На Дороге - Софья Вель

— Элладиэль, ты ударился головой, или окончательно крышей съехал? — ощерился Алеон.

— Моя жена купила тебе свободу, это правда. Но, поверь, свобода тебе ни к чему. Служи мне.

Алеон плюнул под ноги Элладиэлю.

— Ты не понял, смерть или служба.

— Шел бы ты!

— Ты чувствуешь ее? — тихо спросил Элладиэль, прекрасно зная ответ. Алеон молчал. — У тебя ничего нет. Тебе её не найти. Ты никогда не охотился на драконов, и понятия не имеешь, как они ловко прячутся. Ищи столетиями! Ты мне не нужен, но я нужен тебе.

Алеон молчал. Элладиэль ухмыльнулся:

— Мне плевать, полукровка, какие чаяния ты лелеешь. Это неважно. Важно, что ты еще жив — выходит, Рок счел, что ты должен идти со мной. Жаль, что вместо тебя не твой сын. С ним было бы и легче, и, поверь, приятней. Он ведь тоже отражение… — Как-то странно закончил Элладиэль. — Но Рок не дает выбирать.

— Что ты несешь?! Что ты вообще знаешь о моем сыне?! — Алеон ощутил бешенство, смешанное с недоумением, — что значит «отражение»?

— Что он — подарок небес, — невероятно серьезно ответил Элладиэль. — Он тот, кто может изменить Рок. И что он нас ищет. Но сейчас, на этой дороге, Рок счел его лишним. Вместо него есть только ты. Итак… У меня есть слуги и враги. Ты враг или слуга?

Элладиэль посмотрел в глаза полукровке, Алеон взгляда не отвел:

— Я не буду служить тебе, Элладиэль. Больше никогда. Раз ОНА так дорого купила мне свободу, — Алеон помолчал минуту, ища иной способ остаться. Мысль о Роке задела, вызвав воспоминания о начале пути. Он продолжил:

— Союзник, Элладиэль, союзник — не друг, до поры и не враг, но и не слуга.

— Союзник? — Элладиэль усмехнулся, ища что-то в кармане плаща. — Союзы заключают с равными. Ты, нефриловое недоразумение, выходит, равен мне?

С этими словами Элладиэль извлек предмет, очень бережно обернутый в плотную ткань. Едва касаясь, развернул.

Алеон смотрел с интересом. Нож? Да, богато украшенный, как и все вещи Элладиэля, с инкрустацией и сложными орнаментами из золота, но все же просто нож. Только… У Алеона потемнело в глазах от тонкого, едва уловимого аромата.

— Так что, Лорд Алеон, вы будете мне служить? Или будете врагом, и тогда я, наконец, вас убью? Решайте сейчас. Мне надо поскорей найти жену.

Элладиэль соскреб с ножа то, что некогда бежало по жилам «его драконицы», шепча слова Призыва.

Пространство завибрировало.

— Кто зовет? — тихо прошелестело оно ветром.

— Муж. — ответил Элладиэль.

— Разделены и не едины, — коротко вздохнуло вокруг. И все стихло.

Владыка от неожиданности округлил глаза. Алеон с интересом наблюдал за происходящим. Он все понял. Нож и драгоценная кровь — этим ножом Сильвия порезала руку для Клятвы. Элладиэль повторил ритуал.

— Кто зовет?

— Тот, кто дал клятву! — рыкнул Элладиэль.

— Одна ночь…два Слова! — прошуршал ветер. Алеон зло расхохотался. Элладиэль зарычал. Золото потекло с рук:

— Клятва жива?! Ты…Да…КАК ТЫ ПОСМЕЛ!? Как ты посмел увести её из моего дома!?

— Что, Владыка, не только ты хитрый? Не только ты умеешь врать? Думал, я подожму хвост от страха?! Она моя, и только моя! Она дана мне самим Всевышним, неужели ты думал, я уступлю ее тебе?! — прорычал Алеон.

Элладиэль просто сломал ему нос, молча собрал кровь и повторил заклинание, смешав собранное с остатками на ноже.

Едва заметная золотая искорка запульсировала и поскакала ланью. Следуя за ней, Элладиэль побежал вперед. Алеон не отставал.

Они нашли Сильвию в городе. Алеон бросился вперед, желая немедленно обнять, Элладиэль успел поймать за шиворот:

— Стой!

— Иди ты! — Алеон попытался выкрутиться, но ловушка была прекрасно сработана.

— Как же ты утомляешь! Очнись!

— Да что тебе надо?

— Ты правда такой идиот, или только кажешься? Сильвия повернула назад и идет к Грани? Неужели ты думаешь, пожелай она, не догадалась бы позвать?! Она не хочет быть с тобой.

— Говори за себя!

— Силой не смей! — угрожающе произнес Элладиэль. А потом тихо добавил. — Не спугни.

Алеон передернул плечами, но остановился. Он неотрывно смотрел на Сильвию — тихая и скромная, она сидела на краю фонтана и что-то аккуратно выводила на пергаменте. От картины защемило сердце. Безумно хотелось подойти, укутать в свой плащ и увести, наконец, домой… Но Владыка был прав. Алеон сдержался.

— Она переписывает тексты и делает переводы, — догадался Элладиэль.

— Это явно лучше, чем танцевать, продавая себя, — тихо заключил Алеон, улыбаясь.

— Ненадежный заработок. — Элладиэль покачал головой.

— Ее надо забрать, — Алеон сделал шаг вперед.

— Надо, — согласился Элладиэль, нежно улыбаясь. Алеона очаровала бы эта улыбка, знай он Светлейшего Владыку чуть хуже. И тут улыбка стала властной. — Ну все, довольно! Драконица, смирись, ты моя! — с этим Владыка накинул на руку Сильвии маячок.

— Элладиэль, что ты делаешь? Ей НАДО домой! Или ты хочешь потерять и Сильвию, и ребенка? — прошипел Алеон.

Элладиэль не ответил.

Сильвия отложила перо и обхватила себя руками, она не отрываясь смотрела на стайку малышей, игравших в салки. Мягкая улыбка осветила лицо. Но тут зрительница нахмурилась и начала тереть руку с маячком. Тревога пробежала по чертам Владыки. Сильвия тихонько застонала, расчесывая руку чуть не до крови, Элладиэль сделал его едва заметным.

— Как она перейдет через Грань? — озабоченно спросил сам себя Владыка.

— Перешла же как-то в первый раз!

— В трансе.

Тем временем Сильвия отнесла пергамент в лавку к купцу, где за труд заплатили несколько монет. Она вышла из города и отправилась дальше по дороге.

К ужасу Алеона, Владыка остался в городе, не позволяя и ему последовать за Сильвией.

Вечером Сильвия остановилась на ночлег в небольшом пролеске, она долго выводила что-то на пергаменте, потом быстро убрала, как будто спрятала сама от себя. Так и не разведя костра, легла спать.

От холодной земли отделяла только тонкая шерстяная подстилка. «Так ведь нельзя! А как же малыш?». Малыш… Сильвии все больше казалось, что они с этим неведомым малышом не доживут до часа рождения. Оба. И так, наверное, даже лучше.

Кем бы он был? Чудовищем. Таким же, как она сейчас, или каким станет потом. Сколько еще она сможет продержаться в ясном сознании человека? Как обманчиво дремлет альтер эго, не почувствуешь! Словно бы и нет его…

Но она дракон. И ее ищут. Поэтому липкий страх терзает душу. И верно, что ищут. Мало ли бед на