Любовь.com - Лада Митич

Да, Ольга, как все женщины, иногда считала, что ее вкусы идеальны. И потому говорила о всех женщинах так уверенно и безапелляционно. Но даже самому мудрому человеку порой свойственно заблуждаться, верно?

— Слушай… — начал было Андрей, но тут же подумал, что дальнейшие расспросы вызовут ненужные подозрения. И замолчал.

— Ну? — спросила Ольга. — Что?

— Да нет. Такое… — замялся Андрей. — Ты прости за утро. Я был неправ. Раскаиваюсь.

— Да я тоже была не права, — с легкостью признала Ольга. — И тоже раскаиваюсь. Ты сильно обиделся?

— И совсем не нужно нам разводиться… — обнял Ольгу Андрей. — Правда ведь?

— Правда, — прижалась к нему Ольга, — не будем разводится. Пусть разводятся те, кто не любит роз и сладкого.

Некоторое время супруги просидели, как пасторальная парочка на картине: обнявшись, глядя куда-то вдаль и молча. Как всегда, говорить было не о чем.

— Пойдем, может, спатки? — предложил Андрей. — Завтра на работу вставать рано.

— Иди. В смысле — жди меня в спальне, — игриво улыбнулась Ольга. — Хорошо?

— Намек понял, — выходя с кухни, подмигнул ей Андрей. — Только поторопитесь, девушка.

Ольга сгребла со стола посуду и поставила в мойку. Немного подумав, открыла воду. Но еще немного подумав, закрыла. Завтра помою, подумала она.

Секс в сорок-сорок пять выглядит не совсем так, как в девятнадцать-двадцать. После сорока к сексу начинаешь относиться серьезно и ответственно. Наверное, это его — секс — и убивает. Однако ничего не поделаешь, многие думают, что уже вроде… не солидно, что ли, заниматься этим где попало и как попало. Если в принципе слова «солидно», «серьезно» и «ответственно» вообще можно применить к данному конкретному понятию.

Однако супруги Будниковы подошли к сексу именно так: очень солидно и очень ответственно, даже чересчур.

Андрей пошел в спальню и тщательно расправил постель. После чего открыл форточку.

Ольга пошла в ванную и после душа обрушила на себя пахучую волну парфюмерии: дезодорант — духи — шампунь.

Андрей разделся и лег. Но что-то в собственном запахе показалось ему… неэротичным, что ли. Он сменил Ольгу в ванной и тоже обрушил на себя парфюмерную волну с запахом ландыша, лайма и каких-то экзотических трав.

Ольга тем временем достала купленную именно для такого случая и надолго спрятанную в недрах шкафа-купе супер-эротичную ночную рубашку, которая куда больше выставляла напоказ, чем скрывала. А немного подумав, затеяла перестилать постель…

Словом, через какие-то сорок минут супруги все-таки улеглись в постель и некоторое время повозились под одеялом… Потом еще повозились.

— Слушай, — предложила Ольга, — давай свет выключим? А то что-то как-то…

— О’кей, — согласился Андрей. — Я сейчас.

Он встал, щелкнул выключателем, и комната погрузилась во мрак. На обратном пути он очень больно ударился об некстати стоящий на дороге пуфик, и, громко выругавшись, рухнул в постель. При этом больно придавив Ольге руку. Ольга простонала, однако вовсе не от нахлынувшей страсти и накинула одеяло на себя и на Андрея. Они еще немного повозились, повозились, да возня как-то сама собой и прекратилась… Некоторое время супруги полежали молча. Уже ничего не хотелось. Решительно ничего.

— М-да… — нарушила молчание Ольга.

А что еще говорить-то было?

— Сколько мы уже этим делом не занимались? — спросил Андрей.

— Не помню… — вздохнула Ольга. — Видимо, последний раз — в отпуске, в Турции.

— Вот же черт… — вздохнул в ответ Андрей. — Ты расстроилась? Сильно?

— Да нет… — пожав в темноте плечами, ответила Оля. — Ну, то есть немного, конечно, расстроилась… Да ладно, с кем не бывает.

— Слушай, а давай куда-нибудь съездим, отдохнем? — предложил Андрей. — Надо бы нам отдохнуть.

— Куда? Когда? — печально заметила Ольга. — Меня сейчас с работы не отпустят… Тебя, кстати, тоже.

— Ну, может, на субботу и воскресенье, — обнял Ольгу Андрей. — На дачу. А, как ты на это смотришь?

— На дачу? — положила ему голову на плечо Ольга. — Мудро. Сто лет мы не были на даче. Можно и съездить… Ладно, завтра поговорим. Спать хочется. Спокойной…

Не договорив последнюю фразу, Ольга заснула. А Андрей подумал, что завтра надо бы начистоту поговорить с супругой. Просто спросить ее обо всем, что его волновало. Эта мысль его неожиданно взбодрила. Настолько, что захотелось выйти покурить. Он немного поборолся с этим неожиданно и не к месту возникшим желанием. Потом успокоил себя тем, что не заслужил он трубочку на сон грядущий, поскольку мужчиной себя сегодня не показал и… тоже заснул. А ветерок из форточки, открытой, чтобы охлаждать предполагаемые страсти, бесцельно трепал край занавески до самого утра.

Должно быть, эта прохлада и разбудила Андрея в начале четвертого утра. Не просто разбудила — включила мозги на полную мощность. Хорошо, хоть вставать не потребовала. Андреи повернулся набок, накрыл ухо и попытался уснуть. Но понял, что сделать ничего не сможет — сон сбежал от него, как удачливый воришка.

Рядом уютно сопела жена, а в голову стали лезть мысли. Как Макс Отто фон Штирлиц, Андрей пытался вернуться в прошлое, пытался понять, когда все закончилось? Может, тогда, в двухтысячном?

Двухтысячный год стал знаменательным годом для тех, кто, несмотря на существование китайского, иранского, или древнеиндийского летоисчисления викрам-санват, все еще живет по григорианскому календарю. То есть для наших соотечественников. Многие даже не могли представить, насколько все изменится с наступлением нового тысячелетия.

Сразу же после Старого Нового года случилось нечто неординарное: был вынесен приговор знаменитой Слоновской группировке, или просто «Слоновским», или еще проще — «Слонам». Андрей, как настоящий журналист, конечно, отвел несколько страниц громкому делу. В июле горела Останкинская башня, что дало повод поместить событие в «Топ — 10 крупнейших техногенных катастроф Москвы после распада СССР».

В этом же году впервые на сцену вышли три участницы группы «ВИА Гра» и зритель был покорен волной эротичного позитива, исходящей от красоток, исполняющих прекрасную грузинскую музыку. Надо ли говорить, что трио немедленно было включено Андреем Будниковым в круг освещаемых редакционных интересов?

Открылись Олимпийские игры в Сиднее, и пришлось взять на работу спортивных обозревателей, которые изводили Будникова и Трофименко, требуя, чтобы интервью с тренерами сборных были помещены на первых страницах.

— Когда идет Олимпиада — то да, надо!!! — надсадно орал Юра Трофименко на совещаниях. — А если она уже закончилась — то какого черта?! Спортсмены — не звезды шоу-бизнеса! Они, к сожалению, не бухают и не устраивают пьяных скандалов!!!

— Устраивают, — буркнул спортивный обозреватель. — И бухают, как и все здоровые люди!