Камелия. Княжна соляных пустошей-2 - Елена Кароль

Ну а про зубки вообще молчу: один кусь - и головы как не бывало.

При этом убить её оказалось довольно просто - не сговариваясь, мы первым делом повредили её кожаные мембранные крылья, после чего “птичка”, истошно вереща, рухнула метрах в пяти от нас, ну а потом Мирон магией поднял ближайший валун повнушительнее и сломал твари позвоночник, отчего та нелепо дернулась и через несколько секунд сдохла.

– Жаркая встреча, - пробормотала я себе под нос, старательно оглядываясь и уже видя, что в нашу сторону несется тот самый “плотоядный баран”, который действительно очень похож на барана, но вот морда больше львиная. - Этот мой!

– Без проблем. Я пока уделю внимание хамелеончику, - азартно хохотнул наставник и я краем глаза заметила, что из-за валуна слева на мужчину пытается наброситься темно-серый очень крупный варан, ещё секунду назад успешно изображающий второй валун.

В общем, кто бы сомневался - и эта тренировка удалась. Всего за полтора часа, практически не сходя с места, мы собрали на себя больше двух десятков тварей, причем крупных было аж шесть: птеродактиль, два ящера, львиный баран и парочка его коллег, подбежавших к завершению тренировки.

Помимо них на нас пытались напасть покрытые шипами крысы размером с питбуля, стая рогатых кроленей и какая-то бешеная куропатка, не умеющая толком ничего, но дико желающая поучаствовать в творящемся беспределе.

Мы безжалостно убили всех.

Ну а потом (кто бы сомневался?) я разучивала дико полезное воздушное плетение левитации, которое позволяло не только пеленать жертву в компактную сосиску, но и переносить её по воздуху в нужную точку.

И так полтора десятка раз: от разлома до сарая.

Помогать мне наставник не собирался. Разве что только советом…

Зато под конец у меня получалось удерживать уже три груза тремя разными арканами и ни одно тело в процессе транспортировки не упало.

Честь мне и хвала!

В итоге Мирон меня даже похвалил:

– Умница. Послезавтра снова пойдем в разлом, но не сразу. Сначала расскажу теорию по комбинации стихий с хаосом. Благодаря ему, та же твердь обретает особую текучесть и в два счета превращается в более убойное орудие, чем просто камень. Но об этом я расскажу в следующий раз. Кстати, по добыче. Если что не нужно - дай знать, я всё заберу. Самовывозом. По цене не обижу. До встречи!

Махнув рукой, мужчина уехал, а я, отметив, что Бобров о чем-то активно общается с Павлом Артемьевичем, кинологом, который приехал заниматься со щенками, позвала из дома Нюру и похвастала своей добычей.

– Ох, страховидлы какие! - восторженно всплеснула руками девушка, изучая то одного представителя разломной фауны, то другого. - Барыня, что делать с ними планируете?

– Всех до единого выпотрошить, вынув в первую очередь кристаллы, и снять пробу с мяса. Надо понять, какие из них съедобны, а какие только на продажу. Займешься? Можешь позвонить братьям, заодно решим по шкурам.

– Уже звоню! Только это… - Нюра, скептически скривившись, кивнула на ближайшую тушу крысы. - Этого может не будем есть? Я как-то по крысятине не очень…

– Хорошо, - рассмеялась я. - Этого не будем. Доверюсь твоему вкусу. А вот остальных сразу маркируй, чтобы знать, кто достоин оказаться на княжеском столе, а кто нет.

– Будет сделано, барыня! - поддержала меня смехом помощница и уже звонила среднему брату. - Дюша, чо я тебе сейчас скажу! Ты не поверишь!

Не став подслушивать чужой разговор, я предпочла уделить внимание будущей сторожке, на этот раз активно используя именно воздушные арканы, чтобы, так сказать, закрепить пройденный материал.

Следующие несколько дней прошли не менее продуктивно. По утрам мы с Бобровым занимались физической подготовкой, через день приезжал Мирон, помогая осваивать боевую магию, после обеда я уделяла время стройке и всё было прекрасно.

При этом каждый наш с Мироном поход в разлом заканчивался вынесенными оттуда тварями, которые словно специально только и ждали, когда мы в него зайдем, нападая пачками, так что очень быстро стало ясно, что самое вкусное мясо у ящеров и кроленей, а вот баранольвы довольно жесткие. Куропатки костлявые, мясо птеродактилей почему-то пахнет тиной и тухлятиной, а крыса, которую рискнул попробовать Бобров, была сухой и жилистой, так что заготавливать её на мясо не было смысла.

В итоге большую часть добычи я продавала Мирону, предварительно вынимая из тварей кристаллы, которые оказались преимущественно “металлическими”, но иногда с оттенком природы (у баранов) или воздушные (у птеродактилей). Мозговых кристалла пока попалось всего два: из птеродактиля я вынула горошинку ментала, а из ящера обманчиво невзрачный серый кристалл стихии тень. Дюша, досрочно расплатившись со мной за первую партию шкур, забронировал себе шкуры ящеров, мясо которых мы оставляли себе, Антон выкупил у меня парочку черепов баранольвов, ну а остальное всё отправлялось в скупку.

Неожиданно мой персональный штат бойцов пополнился двумя сорокалетними офицерами, вышедшими на основной работе в отставку по возрасту. Раньше они служили на границе с османами, где идет особо вредный стаж, но продлять контракт не стали, решив пожить более мирной жизнью. Как уж их нашел Бобров, история умалчивает, но я пообщалась с обоими и мужчины показались мне достойными доверия. Особенно когда без вопросов согласились на магический контракт с проживанием на территории.

У обоих были семьи в Астрахани, но я охотно рассматривала выделение территории под дом и небольшое хозяйство на своём хуторе. В самом деле, почему бы и нет? У меня сто гектаров угодий! Да, ещё не восстановленных. Но куда мне их одной? Если подумать, тут можно полноценную деревеньку обустроить, были бы руки не из задницы.

Ну а пока мужчины поставили палатку и наравне с бойцами Тихомировых несли бдительную службу, меняясь через день.

Сегодня же была суббота - день, когда мы должны были с Варварой поехать в театр. Занятие с Мироном было вчера, но утром я всё равно уделила внимание физической подготовке, во время пробежки сообщив Боброву, что у меня сегодня выход в свет, и совсем не удивилась, когда он строго заявил:

– Только в сопровождении охраны!

Но я и не возражала.

Правда, за руль села сама, успев соскучиться по быстрой езде, но рядом сидел невозмутимый