Быть только твоей - Сьюзен Мейер

– Понимаю, но я очень тоскую по своему сыну. Думаю, теперь, встретившись с Тришей, ты меня понимаешь.

Она подошла к домашней барной стойке и налила себе немного виски.

Кейт, чувствуя, как наворачиваются на глаза слезы и гулко стучит сердце, смотрела на Макса. Казалось, мать специально хочет, чтобы он напился, или дразнит его. А может, ей просто наплевать на его чувства? Родители всегда лишь использовали Макса: таскали его на всякие публичные мероприятия, а когда он был им не нужен, не обращали на сына внимания. Казалось, в последнее время отношения Макса с матерью изменились. Но вдруг это не так?

– Я терпела, когда твой отец отказывался рассказать мне, о чем вы с ним ссорились в тот день, потому что наш брак и так был отвратительным. Мне стоило больших усилий быть хорошей супругой этому человеку. Я боялась услышать от мужа что-то о биологических родителях Ченса, что сделало бы нашу жизнь совершенно невыносимой.

Макс промолчал в ответ. Воцарилась тишина – лишь было слышно, как тикают часы. Гвен потягивала свой виски. Макс пристально смотрел на нее.

– Я отыщу Ченса, – внезапно произнес он, поднялся и пошел к бару.

Каждый его шаг словно отдавался в сердце Кейт. Ей хотелось вбежать в комнату и остановить Макса, но она лишь в ужасе смотрела, как он берет бутылку виски в руки.

«Нет!» – словно кричало все существо Кейт.

Но Макс лишь вернул бутылку на полку, открыл небольшой холодильник и налил себе стакан чаю со льдом.

Кейт стояла, по-прежнему не шевелясь, ощущая чувства, которые не хотела бы испытывать к Максу: гордость, а еще любовь. Этот парень делал то, что должно. Он не убегал от проблем и не топил их на дне стакана.

– Ты хочешь найти Ченса сам и предупредить его, чтобы он не рассказывал мне о его родителях?

– Ты хочешь узнать, какие изъяны есть в родословной Ченса, или желаешь вернуть его назад?

– Если ты ставишь меня перед таким выбором, то я выбираю возвращение Ченса. – С этими словами Гвен поставила стакан в мойку и подошла к сыну. – Спасибо, – сказала она, поцеловала его в щеку и направилась к выходу.

Не желая быть застигнутой за подслушиванием, Кейт метнулась в дверь соседней комнаты.

Переждав, когда Гвен пройдет мимо, Кейт вышла и тут же столкнулась нос к носу с Максом.

Не спрашивая, что она тут делает, он просто сказал:

– Моя мать – единственная из всех, кого я знаю, кто может поблагодарить человека за то, что он уступил ее шантажу.

Кейт не смогла сдержать смех.

Вздохнув, Макс спросил:

– У тебя найдется свободная минутка?

Кейт облизнула пересохшие губы. Он хочет поделиться с ней личным, и ей хотелось стать для него доверенным лицом. Глядя в его голубые глаза, она видела хорошего, честного человека, который в ней нуждался, и Кейт не могла ему отказать.

– Да, конечно.

Макс прошел к рабочему столу, рухнул в кожаное кресло с высокой спинкой и потер пальцами глаза.

– Она хочет, чтобы я нашел Ченса.

Кейт уселась в кресло напротив.

– Ты это сделаешь?

– Конечно, раз пообещал.

Ничего удивительного, что ее так тянет к этому человеку. Он знает свои обязанности, держит свое слово. Именно такого мужчину она хотела бы любить. А еще она знает, что Макс ее хочет. Наверное, она сумасшедшая, раз ее это пугает.

– Может, все будет нормально, когда Ченс вернется домой?

– Да уж. Он разозлился на меня за то, что я не рассказал ему о том, что узнал, а на отца – за то, что тот лгал ему столько лет.

– Он хотел, чтобы ты пересказал ему то, что считал лишь слухами?

Макс вздохнул и покачал головой:

– Ченсу тогда было восемнадцать. Он был упрямый, любил командовать. Даже не представляю, какой он сейчас.

– А как ты считаешь, чем он занимался все эти годы?

– Ну, пока Ченс учился в школе, на летних каникулах он подрабатывал на стройке, а зимой – практикантом в офисе. Он владел многими навыками, с помощью которых мог бы себя обеспечивать.

– Полагаешь, у него все в порядке?

– Я не смог бы спокойно жить, если бы считал, что Ченс одинок или голодает.

– Значит, ты знаешь, где он?

– Я знаю, что у него в последние семь лет всегда была какая-нибудь работа.

– Я так и думала.

– Я разыскал брата, когда бросил пить. Первые несколько лет он часто переезжал, работал на стройках, но было похоже, что у него нет ясной цели в жизни. Поэтому я позвонил одному знакомому, тот – своему знакомому, и мы подыскали Ченсу место бригадира строительной бригады. Сейчас у него дела идут отлично.

– Это так мило.

Макс вскочил с кресла.

– Не делай пока из меня святого. Мне еще нужно связаться с братом так, чтобы он не догадался, что я принимал участие в его жизни, затем встретиться с ним и каким-то образом убедить вернуться домой. При этом брат не должен проболтаться маме о том, кто его биологический отец.

Кейт медленно поднялась, глядя, как Макс обошел стол и встал перед ней.

– Не смотри на меня так, – сказал он.

Она улыбнулась:

– Как?

– Словно я спас весь мир. Я просто тот, кто пытается собрать воедино свою семью.

– Восемь лет назад ты бы так не поступил.

– Тогда я, наоборот, все разрушал. И сейчас меня от того парня отделяет лишь одна порция спиртного. – Макс обхватил плечи Кейт. – Не забывай об этом.

Она посмотрела ему в глаза:

– Я помню.

Он покачал головой:

– Если бы помнила, то бежала бы сейчас от меня без оглядки, а не смотрела так, словно хочешь меня поцеловать.

Кейт шагнула к нему:

– Не важно, что ты думаешь, ты – хороший человек.

Она сделала еще один шаг вперед. Глаза Макса загорелись огнем, от которого у Кейт все сжалось внизу живота. Да, ее всегда влекло к Максу, но сейчас… Сейчас в душе бурлило новое чувство – любовь к этому сильному, чуткому, здравомыслящему, сексуальному мужчине.

– Не начинай то, что не сможешь закончить, – тихо предупредил Макс.

Кейт сглотнула и спросила:

– С чего ты взял, что я не хочу это закончить?

– Судя по тому, что ты говорила мне раньше…

– Может, я передумала.

Макс тут же обхватил ладонью затылок собеседницы, другую руку положил на ее талию, притянул Кейт к себе и жадно поцеловал.

Но поцелуй продлился недолго. Макс отстранился так резко, что Кейт чуть не упала, и сказал: