Сломанная печать - Иванна Осипова

— Знаете, менталы бывают удивительно нетактичны. Но мы же не станем на них злиться за их природу?

Удивлённый взгляд Марисы, кажется, смутил куратора. Магистерс Астрид зарумянилась, отведя взгляд.

— Особенно необученные менталы… Лазар, вероятно, наговорил лишнего, но сами понимаете… сын ректора. Ладно, не будем об этом, — она поспешно прервала сбивчивую речь, заметив застывшее маской лицо Марисы. — У вас сложности на занятиях? Как опытный лекарь могу дать вам совет. Любой слом дара возможно преодолеть, — кашлянув, как будто что-то мешало ей говорить, она сочувственно посмотрела на студентку. — Только вы сами, терпение и любовь…

— Какой слом дара? — отстранившись, Мариса задала вопрос прямо, подавив вспышку амарантовой силы в груди.

Каждый день испытывал на прочность её защиты и магическую волю в сдерживании чуждой магии. Если так пойдёт и дальше, то через месяц ничего не останется либо от Марисы, либо от Академии. Она предпочитала второе.

Откуда эта всегда улыбчивая и кажущаяся немного рассеянной женщина узнала о беде Марисы? На секунду она забыла, что имеет дело с лекарем высшей ступени. А неудачи в учёбе могли навести на мысль о проблемах дара эмпата. Бывало, Мариса находила в себе лишь пустоту. Только простейшие заклинания, не требующие понимания чувств, выходили гладкими и правильными. Изъян существовал, в этом магистерс не ошибалась.

— Как же… — Астрид осеклась и как-то сжалась, разговор явно не доставлял ей удовольствия, но она быстро собралась, перейдя на доверительный тон. — Послушай, девочка. Я знаю, каково это, терять дар, но главное вместе с ним не потерять надежду и волю. Пытайся, и всё получится. Твоя дядя считает, что мы можем помочь, но я знаю, что всё в твоих руках.

Магистерс собиралась уходить, но неожиданно обернулась.

— И не слушай глупых юнцов. Пусть отравятся собственным ядом.

Астрид убежала, ловко лавируя между студентами, несмотря на свои округлости и небольшую неуклюжесть. У Марисы пропал аппетит. Она бросилась из чайной, пересекла двор и обогнула главный корпус Академии. Лекаря Дэя она нашла в его кабинете. Виктор был так рад видеть её, торопливо обнял, а она хмурилась и кусала губы, отворачивая раскрасневшееся лицо.

— Как хорошо, что навестила, — из-под кафедры эмпат торопливо достал небольшую корзиночку, прикрытую клетчатым полотенцем. — Грета просила передать, как и обещала. Думал занести в общежитие вечером.

— Не нужно обо мне ни с кем говорить! — она не хотела кричать, сдерживаясь сжала кулаки. — Может вы всем расскажете, кто я?!

Это всегда помогало унять магический амарантовый всплеск, когда Мариса не справлялась с эмоциями. Виктор немедленно поймал девушку за руки, воспользовался неявными, но действенными приёмами эмпатов.

— Спокойно, милая. Спокойно. Вдохни глубоко.

Упав ему на плечо, Мариса затихла. Её била купная дрожь. Она ни с кем не собиралась делиться бедой, но рано или поздно эмпаты догадаются, что среди них искалеченный маг. С этим Мариса понемногу смирялась, но разговор магистра с Астрид выглядел предательством в её глазах.

Какой-то человек заглянул в кабинет, неразборчиво буркнул извинения и ушёл. Они и не поняли, кто это был. Виктора заботили совсем другие проблемы.

— Что произошло? — лекарь продолжал незаметно вплетать в слова и жесты успокаивающие чары. — Кто тебя расстроил?

Вздохнув, Мариса уже не чувствовала прежнего возбуждения и злости и смогла спокойно объясниться. Ей сделалось немного стыдно перед магом. Лекарь смотрел на Марису с такой мягкой отеческой нежностью, что она больше не находила гневных слов.

— Прости, но я подумал… — он досадливо поморщился. — Астрид одна из первых работала с магическим пологом и получила удар силой креаторов. Правда, мы до сих пор это скрываем.

Его смущённая улыбка означала: «Ты же не проболтаешься, девочка?» Мариса кивнула.

— По протоколу раненых после контакта с завесой отправляют в лазарет. Он находится в резиденции верховного толкователя. Десять лет назад выделили отдельный корпус. Делвин Брум всё хочет держать под контролем. Только никто не вернулся оттуда.

Имя Брума снова напомнило о практикуме, и Мариса погрузилась в переживания той неловкости, что заставила её волноваться перед молодым стажёром, племянником верховного толкователя. Она совсем не слушала магистра Дэя, вернее упустила слова о лазарете.

— Они все погибли? — это она уяснила. — Умерли?

— Так пишут в заключении, — лаконично подтвердил лекарь. — Астрид пострадала не сильно. Нам удалось её спрятать. Муж Астрид сделал всё возможное. Он тоже эмпат.

— И у магистерс был разлом в даре? Она что-то такое сказала… — Мариса понимала, что должна испытать сочувствие к куратору, но ощутила лишь заинтересованность.

— Сила креаторов забрала у неё сострадание и понимание чувств других людей. Они преодолели это вместе с мужем. Я мало чем сумел помочь. Астрид уверена, что только любовь способна исцелить.

— Любовь, — губы Марисы скривились. — Такое точно не для меня. Лучше скажите, почему сила креаторов забирает часть дара? Поэтому все так не любят магов иллюзий?

— Креаторы всегда были обычными магами. Не лучше и не хуже, насколько я знаю. Нигде не упоминалось, что их сила вредна для остальных Ковенантов. Да защитные амулеты и щиты от магии креаторов создавать сложнее, но в прежние времена справлялись. Возможно, взрыв в Академии что-то изменил. Аномалия, появившаяся после него, стала последствием перерождения магии иллюзий.

19.

Осторожно приоткрыв дверь, Мариса заглянула в зал библиотеки. Несколько студентов сидели за столами с магическими светильниками. Их мягкий свет приятно рассеивался ближе к углам большого помещения. Взгляд девушки блуждал по длинным полкам высоких шкафов, забитых книгами. Она так и замерла, пройдя дальше между столами. Как здесь найти то, что ей нужно?

В поисках была необходима какая-то система. Не бегать же от полки к полке. Да и не лежат открыто древние книги, по которым учились маги, избравшие Ковенант иллюзий. Сложив руки перед собой, Мариса с силой сцепила пальцы и внимательно осмотрелась. Полки с книгами внушали волнение. За небольшой конторкой возилась миниатюрная брюнетка, весьма