Мажор на мою голову - Ася Синицева

— Нет, нет, и ещё раз нет! — в который раз повторила я Кириллу. А он не отступал, продолжал меня уговаривать. Посадил на подоконник и чмокнул в нос.

— А теперь? — сново спросил Кир.

— Нет.

Он провел дорожку поцелуев к уху и прикусил мочку, а затем повторил вопрос. Его действия были каким-то… интимными? А моя решимость таяла с каждой секундой, и я уже готова была согласиться. А сердце уже давно согласилось. Но я держалась стойко.

— Неа, — ответила я.

Он отстранился и недовольно посмотрел на меня.

— Ну, Рита! Я не понимаю, что трудного сходить на простой ужин!

Я закатила глаза. Как же не понимает он.

— Там будут твои родители! Это семейный ужин! — возразила я.

Он скрестил руки и продолжал гневно смотреть на меня.

— И что? Ты — моя девушка, и я хочу познакомить тебя с моими родителями!

— Мы встречаемся всего две с половиной недели!

— И?

— А вдруг я им не понравлюсь? — сказала таки то, что волновало меня больше всего.

— Не говори ерунды! Если ты мне понравилась, то им подавно!

На этом мои аргументы закончились, а смысла препираться больше не было. Так уж и быть. Схожу я на этот ужин. Действительно, не меня же есть собираются. Так что и волноваться нечего.

— Ладно, — с тяжёлым вздохом, словно отправляюсь на смертную казнь, ответила я.

Кир запечатлил на моих губах собственнический поцелуй. А я уже подумала, что быстро сдалась. Нужно было ещё потянуть кота за хвост.

* * *

— Одень просто джинсы и толстовку. — посоветовала Полина.

— Ты что? Нужно одеть платье. Может то синее, что ты купила на прошлой неделе? — спросила Яна. Которая, кстати, соязволила оторваться от свадебных хлопот, чтобы"…устроить жизнь лучшей подруги".

Свахи, блин, в деле. Уля же опять куда-то запропастилась. И я была на девяносто девять, хотя нет, на все сто процентов уверена, что она с Тимуром. Да и букетики в ее комнате, которые она тщательно пыталась скрыть, только подтверждают это. Не думала, что Тим такой романтик! А ещё мне пришлось купить ещё одну вазу. Так как свои же букетики тоже нужно куда-то ставить. Не в банку же.

— В платье на такую холодину? Ты в своем уме? Чтобы она ещё и заболела!

— Красота требует жертв! — парировала Яна, а я в который раз закатила глаза.

— Я тоже не хочу наряжаться. Оденусь как всегда. А то подумают, что я одна из новых пассий Кирилла. — я взяла обычные джинсы и толстовку, которые Поля уже протянула мне.

— А разве нет? — с ухмылкой проговорила Яна. За что ей прилетела подушка, и от меня, и от Полины.

— Шучу-шучу. Старая пассия! — тут Яна всё-таки увернулась.

— Ой доиграешься, ты, Янка! Невеста с фингалом не сильно красиво смотрится. Гляди, а то Гор, кого покрасивее найдет! — пропела Полинка.

— Я ему найду! — зыркнула Яна, сново укладывая подушки на диванчик. — только посмотрит не в ту сторону — я его кастрирую!

— Бедный Гор! Не знал на что подписывается! — со вздохом проговорила Полина.

— Даа, не повезло жениху! — поддержала я. И зря, еле увернулась от прилетевшей подушки. — Эй! Сама потом убирать будешь!

Мы расхохотались. Так и пришло время Х. А точнее, через десять минут приедет Кир и мы вместе с ним поедем на ужин с его родителями. Василием Игоревичем и Надёжной Леонидовной.

И вот мы уже припарковался в гараже гигантского особняка. Родители Кирилла жили на самой окраине Москвы, по словам Кира, решили на старости лет отдохнуть от шума города.

Мы вышли из машины и зашли в дом, нас встретила чета Корсаковых. Красивая женщина, которой я бы от силы дала лет тридцать пять. И не за что бы не поверила, что она на десять лет старше. Под руку милую даму держал ее муж. Мужчина с виду очень строгий и я даже представить себе не могла, что он может так мило улыбаться. Зато теперь я знаю как будет выглядеть Кир, через двадцать лет. Василий Игоревич просто повзраслевшая копия Кира. Точнее наоборот, Кир — его копия.

— Здравствуйте! — смущённо поздаровалась я, под изучающие взгляды обоих Корсаковых.

Надежда Леонидовна тепло улыбнулась и обняла меня. Я, если честно, такого не ожидала. Поэтому на объятья ответила скованно и неуверенно. А мое смущение ещё больше усилилось.

— Я — Надежда Леонидовна. Мать этого оболтуса. Но можешь называть меня просто Надя. И давай на ты? — я опешила от ее слов всего на минуту, но потом быстро пришла в себя.

— А я Рита. Девушка того же оболтуса. — поддержала я ее тон. На что получила недовольный взгляд Кира. Надежда Леонидовна, или просто Надя (вы уж извините, я не привыкла) легко расхохоталась.

— Веселая у тебя девушка, Кир. — вступил в разговор Корсаков-старший. — Я Василий. Можно просто дядя Вася. И я так рад с вами наконец познакомиться. Думал уже не дождусь внуков.

— Папа! — недовольно воскликнул Кир, а мы с Надей захихикали.

— Что папа? Не книжки же вы наедине читаете! — тут я покраснела. На самом деле, мы с Киром только целовались. Ничего большего у нас не было.

Мы прошли в просторную столовую и сели за стол. Позже к нам присоеденилась младшая сестра Кира — Милана. Очень общительная девочка. У нас с ней было много общего. Как оказалось Милана увлекалась музыкой и посещала музыкальную школу, где и научилась играть на фортепиано, но меня больше всего удивило, что Кир тоже играет на музыкальном инструменте — на гитаре.

— Ты не рассказывал мне об этом! — возмутилась я.

— А ты и не спрашивала, — пожал плечами Кир, за что и получил от меня шуточный подзатыльник.

— Ой, Риточка, давай покажу детские фотки Кира? — предложила мне Надя, косо поглядывая на сына.

— Ну мам! — в который раз за вечер произнес Кир. Складывалось впечатление, что дядя Вася и Надя специально выводят его из себя, да и Милана тешила меня рассказами о своем братишке.

— С удовольствием! — ответила я Наде. А Кира, смерила взглядом, который красноречивей любых слов говорил: "Сам же и виноват!".

Надежда Леонидовна достала большую коробку, где она хранила снимки Кирилла. Я удивилась, что не на компьютере, обычно же там хранят снимки. Мама всегда фоткала на телефон, а потом, скидывала фотки на флешки, диски, или на компьютер.

— Предпочитаю по-старинке, бумажные фотографии. Не люблю все эти современные приспособления. — ответила на мой немой вопрос Надя. Я пожала плечами. У каждого свои