Одиннадцать дней - Лайза Роллингз

— Да, и она к тому же сама встречалась с ним только ради того, чтобы Марк помог ей сделать карьеру. Впрочем, давай не будем больше о работе.

— Хорошо, — согласился Натан. — Мне вообще иногда начинает казаться, что ты не думаешь ни о чем, кроме своего агентства. Это, конечно, хорошо, но иногда нужно думать и о себе.

— Я ужасно выгляжу? — Алекс по-своему интерпретировала фразу Натана.

— Ты всегда замечательно выглядишь, — сказал он. — Ты очень красивая.

Алекс почувствовала, что краснеет. Она вспомнила, как когда-то не могла смотреть в глаза Натану и тоже краснела и нервничала.

Кстати, что-то не стало в последнее время его пристальных взглядов. Алекс заметила, что Натан как-то изменился, но не могла понять, что ее насторожило. Теперь она поняла. Комплименты комплиментами, но что-то здесь не так.

И что же это может значить? Когда Алекс смотрела на него, Натан отводил взгляд. Это что-то новенькое! Неужели Натану неприятно смотреть на нее? Быть может, он продолжает общаться с ней только потому, что боится обидеть ее?

Алекс погрустнела. Да, наверное, так и есть: она больше его не интересует. Настроение испортилось окончательно.

Да и разговор сегодня как-то не клеился. Раньше, когда Алекс узнавала нового для нее человека поближе, ей было легко общаться с ним. А в случае с Натаном теперь она вместо прежнего спокойствия и ощущения того, что рядом с ней ее вторая половинка, ощущала отчужденность.

На что я рассчитываю? — с тоской подумала Алекс. Он не любит меня. Я в очередной раз ошиблась. Вот и на ужин пригласил только потому, что обещал еще две недели назад. Я больше неинтересна ему.

Алекс стало так грустно, что на глаза навернулись слезы. Она украдкой смахнула их.

Как она могла ошибиться? Снова и снова Алекс наступала на одни и те же грабли, но так ничему и не научилась.

Натан отвез Алекс домой сразу же после ужина. Он даже не согласился ненадолго зайти к ней и посмотреть ее заново отремонтированную квартиру. Натан попрощался с ней у двери и ушел, все так же избегая ее взгляда.

Алекс вошла в квартиру и поплелась в спальню. Там она, даже не переодеваясь в домашнюю одежду, упала на кровать и лежала так до тех пор, пока не стемнело.

После всех волнений еще и это! — подумала Алекс раздраженно.

Что ж, пусть будет так. Не нужен ей Натан. Подумаешь, кто он такой, чтобы занимать все ее мысли?

А ведь занимает! Да и неправда, что он не нужен ей. Как она сможет жить без него?

Как она жила раньше? Алекс, очнись, приди в себя: ведь жила же!

Нет, не жила — существовала, твердил ей внутренний голос, и Алекс знала, что это правда.

С десятым днем знакомства, поздравила она себя. И что мне теперь делать?

Алекс была почему-то твердо уверена, что теперь она и Натан перестанут общаться. Они созданы друг для друга, а он этого не понимает. Или это она такая дура, что придумала себе красивую сказку и пытается выдать ее за реальность?

Что ж, теперь все ее мечты рухнули. В полночь карета превратилась в тыкву, а принц исчез.

Марк вошел в приемную Гаварда Рэнделла и осмотрелся. Все, как у них в агентстве. Почти один в один. А теперь уже появились и общие идеи.

— Вам назначено? — спросила секретарша.

Марк покачал головой.

— Нет.

— Вы хотите сделать заказ на проведение показа?

— Нет, я не клиент.

— Тогда, боюсь, мистер Рэнделл не сможет вас сейчас принять, — сокрушенно сказала секретарша. — У него очень много дел в связи с предстоящим фестивалем. Вы, конечно, слышали о нем?

Губы Марка скривила горькая усмешка.

— Слышал. Но все же мне придется побеспокоить вашего босса. Если он не примет меня сейчас, то я не отвечаю за свои дальнейшие действия.

Секретарша испуганно взглянула на Марка. Он и впрямь был похож на сумасшедшего: бледное лицо, в глазах лихорадочный блеск… Стоит ли тогда вообще сообщать мистеру Рэнделлу о приходе этого человека? Или сразу вызвать санитаров?

— Я не сумасшедший, — сказал Марк, догадавшись о ее мыслях, и улыбнулся. — Мне необходимо срочно поговорить с Гавардом Рэнделлом. Это в его интересах. Дело как раз касается показа. Если вы не сообщите ему о моем визите, то, боюсь, потом, когда фестиваль сорвется, он не скажет вам за это спасибо.

Аргумент возымел действие, и секретарша сообщила Рэнделлу о том, что с ним хотят срочно поговорить.

Марк вошел в кабинет Гаварда, но не ответил на его приветствие и проигнорировал протянутую ему руку.

— Я не хочу здороваться с человеком, который занимается плагиатом, — сказал Марк.

Улыбка на лице Рэнделла погасла. Он и без того был удивлен, что его посетил Марк. Не так уж часто они пересекались, а уж в гости друг к другу и подавно не ходили.

Марк долго раздумывал над тем, стоит ли ему поговорить с Рэнделлом или не стоит. И в конце концов решил, что если не выскажет Гаварду все, что о нем думает, то перестанет себя уважать.

Алекс отговаривала Марка, но он ни в какую не хотел уступать.

— Пойми, — говорил он, — если мы проигнорируем то, что нас так обули, над нами будут смеяться все кому не лень.

— Над нами и так уже все смеются, — сказала Алекс. — Наши клиенты пришли в ужас от того, что все срывается, и раззвонили о всех бедах по всему модельному миру, ты же знаешь.

— Мы потеряли клиентов? — с тоской спросил Марк.

— Еще чего не хватало! Да, кое с кем пришлось попрощаться, но те, кто работал с нами с самого начала, остались. Мы что-нибудь придумаем в срок. Грандиозных планов, конечно, уже не надо строить, но, по крайней мере, мы проведем обычный показ на высоком уровне. Не ходи к Рэнделлу, прошу тебя.

— И сидеть, как мышь в своей норке? Он украл у нас идею, а я буду молчать?

— Он ничего у нас не крал, — сказала Алекс устало. — Рэнделл купил эту идею за свои деньги. Ты же прекрасно знаешь, что Линда действовала по собственной инициативе.

— Да, она по собственной инициативе надела нам петлю на шею.

— Прорвемся как-нибудь.

— Нет, Алекс, не отговаривай меня. Я не собираюсь бить Рэнделлу морду, но по душам поговорю.

— Ты знаешь, что я против, — еще раз предупредила кузена Алекс.

И вот теперь Марк стоял перед сконфуженным Гавардом Рэнделлом и смотрел на него взглядом, полным презрения.

— Я не совсем понимаю, что ты имеешь в виду, — сказал Гавард.

— Я имею в виду твой фестиваль, идею которого во всех подробностях ты свистнул у нас и даже глазом не моргнул. Да, мы конкуренты, но должны же быть какие-то рамки! У тебя вообще нет никакой совести. Тебе самому не стыдно выдавать чужие планы за свои?