Сделай со мной... это, госпожа - Анна Жнец

— Дышит? — раздался рядом шепот ненавистной дроуши.

Хотелось рыдать. Трясущимися пальцами я попыталась нащупать на руке любимого пульс и с облегчением уловила редкие толчки.

Жив.

Слезы все-таки потекли по моим щекам.

— Интересно, — задумчиво протянула серая дрянь. — У него получилось разрушить чары?

Да плевать мне на чары!

С губ уже готовы были слететь самые грязные ругательства, когда Теневир застонал и поднял голову. Кровь запеклась у него под носом, размазалась по щекам, блестела на лбу — любимый разбил его, упав без чувств на каменную столешницу.

— Все в порядке? — я опустилась перед мужем на корточки и с тревогой заглянула ему в лицо.

— Ты порвал струну? — нависла над ним шантажистка.

Вместо ответа Теневир растянул окровавленные губы в улыбке. Что-то в его взгляде напугало принцессу Яркхе до бледности. Что-то в глазах раненого заставило ее отшатнуться от него с гримасой ужаса на лице.

— Нет. Нет! Не смей.

Она замотала головой и попятилась к двери, лихорадочно открывая сумку, перекинутую через плечо.

Теневир наблюдал за ней, как хищник за добычей, улыбаясь с самым жутким видом. Вокруг его пальцев, лежащих на столе, собирался черный дым.

Что он задумал? Неужели?..

От внезапной догадки перехватило дыхание. Меня захлестнуло какое-то мрачное торжество, смесь ужаса, восторга и злорадного предвкушения. Нечто темное незнакомое поднялось из глубин моей души, как если бы взболтнули осевший на дне осадок.

— Я разрушил магию клятвы, — медленно, зловещим тоном произнес мой супруг. — И теперь могу убивать.

Принцесса задушено пискнула. Кажется, лишь сейчас до нее дошло, что чары присяги защищали от предателей не только Великую мать, но и всю королевскую семью. Ее в том числе. Только что принцесса лишилась неприкосновенности. По собственной воле или, точнее, глупости. Копала яму другому, а вырыла ее для самой себя.

Клубы колдовского дыма расползались по столу, огибая тарелки и бокалы.

— Твоя жена — самозванка! — завизжала принцесса, дернув из сумки хрустальный шар и выставив его перед собой, как щит. — То есть она вообще не твоя жена! Душа Кхары здесь! В этом артефакте!

Ее губы и рука, держащая шар, тряслись. Лицо побелело до оттенка сигаретного пепла. В голосе звенела истерика.

— Я говорю правду!

Смертоносный дым уже стекал с края стола и тонкими щупальцами тянулся по воздуху в сторону принцессы. В отчаянии она хваталась за последнюю соломинку. Не удалось превратить упрямую попаданку в свою марионетку — может, получится завербовать мужа Кхары напрямую, без посредников.

— Я могу ее вернуть. Стань моим союзником, и я верну тебе твою истинную, а самозванку прогоню прочь.

Я невольно напряглась, посмотрев на Теневира. Мысленно я говорила себе, что доверяю ему, но сердце против воли кололо тревогой. Он ведь не передумает? Наши ночи, его поцелуи и пылкие признания не пустой звук?

— Она действительно в этом шаре, — принцесса Яркхе тряслась, шаг за шагом отступая к спасительному выходу. — Твоя истинная. Ты ведь любишь ее. Жить без нее не можешь. Помоги мне, и я верну тебе ее. Верну тебе твою истинную.

Я не сводила глаз с Теневира.

Его жуткий кровавый оскал стал шире. Рот напоминал рану от ножа.

— Моя истинная, — произнес дроу, мрачно улыбаясь, и нашел меня взглядом, — здесь.

Ленты из дыма рванули к принцессе, словно выпущенные на волю цепные псы. Вошли ей в нос. Глаза шантажистки закатились, сверкнув белками. Она дернулась. Ее пальцы разжались, выронив артефакт. Тот, треснув, но чудом не разбившись, покатился по каменному полу пещеры, пока не уперся в мою стопу. Поколебавшись, я подобрала его и покрутила в руке. В глубине хрустального шара, в молочном тумане, шевельнулась тень. Кхара?

Принцесса в двух метрах от меня хрипела и содрогалась. Ее тело били страшные судороги. Нанизанная ноздрями на вилку из дыма, она встала на цыпочки, как если бы ее насилу тянули вверх, а через секунду грудой обмякшего мяса упала к нашим ногам.

Все кончено?

Женщина, которая угрожала мне расправой, лежала на полу в изломанной позе и не шевелилась.

Дым клубами отползал назад к своему хозяину.

— Что ты с ней сделал? — шепнула я, чувствуя, как магический шар греет ладонь. Поверхность артефакта была не то чтобы горячей, но теплее человеческого тела и воздуха в гостиной.

Теневир опустил голову и плечи, переводя дух. Его дыхание было тяжелым и шумным, лицо блестело от пота.

— Закупорил один из сосудов в мозгу, — он пошатнулся от усталости и позволил себе без сил рухнуть на лавку.

Мертвое тело посреди гостиной притягивало мой взгляд. Жуткое зрелище, но и странным образом завораживающее. Черты принцессы Яркхе потекли, как восковой слепок рядом с огнем. Открытые глаза в сеточке красных капилляров слепо смотрели куда-то в угол комнаты. Следов насилия я не заметила. Теневир убивал очень аккуратно.

— Надо ее убрать отсюда, — потер он лоб. — Сейчас передохну и подумаю, как избавиться от трупа. Обставим все как несчастный случай.

— А ты… и королеву теперь можешь… ну… того?

Рядом с пустой тарелкой лежала салфетка из ткани в форме веера. Я взяла ее, смочила в чаше для умываний и принялась осторожно стирать с лица мужа разводы крови.

Теневир все никак не мог отдышаться.

— Старую каргу я трогать не буду. Она, конечно, дрянь. Ну а кто нет? Если Дом Эброс падет, власть приберет к рукам Фарн Адранир.

Имя показалось знакомым. Я замерла, прижав влажную салфетку к щеке Теневира. Меня озарило.

Фарн Адранир — его мать, моя свекровь!

— Ты не хочешь, чтобы твой Дом правил? — я прополоскала испачканную тряпку в воде. Вода окрасилась в розовый.

— Хвала Паучихе, я больше не принадлежу этому Дому. И нет, я не хочу, чтобы к власти пришла моя мать, — Теневир скривился и с отвращением покачал головой. — Кто угодно, только не она. Я лучше потерплю на троне старую каргу. Долгих ей лет жизни.

Он аккуратно отстранил меня и поднялся на ноги.

— Где сфера?

Я напряглась. Очень не хотелось отдавать ему артефакт. Внутри сидел страх: вот заглянет Теневир в хрустальный шар, увидит в туманной дымке призрак Кхары, и в душе у него что-то шевельнется, какая-то ностальгия, неожиданная тоска по прошлому,