Ставка на темную лошадку - Мишель Мартин

Когда Саманта очнулась от горьких воспоминаний, они уже доехали до трассы.

– Дадим Чародею с Центральным минут десять отдохнуть, а потом немного попрыгаем, – сказала она Каллену, останавливая лошадь.

– Вот это хорошо, но мне кажется, ты чересчур торопишься, – неуверенно заметил он. – Хоть я, конечно, за двенадцать лет мог и позабыть некоторые тонкости.

– Кому ты это говоришь? – Саманта внутренне содрогнулась. – Я сама постоянно об этом думаю. Разумеется, очень опасно перегнуть палку. Нельзя допустить растянутых сухожилий и тому подобных неприятностей. С другой стороны, мне нужно как можно лучше их подготовить. Мне пришлось выпустить их в прошлом году на предварительные соревнования, чтобы заработать очки для участия в состязаниях на приз твоего отца. Хотя я прекрасно понимаю, что они еще слишком молоды.

– А что, если они не покажут себя?

Саманта окинула его снисходительным взглядом:

– Разве ты сам не чувствуешь, какие под нами лошади? В прошлом году они не оставили другим никаких шансов.

– Они в самом деле так хороши?

– Да, и это еще не предел, – с уверенностью проговорила Саманта. – Надеюсь, что промежуточные соревнования станут для них хорошей школой и на основных состязаниях они не закапризничают.

Саманта сознавала, что это самое главное, и потому старалась использовать для тренировок каждую свободную минуту. А поскольку времени оставалось мало, ей приходилось урезать и без того короткие часы своего отдыха.

– Все эти планы отдают безрассудством. – Каллен как-то особенно пристально посмотрел на нее, и Саманте стало не по себе.

– Просто обычное нетерпение. – Она заставила себя беззаботно улыбнуться. – Пора маленьким бестиям начать окупать себя!

Они подъехали к началу трассы кросса. Саманта объяснила Каллену подробно каждый этап, потом они прошли пешком по всей дистанции, предоставляя лошадям пощипать сочную травку, и наконец снова вскочили в седла.

– Готов? – спросила Саманта.

– Приступим, – откликнулся Каллен без особого энтузиазма, хотя и с решительным видом.

Саманта сознавала, как много он потерял за двенадцать лет, и решила начать с легкого галопа. Каллен следовал за ней, стараясь держаться достаточно близко, чтобы в случае необходимости можно было попросить друг у друга помощи. Однако все шло хорошо. Каллен проходил дистанцию с такой легкостью, словно и не существовало этого двенадцатилетнего перерыва в его занятиях конным спортом. Убедившись, что беспокоиться о нем не стоит, Саманта сосредоточилась на другом.

Теперь все ее внимание было отдано Чародею и трассе. Она с удовольствием отмечала, что гнедой преодолевает препятствия уверенно и легко. Они спустились по крутому правому берегу Бренди-Крик, где было прибежище окуней, зубаток, черепах и саламандр, пересекли неширокий водный поток и стали взбираться на левый берег.

Саманта направила Чародея к следующему препятствию: деревянному забору. В неподвижном воздухе флажки по его краям бессильно обвисли. Она бросила взгляд на часы – три четверти дистанции были пройдены за неполные пять минут. Чародей ни разу не отказался прыгать, не испугался. Возможно, к нему наконец приходит зрелость? Может быть… Она заставила себя сосредоточиться на маршруте: Чародей нуждался в ее внимании, ему ни к чему ее надежды, граничащие с отчаянием.

Лошадь свободно взяла последний барьер, и Саманта пустила ее шагом, с удовольствием отмечая, что Чародей и после дистанции с тридцатью препятствиями был бодрым и сильным. Сила, выносливость, живость, ум – именно к этим качествам она стремилась, когда семь лет назад ее увлекла идея создания новой породы.

Саманта рассмеялась, когда конь затряс головой, недовольный переходом на шаг. Ему хотелось еще побегать; резвость молодости требовала выхода.

– Это было просто замечательно! – переводя дух, воскликнул Каллен. – Давай повторим.

– Пожалуйста, предоставляю тебе проделать то же самое на Несси, – улыбнулась Саманта.

– Я и забыл, какое это удовольствие, – признался Каллен.

– Чтобы ты – и вдруг забыл? – Саманта с притворным изумлением взглянула на своего друга. – Ни за что не поверю!

Каллен неопределенно пожал плечами:

– Я езжу верхом только здесь, а так как мои приезды, прямо скажем, не слишком часты, то и практики у меня в последнее время было маловато. Ты только подумай, Сэм, за это лето я только второй раз в седле!

– Грандиозный План скоро все исправит: тебе ведь придется много времени проводить со мной.

– Да, конечно…

На лице его отразилась внутренняя борьба. Было заметно, что он радуется возможным переменам, но боится признаться в этом даже самому себе.

Все утро Каллен и Саманта трудились вместе легко и с удовольствием. Они отъездили очень удачно: обошлось без сбоев и падений.

В жаркий полдень они возвращались в конюшни. Сэм ехал на Достойном, а Каллен – на Дездемоне, сестре Чародея. У конюшни Саманта соскочила с седла, и навстречу сразу заторопилась молодая работница Мерибет Хилл. Она ухаживала за Достойным, Центральным, Несси и еще тремя лошадьми.

– Давайте мне его, мисс Ларк, я им займусь, – сказала она.

– Спасибо, Мерибет. Только пусть он хорошенько остынет: у него выдался напряженный день. Угости его от меня яблоком.

– Хорошо, мэм, – улыбнулась девушка, уводя лошадь.

– Энди, выведи Зигфреду, – крикнула Саманта.

Одетый в живописно изодранные джинсы, Энди с готовностью отправился выполнять указание. Его панковский белокурый гребень покачивал легкий ветерок, серьга в носу поблескивала на солнце. Он вернулся с грузной гнедой кобылой и подвел ее к Саманте и Каллену.

– Какая гора! – поразился Каллен, поглаживая лошадь по раздувшемуся животу. – Когда у нее срок?

– Два дня назад, – усмехнулась Саманта. – Ну, как дела, моя красавица? – Она с нежностью погладила свою любимую племенную кобылу по шелковистой морде.

– Все в порядке, – отрапортовал Энди. – Мы с ней даже немного размялись.

– Да, это настоящий подвиг с ее стороны, – улыбнулся Каллен.

– Ты дама решительная, правда, Зигфреда? – Саманта погладила лошадь по голове. – Бобби ее осматривал?

– Да, – ответил Энди. – Похоже, все идет как надо. Только вот она с жеребенком никак не может договориться о сроках.

– Набрось на нее одеяло, когда закончишь чистить, – распорядилась Саманта. – Моей лучшей племенной кобыле нужно повышенное внимание.

– Хорошо, мэм.

– Где ты откопала это чудо? – спросил Каллен, когда Энди с Зигфредой ушли.

– Кого из них ты имеешь в виду? – хмыкнула Саманта. – Если Энди, то это действительно фигура живописная. Достопримечательность штата, можно сказать. Года четыре назад я приметила его на Национальной выставке лошадей. Потом он стал появляться на выставках каждый год. Я с ним заговорила, и выяснилось, что парень просто помешан на лошадях. Энди работает у меня около года. Он, конечно, со странностями, но лошадей чувствует прекрасно. Может быть, из него получится тренер или наездник. Бобби взял его под свое крыло, чтобы помочь парню определиться.