Властитель ледяного сердца - Марина Николаевна Александрова

Все чаще она думала о том, что будет делать, если Совет и тут обяжет их… ну, сделать то, что положено мужу и жене. И с ужасом и стыдом она признавалась самой себе, что Рик нравится ей как мужчина. Да, она находила его привлекательным, интересным, сильным, надежным… Но она не нравилась ему. И прекрасно чувствовала это. И это было и больно, и неприятно, и отвратительно, если она будет лежать с ним в одной постели и чувствовать его брезгливость. Все, что угодно, только не это. Она не думала о том, любит ли его. Ответ был очевиден – нет… пока нет или совсем нет? Йолинь не знала, это был слишком откровенный вопрос, глубокий, для их поверхностного общения. Но она вдруг вспомнила, что испытала, когда он пришел за ней в сердце Проклятого леса… Она ощутила себя защищенной. И несмотря ни на что, даже на его осязаемую неприязнь, продолжала чувствовать себя рядом с ним надежно. Если бы все зависело от нее, она дала бы им шанс. Но теперь она слишком хорошо знала, что в вопросах любви нужны двое, а ее еще не вполне осознанное желание не значит ничего. Один раз она решила все сама, и ничего хорошего из этого у нее не вышло. Больше она не станет повторять своих ошибок. И лучше и вовсе избавиться от каких-либо иллюзий, чем вновь кому-то сделает больно.

– А что, если у него есть кто-то? – тихо спросила Йолинь Суми, что, свернувшись калачиком, мирно посапывал под ее боком. – У такого мужчины наверняка кто-то есть, – согласно ответила она самой себе. И поразилась, насколько неприятной оказалась эта мысль. – И что же? – Прежняя Йолинь сделала бы все, чтобы заполучить то, что ей захотелось даже на миг. Но не теперь. Она не станет. И так подпортила ему жизнь одним своим существованием, уж лучше станет незаметной и не обременяющей его тенью. Так будет гораздо лучше. – Покой… все, что я хочу…

Принцесса и сама не заметила, как отяжелели ее веки, как налилось приятной тяжестью тело, и она просто провалилась в глубокий сон, так и не найдя в себе сил накрыться одеялом или полностью лечь.

Рик переступил порог таверны, в которой остановился вместе со своими людьми, уже глубоко за полночь. Он чувствовал себя донельзя уставшим и опустошенным. Позади были тяжелые переговоры с Вилькаром, разработан план их дальнейших действий и оговорено, что, как только он доставит свою жену домой, то вернется, чтобы еще раз укрепить защитные контуры деревни. Этого должно быть достаточно до возвращения его людей. А уже потом они все вместе начнут выравнивать общий фон и объявят охоту на тварей.

– Явился? – ворчливый женский голос раздался откуда-то сбоку.

– Веня? – увидев знакомую блондинку, стоящую на середине лестницы и гневно взирающую на него, Рик несколько растерялся. У этой женщины в принципе не было авторитетов, и сказать все, что думает, она могла любому. В том числе и ему.

– Веня, Веня, – нехорошо прищурившись, прошипела она, словно ядовитая змея. – Где ты шляешься?

– Прости? – ни один мускул на лице Рика не дрогнул, но взгляд стал предостерегающим.

– Вот не надо со мной в гляделки играть, – шикнула Венцеслава в ответ, упирая руки в бока. – Девочка так намаялась, столько пережила, а тебе и дела нет! Бросил молодую жену и рад стараться.

– Послушай… – попытался Рик угомонить вздорную бабу.

– Нет, это ты меня послушай! Ты почто девочку обижаешь? Разве так себя должен муж вести с молодой женой? А ну, быстро пошел к ней!

– Собственно, я за тем и иду, а ты, Венцеслава, не забывай, у кого работаешь, поняла? – строго сказал Рик, поднимаясь по лестнице. – И впредь не смей лезть не в свое дело. Это моя семья, и не тебе решать…

– Ты мне не грозись, ясно тебе?! Все вы, мужики, один дурней другого, ничего в женской душе не понимаете! Женился-то, поди, не на один день, уж я-то слышала, а ведешь себя так, словно и не женат вовсе.

– Венцеслава, – почти прорычал Рик.

– Что? – так же грозно прищурилась женщина, и не думая сдавать свои позиции. – Ты меня к ней сам приставил…

– Как приставил, так и уберу.

– Попробуй, – прошипела Веня в ответ.

Единственное, о чем Рик сейчас был в состоянии думать, так это о том, какая муха его укусила, когда он просил самую склочную и правдолюбивую женщину Грозового Перевала быть при Йолинь. Ах, ну да, Веня была человеком, не руководствовавшимся в своих суждениях предрассудками. Рик искренне надеялся, что они с Йолинь поладят и Веня разделит с ним его ношу по общению с принцессой. Видимо, Веня уже перехватила на себя львиную часть.

Не сказав более ни слова, Властитель прошел мимо грозно смотревшей на него женщины и отправился в свою… в их комнату. Нет, никаких мотивов иного толка, чем погрузиться в сон, он не имел. И с некоторой толикой опаски думал о том, что в его доме им так же придется делить одну постель. Какое-то время так точно, пока Совет не даст знать, что они могут этого не делать более. Но свое обещание он собирался сдержать. Прикасаться к Йолинь он и не думал, более того, намеревался выделить ей отдельное крыло под личные нужды. А ночевки… Ну, подумаешь, ведь всегда можно сделать вид, что ее просто нет.

Тихонько притворив дверь, пропуская в крохотную комнатушку скупой лучик света, Рик вошел внутрь. В свете угасающего месяца он смотрел на женщину, что, укутавшись в огромных размеров ночную рубашку, полусидя спала на небольшой кровати. Угольно-черные ресницы отбрасывали тень на бледное усталое лицо. А призрачное сияние месяца делало облик Йолинь особенно завораживающим, хрупким, почти нереальным. Осторожно раздевшись, оставшись лишь в нательных брюках, Рик, стараясь не потревожить сон принцессы, лег рядом с ней. И ощущая себя воришкой, он откровенно рассматривал ее сейчас. Возможно, впервые осознанно любовался тем, что видел. Это была странная, чуждая северу красота. Изящные черты лица, снежно-белая в свете луны кожа, чуть пухлые аккуратные губы, к которым вдруг захотелось прикоснуться. Попробовать, какие они на вкус. Длинная тонкая шея, вдоль которой тяжелой волной ниспадают угольно-черные волосы. Очертания фигуры принцессы были скрыты этой нелепой