Слезы спасения - Мишель Хёрд

Я следую за Алексеем к туалетному столику и сажусь на табурет. Мои глаза следят за его движениями, когда он достает фен из ящика стола, и когда он начинает сушить мои волосы, мне кажется, что он делал это раньше.

Я расслабляюсь и использую это время, чтобы понаблюдать за Алексеем, запоминая его движения, когда его пальцы расчесывают мои волосы... и наблюдаю за каждым дюймом его лица.

Я понимаю, почему влюбилась в него. Я не думаю, что мне потребуется много усилий, чтобы снова влюбиться в него.

Чем дольше я смотрю на него, тем более знакомым он становится, и к тому времени, когда он заканчивает сушить мои волосы и с гордостью смотрит на меня сверху вниз, я чувствую, как тепло разливается по моему сердцу.

Глава 15

АЛЕКСЕЙ

Когда мы спускаемся в столовую, я думаю, что мне нужно быть полегче с нежностью, и добавить немного перчинки.

В какой-то момент мне придется поссориться с Изабеллой. Я, блять, чувствовал, как подозрение волнами исходит от нее, и просто выпалил, что люблю ее.

Я думаю, что разрядил ситуацию. Я чертовски на это надеюсь.

Войдя в столовую, я жестом указываю на кресло слева от себя, вместо того чтобы отодвинуть стул для Изабеллы. Когда я сажусь, входит Ариана с двумя тарелками еды, и Изабелла замирает.

Каждый мускул в моем теле напрягается, когда две женщины смотрят друг на друга. Затем широкая улыбка расплывается по лицу Арианы, и она подходит, чтобы поставить тарелки туда, где будут сидеть они с Дмитрием.

— Я так рада, что ты вернулась. – Она начинает приближаться к Изабелле, затем спрашивает. – Ничего, если я тебя обниму?

Изабелла переводит взгляд на меня, и, видя, что ей неловко, я встреваю.

— Может быть, воздержимся от объятий, пока Изабелла не освоится?

— Все просто кажется странным, – объясняет Изабелла. – Ты Ариана?

— Да. Если тебе что-нибудь понадобится, просто дай мне знать.

— Спасибо. – Как только Изабелла садится, входит Дмитрий с двумя тарелками еды, и Изабелла говорит. – В этом не было необходимости.

— Дмитрий практически шеф-повар, – хвастается Ариана.

Дмитрий ставит передо мной тарелку и, перегнувшись через стол, ставит другую перед Изабеллой.

Я бросаю взгляд на макароны.

— Выглядит неплохо.

— Тебе лучше съесть все, – бормочет Дмитрий.

— Да, папочка, – поддразниваю я его, заставляя Ариану рассмеяться. Я смотрю на Изабеллу и замечаю, что на ее губах играет улыбка.

На мгновение за столом воцаряется тишина, пока мы все поглощаем еду.

Проглотив кусочек, я спрашиваю Дмитрия:

— Ты рассказывал Ариане о доме, который мы собираемся построить для вас двоих?

— Дом? Где? Почему? – Ариана бессвязно отвечает на вопросы.

— Вылетело у меня из головы, – говорит Дмитрий, а затем улыбается своей невесте. – На этой территории. Это просто для того, чтобы у нас у всех было больше уединения, но я все равно буду рядом с Алексеем, если что-то случится.

— Да! – восклицает Ариана, затем улыбается мне. – Не то чтобы мне не нравилось жить в этом доме.

— Просто хочу видеть тебя счастливой, малышка, – говорю я, и мои слова пронизаны нежностью.

— Мне нужна комната только для моей косметики, – требует Ариана.

— Это справедливо, учитывая, что у меня будет комната для оружия, – отвечает Дмитрий, прежде чем откусить кусочек пасты.

— Тебе нравится макияж? – внезапно спрашивает Изабелла.

— Раньше я была визажистом. С тех пор как я начала заниматься благотворительностью, это стало скорее хобби, – объясняет Ариана.

— Благотворительность?

Мы с Дмитрием продолжаем есть, пока женщины разговаривают.

— Я больше похожа на благотворителя для пожилых людей, у которых никого нет. Особенно те, у кого есть проблемы со здоровьем, – говорит Ариана. – У моей матери болезнь Альцгеймера, поэтому проект близок моему сердцу.

Черты лица Изабеллы смягчаются.

— Мне жаль это слышать, но я думаю, это удивительно, что ты хочешь помогать... другим. – На лбу Изабеллы появляется морщинка, и она смотрит на стол.

Когда ее глаза прищуриваются, мое сердце набирает обороты.

— Ты в порядке?

Медленно она качает головой, слишком сильно сосредоточившись на чем-то, черт возьми.

Блять.

— Изабелла? – спрашиваю я, немного наклоняясь вперед.

— Это странно. Такое ощущение, будто оно у меня на кончике языка, – бормочет она, глубоко задумавшись. – Оно прямо здесь.

Протягивая к ней руку, я кладу свою на тыльную сторону ее ладони.

— Наверное, все дело в том, чтобы помогать другим. Это то, что объединяет вас с Арианой. Там, где она помогает пожилым людям, ты помогаешь рабам.

— Они не рабы, – говорит она, и в ее словах слышится сила.

— Невинные, – поправляю я себя.

Снова хмурое выражение ее лица становится еще глубже.

— Это похоже на дежавю.

Ощущение, что память Изабеллы может вернуться раньше, чем мне бы хотелось, наводит меня на мысль, что мне нужно ускорить события. Как-то. Блять.

Внезапно Изабелла улыбается.

— Не обращай на меня внимания. Безумный разговор.

— Не говори так. – Ариана ободряюще улыбается Изабелле. – Должно быть, это тяжело. Мы здесь, чтобы помочь тебе пройти через это.

Момент проходит, и мы возобновляем трапезу.

Когда я заканчиваю, я встаю и подхожу к боковому столику.

— Хочешь чего-нибудь выпить, Изабелла? Возможно, это поможет тебе расслабиться.

— Конечно.

Я наливаю три стакана водки и несу их обратно к столу.

Изабелла бросает взгляд на Ариану.

— Ты не пьешь?

— Только не этот яд. Я не против время от времени выпить бокал вина.

Изабелла поднимает стакан.

— Водка?

— Самая лучшая. – Подняв свой бокал, я говорю. – На здоровье. – Я встречаюсь взглядом с Изабеллой. – За твое здоровье.

Я делаю столь необходимый глоток, а затем откидываюсь на спинку стула.

Наслаждаясь напитком, я начинаю думать о том, как ускорить процесс, не вызывая у Изабеллы дискомфорта или подозрений. Такое чувство, будто я застрял в безвыходном положении, и я чертовски это ненавижу.

Когда Изабелла бросает на меня взгляд, я улыбаюсь ей.

— Ты в порядке?

Она кивает.

— Первый день был не так плох, как я думала. Я ожидала гораздо большей неловкости.

— Приятно это слышать. Я хочу, чтобы ты чувствовала себя как дома.

Дмитрий допивает свой напиток и встает.

— Я собираюсь проверить систему безопасности.

Как только он выходит