Поверь и полюби - Софи Уэстон

– Вы специально пришли на прием к моей матери, чтобы оскорблять нас? Или это просто экспромт?

– Оскорблять? – Казалось, он был искренне удивлен. Но затем – а этого Кенди уж и вовсе не могла ему простить – ему стало смешно. Его это смешило и одновременно интриговало. – Как же это я вас оскорбил?

– Вы сказали, что я вам подхожу. – Кенди была в ярости.

Джастин усмехнулся.

– Я не совсем то имел в виду. – И он подошел к ней. – Но мне очень жаль, что вы восприняли это как оскорбление.

Он наклонился и поцеловал ее.

Первой реакцией Кенди было возмущение. Она так разозлилась, что ей даже не пришло в голову испугаться. Она с силой оттолкнула его, и шампанское, о котором она успела позабыть, пролилось на его безукоризненный пиджак. Джастин отпустил ее, но только для того, чтобы взять у нее бокал.

– Может, лучше поставить? – мягко сказал он. – Ты ведь все равно не будешь пить. К тому же оно мешает – тебе не кажется?

Кенди начала что-то говорить, а Джастин в это время немного отклонился назад и поставил злополучный бокал на столик. В его странных глазах плясали чертики.

– А теперь…

Она подобралась. Но не произошло ничего похожего на ту грубую торопливость, которой она ожидала. Его губы встретились с ее – спокойно и осторожно. Она ощущала кончики его пальцев у себя на спине. Он ничего не требовал – только нежно, бесконечно учтиво наслаждался их близостью друг к другу. Казалось, все чувства Кенди ожили. Она вздохнула и ощутила, как ей становится спокойно рядом с ним.

Она совсем забыла, почему сердилась на него и сердилась ли вообще.

– Я так и знал, – тихо сказал Джастин, не убирая своих губ.

Она открыла глаза. Она и не помнила, как закрыла их.

– Что знал? – спросила она, не узнавая своего голоса.

Ответом был еще один поцелуй. Кенди соединила руки в объятии и погрузилась в свои ощущения.

Никто из знакомых не узнал бы скромную Кенди Нилсон в этой чувственной женщине, отвечающей на каждое прикосновение Джастина. Она и сама себя не узнавала и испытывала неясную тревогу, хотя было приятно выходить за грани хорошего воспитания и приобретенной осторожности. Так вот что это такое – отдаваться на волю своих порывов, в опьянении подумала она.

Наконец Джастин поднял голову. Поднял с явной неохотой, и Кенди ощутила что-то похожее на торжество.

– Искусительница, – хрипло произнес смеющийся голос.

Он взял локон, выбившийся из тщательно уложенной прически, и водворил его на место. У Кенди голова шла кругом. Этот жест показался ей невероятно нежным. Но вот он отстранил ее от себя.

– Куда ты хочешь пойти?

– Что? – Она недоуменно посмотрела на него. Он нежно коснулся ее губ кончиком пальца.

– По-моему, нам нужно поговорить. Но только не в окружении этих никому не интересных импрессионистов. Поужинаешь со мной?

Кенди раскрыла глаза еще шире.

– Ужинать? Сейчас? А как же миссис Давент?

– Неважно. Она поймет.

– Но…

– Мать велела тебе от меня избавиться, – мягко напомнил он. – Разве есть лучший способ?

Кенди вспыхнула. Он взял ее лицо в свои ладони.

– Доверься мне.

И она пошла вместе с ним.

Она ожидала увидеть полумрак модного ресторана, но он привел ее в какой-то прокуренный погребок. В одном углу располагался оркестр, приглушенно наигрывавший замысловатые ритмы, а чернокожий музыкант извлекал из рожка какие-то невообразимые звуки.

Посетителей было много, но бойкая официантка сразу же показала им на столик в углу. Она была хорошо знакома с Джастином.

Джастин наизусть знал здешнее меню.

– Гамбургеры здесь ничуть не хуже музыки, – сказал он, откидываясь на спинку стула и глядя на Кенди. Его глаза излучали тепло. – Но если хочешь, можешь заказать что-нибудь другое.

Внезапно смутившись, Кенди начала разглядывать клетчатую скатерть.

– Я… я не знаток гамбургеров.

Это прозвучало до отвращения чопорно. Казалось, она снова стала благовоспитанной дочерью знатных родителей. Кенди была ужасно недовольна собой, но не знала, как исправить положение.

А Джастин вроде бы ничего и не замечал.

– Тогда начнем обучение сегодня. – И он сделал заказ. – Насчет вина я еще подумаю.

– Минутку, – кивнула официантка. Повинуясь порыву, Кенди произнесла:

– Ты ведь тоже не похож на знатока гамбургеров.

Он оторвал глаза от списка вин и взглянул на нее.

– Что, по возрасту не подхожу или по поведению? – Ему снова было смешно.

Она улыбнулась, хотя и хотела казаться серьезной.

– Да нет. По костюму. Его лицо скривилось.

– Камуфляж для охоты в джунглях.

Он бросил взгляд на ее золотое колье с изумрудами, и она как будто ощутила его прикосновение к шее. Она инстинктивно прикрыла колье. А Джастин задумчиво произнес:

– Мой камуфляж мало чем отличается от твоего. Быть может даже, джунгли у нас одни и те же.

Его слова смутили Кенди. В его уверенном взгляде затаился вопрос. Молчание затянулось и стало невыносимым. Она опустила глаза.

Четкий ритм музыки, пульсируя, пронизывал ее и успокаивал.

Она произнесла самым светским тоном, на который была способна:

– Значит, коктейль у мамы показался тебе джунглями?

– Может быть, и нет, – пожал плечами Джастин. – Но тебе-то точно показался. Я никогда раньше не видел, чтобы девушка была в таком страхе. Зачем ты посещаешь эти сборища, если все это так тебе неприятно?

Она ахнула. Светский тон испарился.

– Что ты хочешь этим сказать?

– То, что сказал, – раздраженно произнес он. – Я не трачу времени на пустые слова.

– Это что, «Минздрав предупреждает…»? – с иронией спросила она.

Джастин еще раз испытующе посмотрел на нее.

– Допустим, – сказал он наконец. Кенди вздрогнула.

– Звучит так, будто ты мне угрожаешь. Джастин казался удивленным.

– Напротив.

Хмурясь, она подумала над этим и произнесла:

– Так ты хочешь меня переубедить?

Его странные глаза заблестели.

– Скорее по-другому.

– Как же?

– Может быть… сделать так, чтобы ты была посмелее? – предположил он.

Гремели ударные. Вдруг Кенди усмехнулась.