Лорд полуночи - Джо Беверли

Де Лисл свесился с седла и позвонил. Клэр спешилась и подошла к смотровому глазку в воротах, который не сразу открылся.

— Да? А, это вы, леди Клэр!

— Я ищу своих теток, сестра. Леди Фелицию и Эмис.

— Они здесь, но вряд ли захотят вас видеть. Тем более что вы приехали с вооруженными мужчинами.

— Они никому не причинят зла. Я бы хотела войти и поговорить с ними.

— Я спрошу у матери настоятельницы, — ответила монашка и захлопнула глазок.

Клэр обернулась к своему спутнику:

— Вы могли бы постараться не выглядеть так устрашающе!

— Я стараюсь изо всех сил, миледи, — ответил Ренальд, а его люди усмехнулись. Суть в том, что в самой природе воина заключена угроза, и им незачем ее специально демонстрировать.

Клэр услышала, как изнутри отпирают маленькую калитку в воротах. Вскоре она оказалась лицом к лицу с матерью Уинифред.

Настоятельница занимала весь проем калитки. В своем черном одеянии и белом головном уборе она выглядела сурово и неумолимо. На ее бледном лице застыли ледяные глаза.

— Леди Клэр, как вы осмелились привести этих головорезов в мою обитель?

— Это лорд Ренальд, новый хозяин Саммербурна, — ответила Клэр, сделав почтительный книксен. — Мои тетки пропали, и мы решили разыскать их.

— Пропали — не совсем верное слово, дитя мое, не так ли? Сбежали — это будет вернее. Спаслись от жестокого убийцы! ― Она окинула взглядом всадников: — Кто из вас Ренальд де Лисл?

Клэр повернулась вполоборота, чтобы видеть обоих участников беседы. Она ожидала, что беседа будет вестись на повышенных тонах, и с изумлением увидела, что лицо Ренальда приняло выражение холодного равнодушия.

— Кого же я, по-вашему, убил, преподобная мать?

Господи, кому угодно, но только не ему пристало прикидываться невинной овечкой!

— Без сомнения, не один десяток добрых христиан, — ответила настоятельница. — Вы наемник и турнирный боец, человек, который живет, проливая кровь других. Надеюсь, вы не станете это отрицать?

— Нет, — холодно улыбнулся Ренальд, сохраняя полную невозмутимость.

Клэр вздрогнула. Наемников отлучали от церкви. Турнирные бои считались большим грехом.

— Мы не привыкли видеть в наших краях таких людей, милорд. Лорд Кларенс был человеком миролюбивым.

— Его гибель лишь подтверждает, что миролюбие не защищает от насилия.

— Молитва и благочестие дают такую защиту.

— Только в грядущей жизни, преподобная мать. А в нынешней надо уметь постоять за себя с мечом в руках.

— Преподобная мать, — вмешалась Клэр, вспомнив о цели их визита. — Лорд Ренальд показывает себя с наилучшей стороны с тех пор, как прибыл в Саммербурн.

— В самом деле? — недоверчиво прищурилась мать Уинифред. — Значит, ты будешь счастлива замужем за ним, не так ли?

— Преподобная мать…

— Вы заключили соглашение с Фелицией и Эмис, леди Клэр. Если этот человек такой добрый и благочестивый, то почему вы стремитесь избежать брака?

— Я не говорю, что… Я просто чувствую, что… — Клэр не сразу собралась с духом. — Фелиция и Эмис были взволнованы и напуганы. Мы все тогда испугались. Пока еще не слишком поздно, я хочу, чтобы они знали, что лорд Ренальд совсем не такое чудовище, каковым мы его сочли поначалу.

— Приятно слышать такие слова, — раздался у нее за спиной приглушенный голос.

Клэр продолжила, не обратив внимания на колкое замечание Ренальда:

— Я знаю, что Фелиция была бы рада выйти замуж…

— И также знаете, что она не может найти мужа иным способом?

— Я этого не говорила. — Клэр смущенно покраснела.

— Тогда почему вы здесь?

Клэр мысленно обругала себя. Она не учла того, что преподобная мать Уинифред займет в этом деле активную позицию, потому что всегда хотела заполучить к себе в обитель одну из них. Теперь она решила, что обе сестры лорда Кларенса у нее в руках.

— Скорее всего вы уверены, что этот человек будет жестоким мужем, и хотите уступить свое место под венцом другой, — предположила настоятельница, победоносно и чуть натянуто улыбаясь.

— Нет! — воскликнула Клэр, хотя монахиня была отчасти права. — Преподобная мать, я настаиваю на разговоре с Фелицией и Эмис, — твердо заявила она и, предполагая, что тетки подслушивают этот разговор, добавила: — Они старше меня и имеют право первенства. Мне надо убедиться в том, что они не изменили своего решения, прежде чем я соглашусь стать женой лорда Ренальда.

Клэр смело заявила о намерении принести себя в жертву, и мать Уинифред не могла не оценить столь достойный жест. Она повернулась и бросила Клэр через плечо:

— Войдите.

Девушка поспешила за ней следом, но едва переступив через порог, почувствовала, как чья-то сильная рука крепко схватила ее за пояс. Де Лислу пришлось буквально выпрыгнуть из седла, чтобы удержать ее.

— В чем дело? Я просто хочу…

Он обхватил ее за талию и отвел от ворот.

— Мне бы не хотелось, чтобы единственная невеста, которая находится в границах досягаемости, исчезла за этими стенами. — Он обернулся к матери Уинифред: — Позовите леди Фелицию к двери. Пусть она поговорит с племянницей оттуда.

Настоятельница ушла, захлопнув за собой дверь.

— Я бы вернулась…

— Простите, но я отнюдь не уверен.

Впрочем, сама Клэр тоже сомневалась в этом. К тому же мать Уинифред приложила бы все старания, чтобы оставить у себя всех трех девиц из Саммербурна. Оказавшись в безопасности за монастырскими стенами, Клэр вряд ли нашла бы в себе достаточно смелости, чтобы выйти наружу.

Ренальд по-прежнему крепко обнимал Клэр за талию. У нее было ощущение, что она прижата к холодной каменной стене. Это делало ее беспомощной и слабой. Но никакого страха она не испытывала.

— Хорошо еще, что я совсем нечувствителен, — проговорил Ренальд, и от его глухого голоса Клэр бросило в дрожь. — А то ваше исчезновение больно задело бы мои чувства.

— Если бы они у вас были!

— Чувства есть у каждого, леди Клэр. Глупо забывать об этом, — ответил он, и Клэр ощутила его дыхание на своей щеке. Она сжалась в комок, и у нее закружилась голова.

Дверца в воротах распахнулась, и на пороге показалась Фелиция.

— Я не выйду отсюда, Клэр. Ты сделала свой выбор, — твердо заявила она, скрестив на груди руки.

Клэр заставила себя улыбнуться, с трудом справляясь с учащенным сердцебиением.

— Я всего лишь хотела быть справедливой, Фелиция. Я уверена, что лорд Ренальд будет прекрасным мужем, о чем честно написала в своем письме.