Уроки куртизанки - Дженна Питерсен

Но если она откроет ему правду сама, то у нее, по крайней мере, останется возможность подобрать нужные слова. И может быть, удастся убедить его не мешать.

Хотя она очень сильно в этом сомневалась.

– После того как ты бросил меня в Бэйбери, я… – она запнулась и посмотрела на Мару. Та ответила на ее взгляд теплой улыбкой. Три года Виктория чувствовала от нее такую же поддержку. Это придано ей сил. – Я нашла в графстве подруг.

Лицо Джастина омрачилось на слове «бросил», но на этот раз он не стал перебивать.

– Я сблизилась с Марой, когда имела дело с ее бабушкой. И я подружилась еще с одной женщиной – молодой вдовой Хлоей Хиллсборо. – Виктория с трогательной улыбкой посмотрела на Мару. – Мы стали друг другу как сестры, хотя судьбы наши сложились по-разному. Мара еще не была замужем, а муж Хлои умер, почти ничего ей не оставив, и ей едва хватало средств, чтобы свести концы с концами. Она жаждала свободы и независимости. Около года назад она заговорила о том, чтобы попробовать себя в роли куртизанки.

Мара вытерла слезы и вздохнула:

– Я пыталась ей объяснить, что торговать своим телом – это не выход.

Виктория вздохнула. Эта тема стала предметом постоянных споров ее лучших подруг. Мара никогда не понимала смысла такого соглашения и открыто высказывала свою позицию. И хотя Виктория вместе с ней отговаривала Хлою, где-то в темных глубинах сердца она знала, почему подруге хочется такой жизни: Виктория познала радости плоти, интимного единения двух людей. Она понимала, что Хлое хочется не только денег, но и просто мужчину.

– Но она все равно осуществила задуманное? – спросил Джастин, сверля Викторию взглядом. Она вспыхнула и кивнула:

– Да. Хлоя знала куртизанку, которая намеревалась отойти от дел. Она согласилась ей помочь. Примерно полгода назад Хлоя отбыла в Лондон, чтобы попытать там счастья. И она имела успех, потому что была очень красивая…

– И есть красивая, – резко перебила ее Мара.

Виктория кивнула:

– Да. Потому что она красива. Много недель подряд она писала нам письма, в которых рассказывала о жизни высшего общества, о балах, которые посещала, о благородных мужчинах, которые ухаживали за ней, и в конце концов – о любовниках, которых она завела.

Джастин выпрямился. Его глаза расширились от удивления.

– Она и вправду рассказывала о своих любовниках?

– А ты думал, что только мужчины обсуждают свои любовные похождения? Хлоя нам много чего поведала о Лондоне и его обитателях.

Она умолчала о том, что Хлоя писала ей о многочисленных выходках Джастина – до его отплытия на континент. Хотя она никогда не питала иллюзий насчет его поведения, некоторые из них до сих пор коробили ее.

– Но как вы оказались здесь? – спросил Джастин.

– Со временем письма изменились. – Виктория невидящими глазами смотрела в огонь. – Она заговорила о человеке, который преследовал ее. Пугал… Он повсюду ходил за ней, посылал подарки, слишком дорогие и слишком интимные, чтобы принять их от человека, с которым не состоишь в близких отношениях. И чем дольше она отказывалась от его ухаживаний, тем больше он злился. Она никогда не называла его имени, но его описание взволновало нас обеих. А потом… потом…

У Виктории сел голос. Она не могла произнести этого вслух.

– Хлоя пропала, – закончила за нее Мара бесцветным тоном. – Она писала нам дважды в неделю. А потом прекратила. За несколько недель – ни одного письма. Мы очень испугались и решили ехать в Лондон, чтобы найти ее. Виктория стала Рией, чтобы выяснить, что за человек преследовал ее и имеет ли он какое-то отношение к исчезновению Хлои.

Джастин медленно встал. Неторопливое плавное движение заставило Викторию залюбоваться его сильным, мускулистым телом. Но когда он обернулся к ней, в его глазах не полыхало ни желания, ни гнева.

В них отражался ужас.

– Значит, вы приехали сюда, чтобы разыскать подругу, которая, возможно, стала жертвой какого-то мерзавца, желавшего затащить ее в постель? И ты притворяешься куртизанкой, чтобы выманить его на свет? – спросил он обманчиво тихим голосом.

Виктория кивнула. Их план, облаченный в такие простые, жесткие слова, выглядел на редкость дурацким.

Джастин покачал головой:

– Как ты можешь так собой рисковать?

Виктория отпрянула. Его тон и выражение лица потрясли ее. Казалось, он искренне беспокоится о ее благополучии – а этого она никак не ожидала. Она привыкла считать Джастина абсолютным эгоистом, особенно в тех вопросах, которые как-то касались ее. Теперь же тень страха в его глазах заставила ее усомниться в этом.

– Но у меня не было другого выбора! – Она вскинула руки в немой просьбе о понимании. – Я думаю о тех несчастьях, которые, возможно, постигли Хлою, и не могу притворяться, что ничего не произошло.

– И ты приняла такое решение? – потрясенно спросил он.

– Мне необходимо было проникнуть в те круги, в которых вращалась она. Покровительница Хлои давным-давно покинула Лондон. Так как нам не к кому было обратиться за помощью, мы решили, что маскарад – лучший выход и скорейший путь в тайное общество содержанок и куртизанок.

Он закрыл глаза и грязно выругался. Проклятие слышала только она. Джастин тяжело задышал и впился в нее напряженным взглядом:

– Я запрещаю тебе продолжать это расследование.

Виктория встала.

– Запрещаешь? – переспросила она. – Я твоего позволения не просила и просить не буду. Тебя интересовали мои истинные цели? Теперь ты знаешь их. И я не прекращу поиски Хлои, пока не узнаю, что с ней случилось.

Джастин одним шагом преодолел разделявшее их расстояние.

– Может, ты не понимаешь, чем рискуешь каждый день и каждую ночь? Это слишком большая жертва, даже для лучшей подруги.

– Мы точно знаем, какого рода опасность грозит Виктории, – вмешалась Мара и встала между ними. Пристально посмотрела на Джастина. – А Хлоя, вполне возможно, мертва.

Виктория не сдержала крика боли, сорвавшегося с ее губ. Она отвернулась от Мары и Джастина и подошла к окну, вгляделась в темноту. Они с Марой никогда не говорили вслух об этой возможности, хотя она тяжким грузом висела у нее на душе. Теперь, когда это прозвучало вслух, Виктории показалось, что у нее внутри разверзлась бездна, которая пожирает ее.

– Да, может быть, и так, – подтвердил Джастин, но говорил он мягче, чем раньше. – И если вы не прекратите это сумасбродство, Виктория может стать следующей.

Виктория повернулась к нему, вытирая слезы, которые против воли струились по ее щекам.

– Я не дура, Джастин. Конечно, я об этом думала. Но что мне остается? Бросить ее? Что, если ее не убили, а насильно удерживают где-то? А вдруг ее просто покалечили?

Джастин шумно вздохнул: