На зависть всему миру - Мишель Дуглас

— И это все решает? Не хочу тебя разочаровывать, но у вас не получится стать лучшими подругами, если она живет здесь, а ты — в Монте-Каланетти.

— А я хочу тебе напомнить, — Марианна развернулась к нему, — что Ребекка не виновата в разводе твоих родителей.

— Очень зрелый подход. — Его глаза были холоднее льда.

— Именно! Ребекка всеми силами старается с тобой подружиться, а ты ее отталкиваешь. Почему?

Райан потер лицо ладонью.

— Я никогда не чувствовал себя частью этой семьи.

— Понимаю, — вздохнула Марианна. — В жизни не все идет как надо, и люди не всегда справляются с проблемами правильно. Но теперь ты взрослый, Райан. Ты можешь сам решать, становиться ли частью этой семьи.

Райан смотрел на нее, насмешливо скривившись, но она угадывала боль в глубине его глаз.

— Зачем? — спросил он наконец.

Марианна не смогла ответить сразу. Она повернулась к Лулу.

— Семья сама по себе награда, — выдавила наконец она.

Райан помотал головой.

— Волк-одиночка, — напомнил он.

— Семья — это подарок для нашего ребенка. Чем больше людей будут его любить, тем лучше… — Как он это не понимает?

— Чем больше людей вокруг него смогут причинить ему боль, подвести… предать?

Марианна вскочила. Он серьезно? Ее затрясло.

— Я не позволю тебе превратить нашего ребенка в такого эмоционального труса, как ты!

Райан ответил ей ледяным взглядом.

— А я не позволю тебе сделать его зависимым от эмоций.

Вот что он о ней думает! Марианна снова отвернулась, чтобы посмотреть на Лулу; та с удовольствием ползала в песочнице со своим грузовиком. Марианна сделала глубокий вдох и прикрыла глаза.

Было очевидно, как Райану не нравится оставаться в Австралии, в гостях у Ребекки. Но… Он организовал для матери лучшего специалиста. Муж Ребекки получил работу компьютерного дизайнера в одной из лучших компаний благодаря влиянию Райана. Он оплатил образование Ребекки в университете. Они восхищались им, уважали, равнялись на него. А он заботился о них, обеспечивал всем необходимым — но все равно держал дистанцию.

И не хотел признавать, что любит свою семью.

— Ребекка тебя любит, — сообщила ему Марианна. — И то, как ты с ней себя держишь… Это причиняет ей боль, подводит ее, предает.

Райан немедленно напрягся, стиснул кулаки.

— Я не хотел никого ранить.

Его холодность рассеялась, и Марианна едва удерживалась, чтобы его не обнять.

— Ребекка не причинит боли нашему ребенку, — сказала она вместо этого. — Она будет его любить и защищать.

Лулу подошла к ним и выпрямилась, держась за штанину Райана. С широкой улыбкой она принялась шлепать его по колену с размеренным «га-га-га». Райан покосился на Марианну, но та не стала подсказывать. Переведя взгляд обратно на девочку, Райан пожал плечами и ответил:

— Га-га-га?

Лулу захихикала, как будто это была лучшая шутка на свете. На мгновение Райан улыбнулся в ответ, и у Марианны потеплело на душе. Он заслуживал большой, любящей семьи…

Лулу пошатнулась и упала на попку в подгузнике. Сморщившись, она расплакалась. Райан вскинул руки.

— Что мне делать?

Он говорил про Лулу или про Ребекку? Впрочем, ответ был бы почти одинаковым.

— Возьми ее на руки и укачивай. От этого все становится лучше.

Райан осторожно взял девочку на руки, усадил к себе на колени и стал гладить по спине. Она слабо улыбнулась в ответ, и Райан растаял. Скрестив пальцы, Марианна надеялась, что Лулу совершит чудо.