Искусительница - Эйна Ли

Она внимательно наблюдала за тем, как он раскручивает рукава и надевает куртку — Дэйв был смущен всеобщим вниманием. И он не знал, как себя вести — то ли смеяться над собой, то ли веселиться с остальными. «Интересно, — пронеслась у Синтии мысль, — что же все-таки доставляет ему удовольствие?». Вспомнив улыбку, осветившую лицо Дэйва в то мгновение на мосту, она поняла, что ей довелось увидеть ту сторону его натуры, которую он обычно скрывал от окружающих. В висках у нее застучало — похоже, щит, которым прикрывался Дэйв Кинкейд, постепенно опускался.

Она непременно увидит его настоящим, таким, каким он был на самом деле.

Вдруг к ним подъехала группа всадников. Они тут же спешились. Их предводитель был большим и очень мощным человеком. На вид ему было под пятьдесят. Проходя мимо рабочих, он на мгновение задержался.

— Железная дорога, — презрительно буркнул он и сплюнул.

— Кто это? — спросила ошеломленная Синтия.

— Уилл Боннер, леди, — ответил зазывала. — Он владеет «Лейзи Би», да и практически всем, что вы видите вокруг. На вашем месте я бы не попадался ему на пути.

Синтия настояла на том, чтобы на полученные от зазывалы деньги выпить по кружке пива и отпраздновать победу Дэйва, поэтому все направились в ближайшую пивную. Мэгги убежала с остальными детьми — посмотреть, как запускают воздушный шар.

В пивной было много народу, но Шону с Дэйвом удалось занять столик. Заплатив за напитки, дамы сели за стол вместе с мужчинами. Синтия заметила, что Боннер с дружками сидел в другом углу пивной.

Они пили ледяные напитки, когда в пивную вошли двое мужчин. Один из них, лет двадцати, заказал виски и кружку пива. Затем, повернувшись к залу и опершись локтями о стойку бара, он высокомерно оглядел присутствующих.

— Меня зовут Джон Салливан! — громко выкрикнул он. — Я могу побить любого сукина сына, что осмелится выступить против меня!

Его приятель подхватил вызов:

— Пятьдесят долларов тому, кто проведет с ним три раунда и выиграет.

— Последи-ка за своим языком, сынок, — проворчал Шон. — Здесь дамы.

Резко обернувшись, Салливан ухмыльнулся:

— Прошу прощения, милые леди. Думаю, мне показалось, что в вашей речи слышится ирландский акцент, старина?

— Да, сынок, ты прав, — ответил Раффсрти.

— Мой отец из местечка Трэли в графстве Керри.

— Я хорошо знаю это место, — кивнул Шон. Взгляд Салливана, пробежав по лицу Лидии, остановился на Синтии.

— Следующий бокал за меня, красавица!

— Благодарю вас, но я не пью больше одной порции, — ответила она.

— Надеюсь, дорогуша, ты не откажешься выпить за здоровье Джона Салливана?

Можно было не сомневаться, что Салливан считал себя любимцем женщин, но Синтии он казался омерзительным.

— Кажется, леди выразилась достаточно ясно, — коротко бросил Дэйв.

— Я не с вами разговариваю, — огрызнулся Салливан, мрачно посмотрев на Кинкейда.

— А я с вами, — парировал Дэйв.

В глазах Салливана мерцал злобный огонь.

— Вам доводилось боксировать? — мрачно спросил он.

— Несколько раз, — кивнул Дэйв. — В колледже.

— Вот оно что!.. В колледже! — издевательским тоном протянул Салливан. — Вы слышите, ребята? Этот человек боксировал в колледже! — Боннер и его дружки громко расхохотались. — И что же это за колледж, а, студентик?

— Массачусетский технологический институт, — ответил Дэйв.

— Вот это да! Стало быть, мы со студентиком соседи! — продолжал ерничать Салливан. — Мой дом в Бостоне.

— Большой город, — заметил Кинкейд.

Он сознательно говорил равнодушно, чтобы избежать дальнейшего обмена репликами, но Салливан делал вид, что не замечает этого.

— Ну, что скажете, хватит у вас силенок выстоять против меня три раунда?

Шум в пивной стих — все прислушивались к их перепалке.

— У меня нет ни малейшего желания выходить с вами на ринг, — саркастическим тоном заметил Дэйв.

— Боишься, студентик?

Синтия решила, что ее терпение на исходе. К тому же, вдохновленная победой Дэйва в игре с кувалдой, она была уверена, что тому т составит никакого труда отколотить молодого нахала.

— Нет, он не боится тебя, трепло! Он может сразить тебя одной левой, — вмешалась она в разговор.

— Нам пора идти, Синтия, — проговорил Дэйв. Вокруг них собралась целая толпа, в которой он видел своих рабочих.

— Вот что я вам скажу, мистер Салливан, — заявила Синтия. — Вы ставите на кон не пятьдесят, а сто долларов, и он разделается с вами.

Дружок Салливана тут же кивнул.

— Отлично, леди. Мы принимаем это условие.

— С удовольствием вышибу этому парню мозги, — расхвастался Салливан. Толпа загудела.

— Спокойно, ребята, — произнес Кинкейд. — Я же сказала, что меня это не интересует.

Салливан принялся размахивать руками, как крыльями, и выкрикивать что-то невнятное, изображая раскудахтавшуюся курицу, чем вызвал новый взрыв смеха людей Боннера.

— Вам будет совсем нетрудно, — подзадоривала Дэйва Синтия. — Вспомните только, с какой легкостью вы ударили по наковальне.

— Синтия, ударить по наковальне самому или быть побитым — совершенно разные вещи. Колокольчик не мог дать мне сдачи, — возразил Дэйв.

Положив ладонь на руку Дэйва, Синтия заглянула ему в глаза.

— Я знаю, что ты сможешь сделать это, Дэйв, — уверенно заявила она.

Ее тут же поддержали рабочие:

— Конечно, вы сделаете это, босс!

Здравый смысл говорил Кинкейду, что надо уходить, пока дело не кончилось бедой. Он покосился на Шона — тот был серьезен и угрюм. Глаза Лидии были полны беспокойства.

И тут Дэйв совершил ошибку, он снова взглянул на Синтию.

— Так ты сделаешь это, Дэйв?

Увидев, с каким обожанием она смотрела на него, Дэйв вдруг понял, какие чувства испытывал Адам, когда протянул руку к запретному плоду в Эдеме.

— Хорошо, — медленно кивнул он. — Я готов.

Где-то вдалеке раздался гортанный смех Салливана:

— Увидимся позже, студентик!

— Бой начнется в восемь часов, — загундосил его приятель. — Билеты взрослым по доллару, детям по двадцать пять центов, младенцы на коленях — бесплатно. Покупайте билеты немедленно, пока они есть.

Дэйв слушал все это будто издалека. Он не сводил глаз с Синтии, вкушая первый кусок запретного плода.