Оазис радости - Элис Детли

Прелестное подвенечное платье... Словно белое облачко, органза и нежный, даже прохладный на ощупь перламутровый атлас. Роскошный свадебный наряд! Любая невеста будет выглядеть в нем настоящей красавицей.

Натянув сверху пластиковый чехол, Шейла повесила платье в гардероб.

Мамочка, еще когда была жива, купила это платье им с сестрой. Одно на двоих... Господи, они тогда так нуждались!

Шейла подошла к журнальному столику и долго смотрела на фотографию матери в изящной рамочке.

Ну вот, милая мамочка, не придется твоей старшей дочери красоваться в таком роскошном платье! Во-первых, оно мне мало, а во-вторых... Шейла вздохнула. В общем, тот, кого я люблю, женат.

– Шейла?

– Да, Генри?

– Какие у тебя планы на эту субботу?

Шейла Стефенсон, собиравшаяся звонить заказчику, положила трубку на рычаг.

Как понимать вопрос шефа? Уж не намеревается ли он пригласить меня поужинать куда-нибудь за счет фирмы? Я этого вполне заслуживаю, поскольку работаю не покладая рук. А может, Генри хочет назначить мне свидание? Фантазерка глупая! Шейла покачала головой. А если речь идет о сверхурочной работе?

Она внимательно посмотрела на шефа.

– Генри, повтори, пожалуйста. Я не расслышала.

– Я спросил, что ты делаешь в субботу.

– Пожалуй, ничего особенного. А в чем, собственно, дело?

– У нас в субботу гости и...

– Где? Здесь? – перебила она его.

– Нет, у меня дома.

– Понятно... – протянула Шейла, хотя ничего не поняла.

Генри и Маргарет Рассел частенько принимают у себя гостей, но при чем здесь она, Шейла Стефенсон? Вероятно, недоумение отразилось у нее на лице, потому что Генри спросил с расстановкой:

– Хотелось бы знать, сможешь ли ты прийти?

– Я?!

– Ну да, ты! – Он недовольно сдвинул брови. – Что с тобой сегодня? До тебя доходит, как до жирафа!

Ах, какой! Шейла выпрямилась. Васильковые глаза потемнели и стали синими-синими, как сапфиры.

– Между прочим, все то время, что я работаю у тебя, все эти...

Он поморщился и оборвал ее:

– Ради Бога, не напоминай о годах!

– И не собиралась! – Шейла тряхнула головой, и прядь черных как смоль волос упала, закрыв пол-лица.

Шесть лет прошло. Даже не верится! Она и сама не позволяет себе задумываться о годах, стремительных, будто реактивный лайнер. Зачем? Она уже давно живет и работает на автопилоте. Можно, конечно, для разнообразия поискать другое место работы, но кто в наши дни, находясь в здравом уме, станет менять порядочного во всех отношениях шефа на кота в мешке? То-то и оно! От добра добра не ищут, а лучшее – враг хорошего.

– С самого первого дня, как я окунулась в этот сумасшедший рекламный бизнес, а ты потом вытащил меня из рутины и назначил своим секретарем-референтом...

Генри по привычке пресек не относящийся к делу разговор.

– Остынь!

Шейла вспыхнула и поправила волосы. Ну вот, пожалуйста, он еще и дерзит! А почему? Да потому что мужчины, подобные Генри Расселу, как правило, не особо церемонятся с женщинами, награжденными природой пышными, как у нее, формами. Им нравятся худощавые цыпочки, даже поджарые... как... как борзые. Шейла отвела взгляд.

– Бизнес, рутина... Какое все это имеет отношение к приглашению в гости? – недовольно пробурчал Генри.

– Прямое! – возразила Шейла дрогнувшим голосом. – Ты никогда раньше не приглашал меня к себе в дом.

– Потому что однажды ты весьма внятно дала понять, мол, делу время, потехе час, а смешивать одно с другим – не в твоих правилах.

– Это правда, но по выходным дням я руководствуюсь исключением из правил.

Генри улыбнулся.

– Это каким же?

– Кончил дело – гуляй смело!

– Прекрасно! Стало быть, в субботу погуляем.

– А по какому поводу прием?

– У Одри день рождения.

– Поздравляю, но... Генри опять перебил ее:

– Понимаешь, мы с женой обещали ей устроить вечеринку, придут школьные подруги...

– А мальчики?

– Рановато еще. Жене пришла в голову идея пригласить наших друзей и знакомых, чтобы получилась вечеринка, а не детский утренник. Я сразу подумал о тебе.

– А-а-а... теперь понятно.

Шейла поправила воротничок белой шелковой блузки.

С женой, жене... Заботлива, судя по всему, миссис Рассел, только почему ее ребенок почти безвылазно торчит в каникулы у отца в офисе? Вообще, забавная она, Одри. В курсе всех музыкальных новинок и светской жизни. Кто развелся, кто родился, кто с кем – все знает. Интересно, где была заботливая матушка в предыдущий день рождения дочери, когда Генри, Одри и она, Шейла, ходили в зоопарк?

– Неужели год прошел с того дня, когда вы потащили меня с собой в зоопарк? – Шейла наморщила лоб. – Слушай, Одри уже одиннадцать?

– Десять.

– А выглядит гораздо старше и ведет себя совсем как взрослая. Весной спросила у нее, какие фильмы ей нравятся, сказала, что про любовь.

– Акселератка! – отозвался Генри и принялся барабанить пальцами по столешнице письменного стола.

В совершенстве владевшая языком жестов своего шефа, Шейла сразу поняла, что Генри чем-то озабочен.

– Генри, что-то не так?

Пальцы моментально замерли, зато глаза прищурились...

– Почему ты об этом спрашиваешь?

– Ты сегодня вещь в себе – слишком сосредоточенный. Такое впечатление, будто тебя что-то гнетет. Откровенно говоря, ты был таким всю прошлую неделю.

А если уж совсем начистоту, весь этот месяц! – уточнила она, но говорить не стала.

– Ты так хорошо изучила меня, что сможешь написать и издать мою биографию, если...

– Если станешь знаменитым – непременно! – Она засмеялась.

– Станешь тут, как же!

– Что случилось, Генри? – Шейла мгновенно стерла улыбку с лица.

– Зашиваюсь, вот что! Сроки поджимают...

– Подключи кого-нибудь. В конце концов, ты глава агентства.

Нет, все-таки с ним что-то не так! Никогда никакой запарки, все вовремя, клиенты довольны, все тип-топ...

– Клиенты хотят иметь дело только со мной. – Генри вышел из-за стола и стал ходить по кабинету взад-вперед.

– Мало ли что они хотят... – Шейла повела плечами. – Пусть воспользуются услугами... хотя бы Чарлза! Или любого из армии умников, которым ты платишь баснословное жалованье!