Незнакомец в постели - Джанин Мейнард

Все предусмотрено, и ключевые фигуры вот-вот займут свои места на игральной доске. Конечно, при имеющемся раскладе вероятность проигрыша очень велика. Один неверный шаг — и все пропало!.. Но не стоит паниковать раньше времени.

Долгая жизнь научила ее одному: никогда не надо отчаиваться, даже если у тебя в рукаве вместо туза семерка. Блефуй, и весь мир будет к твоим ногам!

Усмехнувшись подобным мыслям, Элли еще раз проверила содержимое своей сумочки и, удовлетворившись увиденным, щелкнула замком. В первый вечер она ей точно не понадобится. А там будет видно.

Перед тем как выйти из дома, она взяла со столика синий конверт и небрежно сунула его в карман кофты. Так, на всякий случай…

Капитан «Лорелеи» стоял на узком мостике и, словно бог, осматривал вверенные ему владения. Красочная иллюминация, украшающая верхнюю палубу лайнера, соревновалась в яркости с высыпавшими на небе звездами.

Белоснежный нос судна, будто в зеркале, отражался в воде Тихого океана. Он и правда был на удивление спокойным все предшествующие дни.

Капитан еще раз бросил взгляд на последних пассажиров, спешащих к трапу, и спустился в кают-компанию. Здесь он поприветствовал тех, кто прибыл на борт судна заблаговременно, уже успел устроиться в отведенных им каютах и сейчас с любопытством выискивал знакомых среди новоприбывших.

То тут, то там слышались приветственные восклицания, легкие шлепки по спине, веселый смех и масса других звуков, неизменно сопровождающих любое крупное людское сборище.

Капитан осмотрелся в поисках нужного ему человека и, не обнаружив его, вновь поднялся на мостик и напряженно всмотрелся в беспокойную очередь у трапа. Время отплытия неумолимо приближалось.

Внизу, прямо под капитанским мостиком, прогуливались двое пассажиров. Они довольно громко переговаривались, поэтому седовласый мужчина прекрасно слышал каждое их слово.

— Интересно, кто все-таки организовал этот круиз? — спрашивал один другого. — Неужели действительно шейх?

— Вряд ли. Думаю, это очередной рекламный ход какой-нибудь кинокомпании. Не удивлюсь, если в конце плавания нам сообщат о презентации новой картины. Скорее всего она будет из морской тематики вроде «Титаника».

— Считаешь, в этом замешана «Коламбия»?

— Все может быть. Но с таким же успехом можно говорить и о «Парамаунте», и «Фоксе»…

Капитан усмехнулся. Он прекрасно знал, в чьей голове зародилась идея этого странного круиза, как знал, что если все пройдет по намеченному плану, то его ожидает награда. Он знал и хранил молчание…

Ровно в полночь трап с легким шипением поднялся, отрезая собравшихся на борту пассажиров от остального мира. И белоснежный гигант, освещенный тысячью огнями, медленно отошел от берега, словно фантом, скользя по зеркальной поверхности океана.

Большинство пассажиров разбрелись по каютам, чтобы приготовиться ко сну. Но кое-кто, несмотря на позднее время, расположился в шезлонгах на верхней палубе и полулежа любовался ночным небом.

Отдав необходимые распоряжения первому помощнику, капитан прошел в свою каюту. Открыв дверь, он тепло поприветствовал ожидающего его там человека и спросил:

— Надеюсь, пока все идет без накладок?

Воспользовавшись тем, что Пирс вышел из каюты прогуляться перед сном, Терранс приняла душ и, переодевшись в шелковую пижаму цвета спелых персиков, забралась в свою постель. Она знала, что если хочет усыпить бдительность супруга, то должна вести себя крайне осторожно.

В записке, которую ей незаметно передал один из стюардов, доставляющих багаж в каюты, говорилось, что Дункан будет ждать ее на нижней палубе около трех часов ночи.

Терранс, закрыв глаза, слушала, как сердце нетерпеливо отсчитывает секунды, минуты, часы, и все еще не верила в то, что Дункан здесь, на борту «Лорелеи». Скоро, скоро она сможет увидеться с ним. Господи, как бесконечно тянется время…

Пока жена готовилась ко сну, Пирс совершал небольшую разведку. Еще когда он поднимался на борт судна, до его слуха донесся разговор матросов, обсуждавших выдающиеся в прямом смысле прелести известной секс-дивы, прибывшей недавно в сопровождении внушительного гардероба. Не надо было быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться: речь шла о Рамоне Родригес. Именно на ее поиски Пирс и отправился под предлогом ночной прогулки.

Зная Рамону, он подозревал, что найдет любовницу в обществе мужчин. Так и случилось. В облегающем прекрасную фигуру шифоновом платье, она стояла на носовой части судна и беззастенчиво заигрывала с тремя широкоплечими высокими матросами. Завидев Пирса, Рамона обратилась к своим собеседникам:

— Все, мальчики. На горизонте возник мой дружок, и я вынуждена распрощаться с вами до следующей «случайной» встречи.

В ответ раздались громкие возгласы сожаления. И Пирс испытал гордость от того, что эта роскошная женщина принадлежит ему.

— Пирс, дорогой, я рада видеть тебя здесь. Только не говори, что и тебе пришло по почте приглашение в синем конверте!

— Но именно так все и было.

— Что ж, весьма остроумный джентльмен, этот наш хозяин. Никто его не видел, ровным счетом ничего о нем не слышал, и тем не менее мы все собрались на этом комфортабельном корыте исключительно по его прихоти. Интересно, какой он? — В голосе Рамоны звучало любопытство.

Пирс поймал себя на мысли, что ревнует Рамону к таинственному незнакомцу. Желая несколько разрядить атмосферу загадочности, он насмешливо произнес:

— Странные существа — женщины. Стоит окружить себя тайнами, и тотчас их фантазия изобразит тебя самыми яркими красками и наделит романтическим ореолом. Например, Сара уверена, что наш хозяин не кто иной, как шейх с Востока.

— Сара здесь? На корабле? Как она сюда попала?

Рамона и не думала скрывать от любовника своего недовольства. Она до сих пор не забыла тех оскорблений, которые ей пришлось выслушать в присутствии нескольких людей от высокомерной миссис Баррет.

— Так же, как и все, получила приглашение по почте, — ответил Пирс.

— Тогда я тоже склоняюсь к версии об аравийском шейхе… Поскольку ни один цивилизованный джентльмен не задержит взгляда на такой особе, как она.

— По-моему, ты излишне жестока к бедняжке, — заметил ее собеседник.

— А ты, по-моему, проявляешь к ней странный интерес, — обвиняющим тоном произнесла Рамона, и сердце в груди Пирса дрогнуло от радости.

Слова любовницы сильно отдавали ревностью. Не может быть! Такая женщина, как она, не способна на подобное чувство. А впрочем, кто знает? Женская душа — потемки, и невозможно предугадать, что тебя ожидает.

Дункан спускался все ниже и ниже, пока не достиг нужной палубы.

В дневное время заполненная экипажем, она представляла собой нечто вроде муравейника со снующими туда-сюда матросами. Сейчас же, безлюдная, освещенная несколькими дежурными лампами, была самым укромным местом на корабле.