Порочные занятия - Сигги Шейд

Я полной грудью вдыхаю свежий морской воздух, который начисто вымывает все иллюзии о моем будущем в роли содержанки.

О чем, черт возьми, я только думала?

Нога со сломанным каблуком дрожит, когда я наступаю на нее. Приходится балансировать на подушечках пальцев, чтобы добраться до такси, ожидающего на обочине.

Нужно оставаться невозмутимой.

Если я засомневаюсь или остановлюсь, то он позовет меня назад.

И ничто в мире не заставит меня отказаться.

В теле уже начинается ломка от жажды большего, хоть я и уверена, что у него есть девушка или жена. Судя по телефонному разговору, она лежит в больнице или реабилитационной клинке.

Что еще может значить «Надеюсь, ты заботишься о ее здоровье»?

Спустя пару ударов сердца я все же открываю дверь и проскальзываю на заднее сиденье. Заикаясь, подтверждаю свою личность, пункт назначения и затаиваю дыхание, когда водитель заводит двигатель.

Я на сто процентов уверенна, что профессор Сегал до сих пор за мной наблюдает, но так и не решаюсь повернуть голову в сторону двери. Если сделаю это, то растеряю все оставшиеся крупицы воли перед лицом соблазна.

— Красавица, все в порядке? — задает вопрос водитель, трогаясь с места.

— Все хорошо, — я закрываю глаза в притворной дремоте, надеясь, что он поймет намек и отстанет.

Машина проезжает вниз по дороге и сворачивает на Марина Променад, где ускоряется. Я, наконец, выдыхаю, уверенная, что профессор остался вне зоны досягаемости.

Утром я проснулась в незнакомой постели. Болело все: ноги и руки, которые он привязывал к мебели, соски, которые он мучил, и киска, которую дразнил, заставляя кончать раз за разом.

В какой-то момент удовольствие стало настолько сильным, что разум не выдержал, и я отключилась.

Но что самое страшное — мне это нравилось.

Нравилось унижение и боль. Даже момент с бутылкой и вином был дурманящим. И я получила свой первый множественный оргазм. А когда он перенес меня на кровать, мое сердце и вовсе растаяло.

Затем он принес еду и заботился так, будто я особенная. Не думала, что мужчины могут так подпитывать энергией. Это было чистое наслаждение. Но в тот момент, когда я расслабилась и почувствовала себя любимой, он соблазнил меня сделать невероятное с шоколадным фондю.

Возбуждение приливает вниз. Кто бы мог подумать, что еще одна эрогенная зона находится у меня в горле?

Я прикладываю пальцы к вискам, зажмуриваю глаза и вдыхаю через нос. Отсутствие ужаса в моей реакции напрочь выбивает землю из-под ног.

Отец был прав?

Каждый раз, когда он кричал, что женщины любят мудаков потому, что все они никчемные потаскухи. Что женщины неблагодарные и хотят только тех, кто относится к ним как к дерьму.

В первый раз эти слова смутили меня, потом разозлили, а потом я просто поняла, что он затаил обиду, будучи отверженным.

Папа всегда говорил, что я паду, как только он отвернется. И вот, посмотрите на меня. Внезапно свалившаяся свобода повергла мой разум в хаос.

Могу я быть угнетенной дочерью для одного мужчины и в тоже время игрушкой для другого?

Нет. Я отрицательно качаю головой.

Тогда, возможно, я была жертвой, но не сейчас.

Я начала это, думая, что найду себе папочку. Я заметила его в окне «Красной комнаты», я открыла дверь и зашла в магазин. Я выставила себя шлюхой без тормозов, получив отказ после первого взгляда.

Черт возьми.

Потом усугубила все сексом по телефону и интимными переписками. Позже, узнав, что объект желания — мой профессор, я должна была отступить, извиниться и найти другой способ оплатить счета за учебу.

Но, здравый рассудок — это не обо мне.

Не-а.

Я удвоила старания и начала шантажировать его. Вчера вечером могла бы струсить, но нет, я проехала через весь город, чтобы орать у него под дверью, пока не впустит.

Он дал мне шанс уйти, остановить или хотя бы сдержать его, но я хотела этого. Хотела всего, несмотря на тот факт, что была знакома с извращенным сексом только по книгам.

— Ты хотя бы знаешь правду, — пробормотала я себе под нос.

— Что, красавица? — спрашивает водитель.

— Ничего.

Я тяжело вздыхаю. Ну, никак мужчина, который так выглядит, трахается, и владеет целым состоянием, не может быть одиноким. И никак он не мог купить полностью оборудованную секс-пыточную, не имея при этом хотя бы одной постоянной женщины.

Профессор Сегал ведь не хотел меня с самого начала. Он проигнорировал меня, когда я вошла в «Красную комнату» и обратил внимание только после моих разглагольствований о том, какая я жаждущая приключений саба.

Скорее всего, он просто искал интрижку на одну ночь, а я усложнила все, когда всплыла правда об университете.

Не говоря уже о шантаже.

Мне нужно забыть его, даже, если это был лучший секс в моей жизни.

Все, что нужно от него — избегать меня так же, как это сделал Вир после нашего первого раза.

Последнее, что мне нужно, так это провести остаток года одержимой профессором.

Я лезу в карман за телефоном, достаю его и открываю приложение университета. В профиле висят два красных уведомления, напоминающие о просроченных счетах за обучение и аренду.

Игнорируя непогашенные долги, я перехожу к разделу факультативов, где каждый преподаватель размещает учебную программу, вместе с рекомендациями для прочтения, будущими заданиями и датами их сдачи.

На этой неделе мы будем изучать составление бюджета капитальных вложений на лекциях по финансам и бухгалтерскому учету. Папа начал вбивать этот предмет мне в голову много лет назад. Задания я могу выполнять, не посещая лекции.

— Хорошо, — бубню себе под нос. — Почитаю у себя в комнате.

Должно получиться.

Профессор Сегал дал мне возможность уйти с оплаченными счетами. Без всяких условий. Я не дала окончательного ответа насчет содержания.

Если он покроет расходы на мое обучение и аренду, я смогу брать книжки в библиотеке и устроюсь на работу по выходным, чтобы прокормиться.

Если же обещание финансовой поддержки было неправдой, то мне придется бросить университет.

Дрожь пробегает по позвоночнику и оседает где-то внизу. Внутренности сжимаются от холодного страха, а перед глазами все плывет.

Телефон выскальзывает из руки и падает на колени, выводя меня из мини-паники. Я пытаюсь сморгнуть темные точки перед глазами и делаю глубокий вдох.

Бросить учебу — это не вариант. Не в тот момент, когда даже папы нет рядом, чтобы приютить меня.

«Университет королевы Марины» не аккредитован, так что я не могу рассчитывать на студенческий займ. Если же я