Линия судьбы - Аннет Клоу

Санчес вывел жеребца из стойла и невольно залюбовался своим красавцем-скакуном. Конь уже не хромал и, резвясь, легко вставал на дыбы и натягивал узду, пытаясь освободиться. Корелли рассмеялся:

— Думаю, тебе пора немного поразмяться, а, приятель?

Конь одобрительно фыркнул. Санчес хлопнул его по холке и выпустил из сарая. Жеребец тряхнул гривой и потрусил к центру огороженной площадки, на которой Лора объезжала своих лошадей. Там он нашел для себя подходящее место и принялся кататься по траве, радуясь, словно жеребенок.

— Как его зовут?

Лора появилась так внезапно, что парень даже вздрогнул от неожиданности. Не иначе, что она научилась этому у своих приятелей цыган.

— Амиго, Друг. Хотя, порой, я зову его просто приятелем, — и, пытаясь скрыть смущение, Санчес пожал плечами.

— Ваш конь и в самом деле предан и смел, — согласилась женщина и вновь поинтересовалась: — И давно он у вас?

— С самого его рождения.

Конь, будто почувствовав, что говорят о нем, встал и смешно отряхнулся, вздымая вокруг себя облака пыли. Судьба бросала Санчеса по разным областям Италии, и им обоим пришлось несладко.

А теперь положение изменилось. В их жизнь вошла маленькая белокурая чародейка из табора. Лора преобразила весь мир, наполнив его яркими красками. Она согрела их своим теплом, как солнце весной согревает мерзлую землю. Не зря у нее такие золотые волосы. Санчес вздохнул, а душа его тревожно заныла. Женщина выглядела такой по-детски беззащитной и трогательной — как необходимо оградить ее от всех напастей на свете…

В эту минуту Лора подняла на него свои блестящие глаза, и от ее взгляда у парня перехватило дыхание. Больше всего на свете он хотел бы взять ее сейчас на руки и никогда не отпускать от себя…

Сзади раздались чьи-то шаги. Санчес обернулся и чуть не выругался вслух. Зара. И, как всегда, не вовремя. Черт бы побрал эту старуху!

Цыганка внимательно оглядела обоих и сухо сказала:

— Мариука зовет тебя, Лара.

Женщина виновато кивнула и пошла к дому. Приемная мать по-прежнему звала ее именем, которое ей дали в таборе. Но сегодня оно неожиданно прозвучало в ее душе тонкой звенящей струной, и Лору вдруг охватило острое чувство вины. Именно так ее звал муж, Радко, сын Зары… О Боже! Прошло всего два года, а она уже не помнит его лица!.. Лора проглотила застрявший в горле комок. Так и есть. Серые глаза вытеснили из памяти черные, темные волосы таинственным образом превратились в светло-русые, а смуглая кожа стала просто загорелой. Санчес Корелли. Везде ей чудится только он. Он живет в ее сердце, ее мыслях, мечтах. Он вошел в ее жизнь… Неожиданное озарение ошеломило Лору. Почему почти все те люди, кого она любила, ушли от нее? Родители, брат, муж… У нее остались только Мариука, Зара, Мишо и… О Боже! Что, если теперь беда случится и с ним, ее Санчесом?!..

* * *

Санчес хотел подозвать коня, чтобы отвести его в конюшню, но старая цыганка жестом остановила его:

— Ты не сможешь уехать отсюда. Ты нужен здесь.

— Я не могу остаться.

Бросив в его сторону пронзительный взгляд и презрительно хмыкнув, цыганка медленно пошла через двор. Санчес долго смотрел ей вслед, но она ни разу не обернулась.

— Я не могу остаться, — вновь пробормотал он самому себе. — Я должен уехать. Я уеду… Куда же я, черт побери, еду?.. Да, в Алессандрию…

Санчес угрюмо сжал руки в кулаки. Слава богу, конь здоров и можно убираться отсюда хоть завтра. Пора уезжать, пока не случилось то, о чем ему придется потом горько сожалеть. Как ни крути, а между ним и Лорой возникло невероятное взаимное притяжение. Хозяйка, кажется, даже не думает напоминать ему об отъезде, а ему и самому не хочется уже покидать Санта-Виолу… Нет, решено. Он сожжет за собой все мосты, иначе это добром не кончится. Для него. И тем более — для нее.

* * *

После полудня он принялся седлать своего коня, собираясь сделать пробную выездку. Лора стояла у стены сарая и молча наблюдала за его действиями. Когда Санчес взглянул на нее, то заметил маленькую морщинку между изящно очерченными бровями. Он выпрямился и виновато сказал:

— Я не буду его слишком нагружать.

— Я это знаю, — невозмутимо ответила она.

Санчес легко вскочил в седло и поехал со двора, ругая себя самыми последними словами. Лора его ни в чем не упрекнула, а он зачем-то взялся оправдываться.

Санчес направил жеребца к тополиной роще. Легкий ветерок вскоре остудил покрытый испариной лоб, и парень вздохнул свободней. Что, черт побери, эта синьора с ним делает? Как она ухитрилась поймать его в свои сети? Он изо всех сил старается изгнать из своего сердца образ Лоры, но пока что ничего из этого не выходит.

Вдруг конь вздрогнул и запрядал ушами. Корелли насторожился и осмотрелся вокруг. Нижние ветви огромной ели раскачивались из стороны в сторону, как будто их шевелила рука невидимого великана, а из-под них слышался жалобный вой, порой переходящий в тоненькие завывания. Корелли спешился и осторожно подошел к дереву, держа пистолет наготове. Вой тут же прекратился, и тишину нарушало только нетерпеливое фырканье коня.

Санчес осторожно приподнял одну из ветвей, и его взору открылась небольшая площадка у корней дерева. Сначала он увидел только песок, сухие листья и сучья, а потом… Прямо на него смотрели огромные темные глаза. Оказывается, здесь спрятался маленький щенок, по цвету почти сливающийся с песком и сухой хвоей. Вытаращив глаза и прижав уши, он испуганно смотрел на человека и тихонько поскуливал.