Одинокая звезда - Ирина Касаткина

– Я предлагаю взглянуть правде в глаза, – твердо сказала Ольга, – и провести подобную проверку во всех потоках первого курса. Кстати, раз на первом курсе так плохо, то скорее всего и на втором положение не лучше. Но давайте начнем хотя бы с первого.

После анализа результатов проверки надо срочно выработать пожарные меры, вплоть до повторного чтения некоторых лекций из первого семестра. Организовать ежедневные консультации. Добиться, чтобы все студенты выучили основные теоремы и формулы, включая таблицы производных и интегралов. Как может студент решать задачи, если он не знает теоремы Пифагора? Это же абсурд!

Проверкой этих знаний должны заняться ассистенты – это их прямая задача. Пусть студенты учат теоремы и формулы в их присутствии – на практических занятиях. И не допускать к сессии, пока не выучат.

– А когда же задачи решать? – возразил ей Паршиков. План же надо выполнять.

– О каких задачах вы говорите? – возмутилась Ольга. – Я была на одном практическом занятии. Два часа преподаватель со студентом мучили одну задачу, а остальные ее списывали с доски. Что толку от такого решения? Одна видимость. Каждый студент должен иметь индивидуальное задание и решать его сам. И не одну задачу за занятие, а не менее четырех-пяти. И с десяток получать на дом. Но для этого надо разработать соответствующие методички с примерами решений и заданиями для самостоятельной работы.

– У вас есть подобные разработки? – поинтересовался ректор.

– Да, я пыталась показать их Александру Александровичу, но он сказал, что кафедра имеет свои.

– И много она их имеет? – голосом, не сулившим ничего хорошего, спросил ректор заведующего.

– Да нет, – замялся тот, – мы пока думаем над этим.

– Ну, мне картина ясна, – подвел итог ректор. – Ольга Дмитриевна, останьтесь, а вы, Паршиков, свободны. Я крайне разочарован вашей работой. Давно подозревал, что дела на кафедре не ахти, – но чтобы так плохо! Фактически работа развалена: ни учебы, ни методики, ни науки – ничего. Идите и ждите оргвыводов.

– Я полностью согласен со всеми вашими предложениями, – обратился ректор к Ольге, когда заведующий вышел. – Что вам нужно, Ольга Дмитриевна, для их реализации? Говорите, я все сделаю.

– Полномочия.

– Какие? Я ведь назначил вас ответственной за вступительные экзамены.

– Вы знаете какие, Леонид Александрович. Речь идет не только о вступительных экзаменах. Речь идет о самом процессе обучения студентов высшей математике – предмету, важнейшему для любой инженерной специальности. И речь идет о больших деньгах. Очень больших! Без необходимых полномочий я ничего не сделаю. Это просто опасно.

– Хорошо. Приказ подпишу сегодня же. Вы свободны. Кстати – как с открытой лекцией? Будете читать?

– Конечно. Я же совет пригласила. Обязательно буду.

Когда Ольга вышла из кабинета, в приемной увидела поджидавшего ее Паршикова.

– Кто вас за язык тянул с вашим тестированием? – напустился он на нее. – Что вы себе позволяете! Вы не у себя в Ленинграде! Кто вам дал право через голову заведующего кафедрой действовать? У нас принято сначала с непосредственным начальником советоваться.

– Разве я с вами не советовалась? – спокойно ответила Ольга. – Вы же все отмели с ходу. Все мои предложения.

– Вот и надо было помалкивать! Лезете, куда вас не просят. Только явились, а уже начинаете свои порядки наводить. Скромности вам не хватает!

– Но позвольте! – Ольга возмутилась. – Кто вам дал право разговаривать со мной подобным тоном? Я что, о личном благополучии пекусь?

– Лучше бы вы о нем пеклись – больше пользы было бы! Что вам ректор наговорил без меня?

– Вот вы об этом его и спросите. Сами. Или потерпите до завтра, тогда узнаете.

Выпалив это, она выскочила в коридор, оставив Паршикова ломать голову над ее словами.

Но на этом неприятности не кончились. Когда Александр Александрович вернулся в свой кабинет, Верочка огорошила его сообщением, что завтра после занятий все члены кафедры должны собраться в преподавательской. Придет ректор и зачитает им какой-то приказ.

Определенно эта стерва знает, что за приказ, подумал заведующий, напрасно я с ней повздорил. Надо было сначала выяснить, в чем дело. Что же делать, что же делать?

Он пометался по аудиториям в поисках соратников, но те уже разошлись по домам. Лишь Верочка терпеливо дожидалась его распоряжений да уборщица грохотала ведрами, убирая мусор, оставленный студентами.

«Эх, будь что будет! – решил Паршиков. – Завтра посмотрим. В конце концов, я ее начальник, а она моя подчиненная, – неужто не справлюсь? Не таких обламывали».

И с этими мыслями он поехал домой.