Похищенное сердце - Барбара Картленд

Что в ней такого? Почему мужчины липнут к ней? Айван Джексон был не первый, кто хотел поцеловать ее по-настоящему. Он был только первым, кому это удалось.

Аманда заставила себя оторваться от своих размышлений и спустилась в гостиную. Макса Мэнтона еще не было. Она стала рассматривать картины.

Те две, в углу, она еще раньше решила похитить. Они висели в тени, и их пропажу могли не заметить в течение нескольких часов, а может быть, и дней.

Вытащить их из рам не составит большого труда, на это уйдет несколько секунд.

– Восхищаетесь моими картинами, как я вижу. Голос Макса Мэнтона заставил ее вздрогнуть. Он подошел так тихо, что она не услышала.

– Они очень красивы, но, боюсь, я ничего не понимаю в современном искусстве.

– Я постараюсь посвятить вас в его тонкости, – сказал Макс. – Давайте выпьем. Отметим наше освобождение шампанским!

– Я думаю, мы это заслужили, – улыбнулась Аманда. Они направились в китайский бар.

– Вы прекрасно выглядите, – произнес Макс Мэнтон.

– Лучше, чем я себя чувствую. Я совершенно разбита от усталости. Уверена, что и вы тоже!

– Думаю, у меня масса жизненных сил, – похвастался он. – Что бы со мной ни случилось, несколько часов хорошего сна – и я снова в форме.

– Давайте не будем говорить о том, что случилось, – взмолилась Аманда.

Она боялась, как бы он не стал подробнее расспрашивать ее, кого именно ей удалось прислать ему на помощь. Но Макс Мэнтон был слишком занят собой.

– Знаете, – произнес он, разливая шампанское, – я напишу обо всем этом киносценарий. Это было так захватывающе драматично. Как раз то, что нужно в наши дни. Мне все твердят, что в моих пьесах мало действия. Так они получат его, причем прямо из первых рук!

– Они не украли рукопись вашей пьесы?

Мэнтон покачал головой.

– Я нашел для нее абсолютно надежное место. Никто не найдет ее, сколько бы ни искал.

– Не говорите мне! – поспешно воскликнула Аманда.

Макс Мэнтон откинул голову и засмеялся.

– Вы себе льстите. Вы думаете, что я из тех мужчин, кто разбалтывает свои тайны красивой девушке?

– Нет, конечно! Глупо было это даже предполагать. Я просто испугалась, что, узнав вашу тайну, могу ненароком ее выдать.

– Они могут пытками заставить меня или вас выдать тайну пьесы. Боже мой! Об этом я не думал. Мы должны быть очень осторожны.

Те, кого вы вызвали мне на выручку, сказали, что я могу больше не беспокоиться из-за этих бандитов, хотя утверждали, что не имеют ничего общего с местной жандармерией.

– Но действовали они, несомненно, эффективно, – с легкой улыбкой произнесла Аманда.

– Должен сказать, они ловко справились с этими свиньями.

– Надеюсь, они их не убили?

– По крайней мере не у меня на глазах.

– Как вы думаете, их не будут преследовать?

– Ничего подобного, – ответил Мэнтон. – Люди, которые привезли меня сюда в своей машине, были очень внимательны и сказали мне, что власти не заинтересованы в том, чтобы поднимать шум. В последнее время у них было и так много случаев ограбления, насилия и так далее. Меня заверили, что я больше о них никогда не услышу, но и мне лучше ничего не говорить о них и передать вам, чтобы и вы сделали то же самое.

– О, я обещаю, что и словом не обмолвлюсь! – сказала Аманда.

Мэнтон наполнил ее бокал, извинился и вышел из комнаты.

Аманда слышала, что он с кем-то говорит по телефону по-французски, но не разобрала о чем.

«Несомненно, он боится! – размышляла девушка. – А как повели бы себя Вернон и Айван Джексон?»

Она вспомнила, что Макс Мэнтон спокойно смотрел, как она дрожит от холода, и даже не помышлял о том, чтобы одолжить ей свой пиджак.

То, как он поступил с ее отцом, было вполне в его духе. Он был одновременно и шумным, и активным, и трусливым. Так что чем скорее она сведет с ним счеты, тем лучше. Рассуждая так, Аманда медленно пила шампанское. Макс Мэнтон вернулся в комнату.

– Ужин будет сейчас готов, – сказал он.

Когда они уже сидели за столом, Мэнтон сообщил нарочито небрежным тоном:

– Думаю, что я должен завтра или послезавтра лететь в Америку.

Аманда замерла. Она намеревалась провернуть дело сегодня ночью, но если это не удастся, придется его отложить.

– А что будет со мной? – с тревогой спросила она.

– Я помещу вас в милый, тихий отель в Ницце. Вы сможете жить там до тех пор, пока к вам не вернется память. Не сомневаюсь, что это скоро произойдет.

Увидев выражение лица Аманды, он добавил:

– Естественно, я все оплачу, но, если через неделю или две вы так ничего и не вспомните, вам нужно будет обратиться в полицию.

Он явно хотел снять с себя ответственность, девушка поняла это, но вслух сказала:

– Что ж, полагаю, все будет в порядке. Я недолго буду вам докучать.

– Вы мне нисколько не мешаете, – великодушно произнес Макс Мэнтон. – Кроме того, я должен вас отблагодарить за то, что произошло сегодня ночью. Не считая, конечно, оплаты номера в отеле, что бы вы хотели? Может, сумочку?

Аманда сдержалась и заставила себя проговорить с ноткой признательности в голосе:

– Спасибо, это очень мило с вашей стороны.

Словно осознав собственную скупость, Макс Мэнтон продолжил:

– Я также дам вам денег, чтобы вы могли купить себе кое-что из вещей. И вы можете без стеснения взять все, что вам понравится из шкафа наверху.

– Это очень мило, – тихо повторила Аманда.

– Завтра мы поедем в Ниццу, подыщем подходящий отель. Затем в магазине «Гермес» выберем для вас сумочку. Это будет памятью о том, что произошло прошлой ночью.

– Я буду дорожить ею, – сказала Аманда с ноткой невольного сарказма. Макс Мэнтон, видимо, заметил ее, но потом решил, что ошибся.

– Если бы я только могла вспомнить, что я делала в том вертолете, – посетовала Аманда. – Я должна это вспомнить, должна!

– Я думал, что пережитый прошлой ночью шок вернет вам память, – сказал Макс Мэнтон. Он взял нож и вилку и рассмеялся. – Не поверите, но я действительно проголодался. Я оказался более выносливым, чем предполагал.

Аманда подумала, неужели кто-нибудь в мире мог считать Макса Мэнтона привлекательным? Это эгоистичное, занятое исключительно собой существо?

– Я скажу вам одну вещь, – продолжал Мэнтон. – Впредь я никуда не выйду без револьвера в кармане.

– У вас он есть? – с тревогой спросила Аманда, представив, как она крадется, чтобы украсть картины, а Макс стреляет в нее с лестницы.