Вторая брачная ночь - Мишель Смарт

Она не улыбнулась даже уголком губ:

— А что насчет твоего мира? Теперь я в него вписываюсь?

— Гораздо лучше, чем я ожидал. — Ксандер поймал пальцами ее локон и аккуратно за него потянул. — Мы очень хорошо друг другу подходим.

— В твоих устах это звучит так романтично.

— Романтику мы уже пробовали, ни к чему хорошему это не привело.

— Мы тогда были практически детьми.

Он отпустил ее волосы и повернулся, чтобы посмотреть на нее в упор:

— Что ты хочешь сказать?

— Ничего.

Однако на ее лице было очень сосредоточенное выражение, по которому Ксандер понял, что дело нечисто.

— Скажи мне, что у тебя на уме.

Она медленно кивнула, прищурившись:

— Ладно. Но давай сначала убедимся, что я все правильно поняла. Итак, ты предлагаешь мне остаться еще на несколько месяцев, пока дела в вашей семье не пойдут на лад. После этого ты с радостью отвезешь меня обратно в Нью-Йорк и больше не будешь меня беспокоить. Так?

— Ну, это несколько более прямолинейно, чем я выражался, но по сути верно. В принципе, все происходящее — это такие долгие каникулы с эротическими приключениями.

— А потом мы расцелуемся на прощание и расстанемся навсегда?

— Совершенно верно. — Он помолчал. — Кстати, я готов перевести тридцать миллионов на твой счет.

Она поморщилась, а затем снова смотрела на него молча некоторое время. Потом сказала:

— Знаешь, с одной стороны, ты очень чуткий и внимательный к нуждам других человек. Но все-таки иногда — невероятно бесчувственный подонок.

Он совершенно не ожидал такой реакции и был шокирован:

— Что ты имеешь в виду?

Теперь ее лицо было бледным. Она отбросила одеяло, выбралась из постели и пошла в свою комнату к комоду для одежды.

— Да что с тобой такое?!

Элизабет открыла комод:

— В каком месте твоего досье на меня сказано, что я встречаюсь с кем попало ради секса?

— Не только ради секса. Зачем останавливаться сейчас? Если ты останешься, это принесет пользу…

— Для Лукаса, — перебила она, надевая белье. — В то время как мне ты предлагаешь всего лишь хороший секс. — Она надела футболку. — А ты спросил меня, чего я хочу?

— Ты уже говорила, чего ты хочешь. Ты не веришь в любовь и отношения.

— И знаешь почему? — с яростью сказала она. — Потому что это из-за тебя я перестала верить во все то, во что верила до этого! Когда ты бросил меня через пять дней после нашей свадьбы!

Теперь она надевала джинсы.

— Ты меня попросту уничтожил, ты вообще в курсе?! Я все время говорила себе, что пример моих родителей и та вечная война, которую они ведут, — это просто невезение, частный случай. Что у меня-то все будет по-другому. Что настоящая любовь существует. Но ты показал мне, как глубоко я ошибалась. Хочешь знать, сколько мужчин у меня было за эти годы? Ни одного. После встречи с тобой я не была готова пробовать это еще раз. И я отказалась от поисков того, о чем мечтала всю жизнь.

Ксандер ошарашенно наблюдал за ее вспышкой гнева. Неужели у нее действительно не было других мужчин?

— Я думал, мы с тобой договорились, — мрачно сказал он.

— Я передумала. — Она застегивала пуговицы на джинсах. — Я не хочу больше быть удобной. Не хочу жертвовать своими чувствами ради чьего-то блага.

Я хочу, чтобы меня ценили саму по себе. Когда я была маленькой, у меня этого не было — за меня постоянно сражались как за ресурс, но не ради меня самой. Десять лет назад я думала, что наконец нашла настоящую любовь, — но ты меня бросил, потому что я была для тебя недостаточно хороша.

— Ничего подобного, — через силу произнес Ксандер, пытаясь не дать своим эмоциям вырваться на волю. — Мы же уже об этом говорили! Что еще ты хочешь услышать? Ты не выдержала бы жизни в моей семье.

— Да ты даже не пытался! — закричала Элизабет. — Если бы ты действительно меня любил, ты бы за меня сражался! В конце концов, всегда можно было переехать ко мне в США! Что скажут родители, тебе и так было все равно, а Янис бы точно тебя поддержал — даже, возможно, тоже бы уехал! Но нет, тебе ничего этого не пришло в голову. И знаешь почему? Потому что главное для вас всех — это ваш чертов бизнес! Он гораздо важнее, чем я или кто-либо другой!

— Да что за бред ты несешь! — с прорвавшейся злостью крикнул Ксандер.

— Правда? А почему тогда Янис и Катерина годами страдают, но не разводятся? Это же так просто! Не потому ли, что это повлечет убытки для компании? Лишь бы с «Тимосом» было все в порядке, а остальные могут катиться к черту! Ты сейчас разыгрываешь всю эту клоунаду с женитьбой на мне только потому, что теперь я вполне вписываюсь в твой мир. Больше тебе не нужно ничем жертвовать!

Ксандер был вне себя от ярости:

— Все это полная чушь.

— Серьезно?! Я была готова всем ради тебя пожертвовать, потому что тебя любила. — Она с презрением покачала головой. — А ты… ты не собирался терять свое теплое место из-за какой-то там любви! Но я достойна человека, который готов быть со мной в жизни, а не только в постели. Теперь я это понимаю. Общаясь с Лукасом, я осознала, чего я лишилась. Я хочу свою собственную семью — и если вдруг окажется, что ты тоже хочешь, мы вполне можем это устроить. Потому что знаешь что? Я все ещё люблю тебя, Ксандер.

Ее слова поразили его.

— Правда?..

— Да! Только теперь я не собираюсь потратить еще десять лет, страдая из-за человека, которому на меня наплевать. Поэтому я тебя еще раз спрашиваю: что ты ко мне чувствуешь? И не надо, пожалуйста, всей этой чепухи про мои волосы. Говори как есть, либо я ухожу сию же минуту.

Ксандер не знал, как поступить. Он не понимал, чего она от него ждет, и еще не пришел в себя от ее признания в любви и сообщения о том, что она хочет построить с ним семью.

Но это не выглядело как настоящее признание. Было такое чувство, как будто у нее это просто вырвалось — в нормальном состоянии она бы такого не сказала.

— Я вполне ясно объяснил тебе, что я думаю насчет брака. Женитьба на тебе была ошибкой.

— Тогда почему ты это сделал?

— Не хватило ума вовремя остановиться.

Элизабет поморщилась.

— Мне жаль, Элизабет, но ты сама просила говорить начистоту. Моя позиция не изменилась. Я не хочу связывать себя на всю жизнь с одним человеком. Ты мне очень нравишься, как ты наверняка знаешь. Я беспокоюсь о тебе. Но ты же сама знаешь, что происходит, когда два человека привязаны друг к другу. Я не верю в «долго и счастливо». И ты тоже в это не веришь.

Она пристально смотрела ему в глаза, и в ее взгляде светились ярость и боль.