что никто не ел мою киску, прежде чем он опускается ко мне. Что два парня, с которыми у меня ранее был секс, были из разряда «раз, два и готово». То есть немного дрочить и засовывать свои члены в течение двух минут было их представлением о сексе. Я смирилась с этим, учитывая, что мне действительно было немного весело. Но ни один из них не хотел меня съедать, и, честно говоря, я тоже не хотела, чтобы их рты были рядом с моей киской. Секс — это одно, но оральный акт всегда казался мне гораздо более интимным.

Лиам проходит с честью.

Если бы он не признался мне в своей неопытности, я бы предположила, что у этого парня есть сертификат отличника в поедании киски, потому что, черт возьми, он лижет меня просто обалденно.

У меня нет выбора, кроме как запрокинуть голову и громко застонать. — Лиам.

Моя температура повышается, пока я не превращаюсь в печь. Жар разливается по моим венам. Мои пальцы ног поджимаются, кулаки сжимают простыню, и все мое тело изгибается, когда Лиам доводит меня до быстрого оргазма. Его средний палец ласкает мою киску, в то время как его язык обнимает мой клитор, как будто они воссоединившиеся лучшие друзья. Его