Отражение в мутной воде - Елена Арсеньева

Тина разочарованно вернулась на парапет. Окинула местностьвзглядом профессионала. Нет, здесь никудышная диспозиция для заказногоубийства. На стройплощадке, к примеру, или возле одинокого коммерческого ларькакуда удобнее. Зато здесь убийце легко скрыться. Затерялся в людской массе,шмыгнул в метро – только его и видели.

Беглецу тоже удобно скрываться – такому, как она, например.

Тина даже согнулась, вдруг вспомнив, кто она, где и почему.Бесприютная, загнанная беглянка ждет чужого человека, который посулил ей приют…

Уж не случилось ли беды со Славиком? Тина ждет его два часа.Может быть, она что-нибудь перепутала? Не имелась ли в виду другая арбатскаястанция – их ведь три? Нет, «Художественный»-то один.

А вдруг на Славика напали те, кто ищет Тину?!

Ну, это уже мания преследования. Кому может прийти в голову,что она будет искать приюта у мачехи Валентина?!

Скорее, все проще. О господи, ну почему это ей раньше вголову не пришло?! Славик, конечно, уже был здесь – просто они с Тиной неузнали друг друга. Предположим, он испачкал свою знаменитую белую куртку – ну,кофе на нее вылил, например. Или зацепился, порвал… Оделся иначе в полнойуверенности, что это не имеет особого значения, потому что он будет подходитько всем сероглазым шатенкам, спрашивая: «Девушка, извините, вы не Тина?»

Возможно, и подходил. Но обошел своим вниманием страннуюфигуру, съежившуюся на парапете и увенчанную огненным ежиком нелепо стриженныхволос…

Потоптался тут, потом плюнул – и поехал домой. Может быть,уже и доехал. И если Тина позвонит…

Она сорвалась с места и, вылавливая в кармане карточку,купленную еще на вокзале, бросилась к ряду грибков-автоматов.

Надо позвонить, извиниться. Может быть, Славик повторитприглашение. Больше-то ей некуда податься!

Тина набрала номер и взволнованно припала к трубке. Гудок,еще гудок… Как странно резонирует звук – такое впечатление, будто сигналыраздаются не только из трубки, но и за спиной.

Обернулась – а, вон в чем дело! Это зазвонил сотовый телефон«опера» (или «киллера»).

– Алло?

Он дома, дома!!!

– Славик! – завопила Тина и краем глаза заметила, как«киллер» («опер») сморщился и отвел трубку от уха: наверное, его собеседниктоже оказался криклив. – Слава богу!

Ее вдруг разобрал неуместный смех: Славик, слава богу… как втом анекдоте: «Карл Маркс и Фридрих Энгельс – это не муж и жена, а четыреразных человека, а Слава Капээсэс – вовсе не мужик».

На лице у «опера» выразилась досада: похоже, позвонивший егочем-то огорчил.

– Тина, что случилось? – почти испуганно спросил Славик. – Ятам чуть ли не час отирался, возле этого «Сердца президента». Уж отчаялся ивернулся домой. Только ворвался – и ваш звонок. Вы что, перепутали что-нибудь?

– Да нет, я… – замялась Тина, не зная, как приступить кописанию своих метаморфоз, и отворачиваясь от «опера», которого, очевидно,очень разволновали телефонные переговоры, потому что по его лицу пробежалацелая гамма чувств, свидетельствующая в основном о патологической жестокости.Смотреть на него было противно, вдобавок голос Славика резонировал так жестранно, как до этого – гудок.

– Я просто забыла вам сказать…

– Что? – быстро, жадно спросил Славик, и Тина услыхала егонастороженное дыхание. Похоже, что он так и замер у телефона.

Тина почему-то опять взглянула на своего соседа. Тот припалк трубке, ловя каждый звук.

Да нет, не может быть… этого быть не может!

– Славик, я вас ужасно плохо слышу, – как можно невнятнеепроговорила она. – Тут что-то ужасно трещит. Сейчас перезвоню.

И нажала на рычаг прежде, чем Славик успел что-то сказать.

«Опер» смотрел на свой сотовый с таким видом, словно готовбыл немедленно сокрушить его зубами.

Тине вдруг стало смешно. Глупости! Такого совпадения небосьне будет даже в супербоевике «Сердце президента»…

А проверить все-таки не мешает. Так, на всякий случай. Чтобне думалось!

И набрала номер.

Славик схватил трубку посередине первого гудка. Зуммерсоседского сотового прервался на полузвуке.

– Тина!.. – В голосе нескрываемое облегчение.

Напряженные складки на лице соседа мгновенно разгладились.

– Я и сам виноват, что мы не нашли друг друга, – размягченнокаялся Славик. – Понимаете, допивал на ходу кофе – и облился. Спереди на курткеобразовалось жуткое пятно. Ладно, думаю, мелочи. И тут зацепился за дверь! Кпятну прибавилась така-ая прореха! Ну полное впечатление, что мне нанесли вгрудь ножевое ранение и кровь уже запеклась!

Славик захихикал.

Человек с сотовым растянул губы в ухмылке.

– Пришлось переодеться. Напялил черную куртку, приехал.Искал вас, ждал…

«Ищу, жду», – мысленно поправила Тина, глядя на человека ссотовым телефоном, облаченного в черную куртку…

Приветливо улыбаясь невидимому собеседнику, он энергичномахал рукой. В ответ на этот призывный жест распахнулась дверца черного«Гранд-Шевроле», нагло ставшего как раз под знаком «Стоянка запрещена», и двавысоких молодчика подскочили к «оперу». Нет, пожалуй, все-таки к «киллеру»!

– Но как же я вас-то не нашел? – спросил он голосом Славика.– Волосы русые, глаза серые, джинсы…

– Да я эти арбатские станции перепутала, – сообщила Тина,изо всех сил вцепившись в край пластикового навеса.

Чтобы унять дрожь во всем теле. Чтобы не дать ей прорватьсяв голосе. Чтобы удержаться на месте, не сорваться с трусливым заячьим визгом,мгновенно выдав себя этим трем волкам, хищникам, правые лапы которых юркнулипод куртки и застряли там, словно всех вдруг дружно одолела чесотка.

– Вообще-то, Славик, я сейчас возле Ленинки. Что дальше намделать? Может, вы мне подскажете адрес, и я все-таки приеду сама?

Никто не знает, чего стоили ей эти спокойные интонации, этоттихий голос. Славик не должен понять, отчего «резонирует» его сотовый!

– Ни в коем случае! – резко выдохнул он. – Никуда неуходите! Никуда не уезжайте! Станьте на крыльце библиотеки, чтобы я вас сразуувидел! Выезжаю немедленно!

В трубке послышались гудки.