Брачное объявление - Джуди Тейлор

– Все хорошо, что хорошо кончается, – изрекла Альберта удовлетворенно.

Когда Рут с подносом вошла в гостиную, миссис Лоуч и Оуэн сидели молча. Похоже, они заключили перемирие. Хозяин дома больше не метал испепеляющих взглядов, а незваная гостья больше не выглядела испуганной до полусмерти. Однако чувство неловкости никуда не делось, и после чаепития пожилая женщина заторопилась домой.

– Простите меня за причиненное беспокойство, – сказала она. – Я не хотела.

Рут испугалась, что Оуэн снова накинется на бедняжку, но тот пробурчал что-то вроде: «Как-нибудь заходите снова взглянуть на Саймона…»

Когда за миссис Лоуч закрылась дверь, он обернулся к Рут.

– Ты не говорила, что познакомилась с ней!

– Я знала, что ты разозлишься… Так уж получилось.

– Да, я очень зол. Из-за твоей глупости я мог лишиться Саймона. У вас, мэм, слишком длинный язычок. Ты что, не понимаешь, что иногда надо держать его за зубами?

– Задним числом легко говорить.

– Возможно. Но если бы не твоя безмозглость…

– Я все поняла, – прервала его Рут. – Ты окончательно изгнал меня из своей жизни. Раз уж я не сделала тебе ничего хорошего, мне следует уйти, так ведь?

Их взгляды встретились. По телу Рут пробежала дрожь при одном воспоминании о прошлой ночи и безумном восторге их любви. Тогда они были близки, сейчас их разделяла пропасть, через которую вряд ли возможно было перекинуть мост.

– Нет, – произнес наконец Оуэн. – Я не хочу, чтобы ты уходила. Саймон к тебе привязался, и я не стану разочаровывать Берти.

И все. О себе ни слова, только о Саймоне и Берти. Сам Оуэн прекрасно обойдется без нее. Чувствуя ком в горле, Рут смотрела вслед выходящему из комнаты Оуэну. Хороший был роман. Только короткий.

Оуэн понимал, что слишком сурово обошелся с Рут. Но, черт побери, из-за нее он едва не лишился внука! Так дело оставлять нельзя: необходимо официально усыновить Саймона, чтобы Ник не мог забрать у него малыша. Надо позвонить адвокату, а Саймону внушить, что он плохо себя вел.

* * *

Альберта внимательно посмотрела на племянника, когда тот вошел к ней.

– Миссис Лоуч ушла?

– Да, – резко ответил Оуэн.

– Я слышала, как ты кричал на нее. Бедняжка…

– Бедняжка? – передразнил он. – Ты еще за нее заступаешься!

– Знаю, она поступила неправильно, – заметила Альберта. – Но не сделала Саймону ничего плохого. Кажется, он хорошо провел время.

Оуэн перевел взгляд на внука, жавшегося к прабабушке с испуганным видом. Для Оуэна это стало шоком: малыш обычно смотрел на деда с обожанием.

– Подойди-ка ко мне, Саймон.

Мальчик взглянул на Альберту, та улыбнулась и кивнула. Тогда он очень медленно слез с кровати и подошел к деду, уткнувшись взглядом в пол. Оуэн подхватил его на руки и прижал к груди. Любимый внук, единственное, что у него осталось!

– Саймон, – прошептал Оуэн ему на ухо, – больше не поступай так со мной… Нехорошо уходить без разрешения. Я думал, ты знаешь.

– Леди была хорошая.

– Может быть, но она же чужая. Я же всегда учил тебя не разговаривать с незнакомцами.

– Нет, не чужая! – с жаром возразил Саймон. – Я видел ее раньше, в кафе. С дядей, который дал мне денежку.

– Который дал тебе денежку?

– Это он о Нике, полагаю, – вмешалась Альберта.

Вот, значит, как!

– Почему же ты мне ничего не сказал, Саймон? – спросил Оуэн, изо всех сил стараясь сохранить спокойствие.

– Я забыл, дедушка! Не сердись на меня, ладно? Я больше не буду.

Оуэн снова прижал малыша к себе.

– Я сердился не на тебя. Я беспокоился, что ты пропал.

– Ты так страшно кричал…

– Извини.

Саймон обнял деда за шею.

– Я тебя люблю.

– И я тебя люблю, даже больше, чем ты думаешь.