Герцог из ее грез - Софи Барнс

– Я понял, что вы не просто так справлялись о ее здоровье.

На лбу Хантли залегла морщина.

– Полагаете, она станет возражать?

– Не знаю. – Томас постучал пальцами по подлокотнику. Он ненадолго отвел взгляд, но потом вновь посмотрел Рафу в глаза. – Последние несколько лет моя матушка живет в уединении, но если мне удастся ее уговорить, надеюсь, это ее отвлечет.

Хантли опечалился.

– Как же это опрометчиво с моей стороны, – прошептал он с искренним раскаянием. – Я совсем забыл о вашей сестре. Я…

– Не стоит извиняться… – Томас почувствовал, как скрипнули его зубы. – Я предпочел бы не говорить о Мелани.

– Ковентри…

– Не я один потерял сестру. Верно?

Хантли тяжело вздохнул.

– Быть может, сменим тему разговора? – спросил Томас и, дождавшись, когда Раф кивнет в знак согласия, произнес: – Итак, я поговорю со своей матушкой и вечером дам вам знать, что она об этом думает.

– Сердечное спасибо, Ковентри! – Хантли встал, чтобы проводить Томаса в прихожую. – Надеюсь, вскоре вы потребуете от меня какой-нибудь ответной услуги и я смогу отплатить вам за любезность.

Ковентри улыбнулся.

– Мы же друзья, Хантли. Мой долг – помогать вам.

Быть может, благодаря этому ему удастся победить преследующих его демонов и обрести покой.

– Надеюсь, что вы вдвоем прекрасно проведете время, – сказала Амелия неделю спустя, обнимая Габриэллу в прихожей.

В элегантном платье из сиреневого муслина герцогиня выглядела настоящей светской леди, каковой и была с самого детства. От остальных представительниц высшего общества ее отличали чуткость и прямота. Амелия оценила это с первой встречи.

– А ты уверена, что у вас с Джульеттой все будет хорошо во время нашего отсутствия? – в десятый раз спросила Габриэлла. – Еще не поздно все отменить…

– Нет-нет. Что ты! – Амелия отступила на шаг и взглянула в прекрасные голубые глаза Габриэллы. – Вы с Рафом имеете право побыть наедине, подальше от нас и от всяких дел. Уверяю тебя, вам не стоит беспокоиться.

Габриэлла хотела что-то возразить, но ее мысль так и осталась невысказанной – в прихожую вошел Раф, который незадолго до этого наблюдал на улице, как закладывают экипаж.

– Сундуки уже погрузили, – сообщил он и взял со столика в прихожей бобровую шапку, которую положил туда слуга. Хантли секунду разглядывал ее, потом покачал головой, словно не понимая, что это такое. – Готова отправиться в путь, Габриэлла? – Раф положил шапку на место и, казалось, тут же совершенно забыл о ее существовании, повернувшись к столу спиной.

– Готова. – Габриэлла ободряюще улыбнулась Амелии и подошла попрощаться с Джульеттой и леди Эверли, которые стояли возле входной двери. Без молодоженов этот дом опустеет. К тому же Раф отпустил своего слугу и секретаря навестить родных, пока его и Габриэллы не будет.

– Мы скоро вернемся, вы даже соскучиться не успеете, – сказал Раф Амелии, желая ее утешить. Он наклонился и поцеловал сестру в щеку. Затем, выпрямившись, встретился с ее взглядом. – А вы пока, надеюсь, будете впитывать все то, чему вас станут учить леди Эверли и вдовствующая герцогиня Ковентри. Эти дамы многое знают.

В ответ Амелия лишь улыбнулась, чтобы скрыть волнение, и проводила брата до двери, где их уже ожидала Габриэлла. Девушка смотрела, как ее брат ведет свою жену (а ее невестку) вниз по лестнице, помогает ей сесть в экипаж, а потом и сам забирается внутрь. Мгновение спустя возница хлестнул лошадей. Амелия, стоя рядом с Джульеттой и леди Эверли, махала рукой, пока экипаж не свернул за угол и не скрылся из виду.

– Я тоже надеюсь когда-нибудь побывать в Париже, – с тоской вздохнула Джульетта, когда все они вернулись в дом. – Думаю, их поездка получится очень романтичной.

– Так и будет, моя милая, – заверила ее леди Эверли. – Нисколько не сомневаюсь, что герцог и герцогиня сполна насладятся этим путешествием… А не выпить ли нам чаю в ожидании Ковентри?

– Конечно, – выдавила из себя Амелия и проглотила ком в горле.

С тех самых пор, как брат сообщил ей о том, о чем они договорились с Ковентри неделю назад, ее воображение рисовало такие картины, что девушка не могла уснуть по ночам.

– Должна признаться, я немного беспокоюсь, думая о знакомстве с вдовствующей герцогиней, – сказала Джульетта, когда они вошли в гостиную.

Она подошла к сонетке^[2], осторожно дернула за шнурок и присоединилась к Амелии и леди Эверли, которые уже устроились на диване, обитом серебристо-алым шелком. Джульетта опустилась в кресло, решив оставить еще один диван для гостей.

– Не стоит тревожиться, – успокоила ее леди Эверли. – Вдовствующая герцогиня очень приятная, добрая женщина. Они с сыном во многом похожи, а, насколько я знаю, герцог у вас опасений не вызывает.

– Нет-нет, – пробормотала Амелия, стараясь не обращать внимания на холодок в животе.

Сама мысль о том, что ей придется проводить в компании герцога Ковентри много времени, вызвала у нее приступ тошноты. Ведь тогда он заметит все ее недостатки – этот мужчина, которого Амелия считала идеальным.

Она-то надеялась, что и дальше будет брать уроки хороших манер, держась от него на расстоянии. Ее план заключался в том, чтобы поразить герцога Ковентри своими успехами, когда они случайно встретятся в следующий раз. Но случилось так, что в понедельник он вышел на сад и застал ее в неподобающем виде. Это было весьма болезненным ударом по ее самолюбию.

– Ковентри всегда был необычайно добр к нам. – На губах Джульетты застыла благодарная улыбка. – Если честно, ума не прикладу, что бы мы без него делали.

– Не приложу, – поправила ее леди Эверли.

– Верно. – Улыбка Джульетты потускнела. Девушка сосредоточенно нахмурила брови. – Ума не приложу.

Амелии и ее сестре потребовалось чуть больше месяца интенсивных занятий, для того чтобы избавиться от просторечных слов, к которым они привыкли за время жизни в трущобах, и теперь девушки в основном разговаривали правильно. Конечно, случалось, что они забывались. Амелия знала, что такое происходит с ней и ее братом, когда они раздражены или взволнованны. Но даже когда она следила за собой, грамотная речь давалась ей гораздо легче, чем правильная осанка.

Поймав себя на этой мысли, девушка расправила плечи и выпрямила спину. В этот момент пришла служанка – узнать, зачем ее звали хозяева.

– А по-моему, Ковентри тоже выиграет от этой сделки, – сказала леди Эверли, как только служанка удалилась, чтобы принести чай. – С тех пор как умерла его сестра, он места себе не находит. Если хотите знать, ему самому нужна помощь. Он стал более общительным с тех пор, как познакомился с Хантли.