Мое личное (не) счастье - Наталья Юнина

— Я не хочу есть, а ты все-таки брось курить.

— А я хочу есть. И тебе тоже не помешало бы, слишком худая, — спасибо, что напомнил о том, какая я спичка.

Молча встаю с дивана и иду на кухню. Открываю холодильник, но там кроме вареной колбасы и яиц ничего и нет. В морозильнике каким-то образом залежалась курица. И на том спасибо. Кое-как с ней разделалась и принялась варить суп. Через полчаса я довольная, как слон, уже разливала первое по тарелкам. С каким же предвкушением я ждала, пока Олег вынесет свой вердикт, не передать словами. Правда по улыбающемуся лицу я поняла, что что-то не так.

— Не вкусно, да?

— Вкусно, но ты видать сильно влюбилась.

— В смысле?! — Господи, неужели я так сильно на него пялюсь?

— В прямом. Суп сильно пересолен.

— У тебя просто соль какая-то странная.

— Очень странная. К утру обопьемся. Ну и ладно, в выходные можно походить и с опухшей мордой.

— Прости, я не хотела. А можно вопрос?

— Можно, — откидываясь на спинку стула говорит Олег.

— Ты покупаешь новую машину, а квартира у тебя ну скажем так-тебе не подходит. Маленькая, темная…

— Убогая однушка, доставшаяся от государства. Через месяц, другой, когда наши с Максимом планы реализуются со стопроцентной вероятностью, тогда все изменится, а пока не вижу смысла вкладывать деньги в то, что скоро уйдет из моей жизни. К тому же, я здесь не так уж часто и ночую.

— А где ты ночуешь? — кто-нибудь вырвите мне язык!

— Боюсь, что эта информация не для тебя. Так ладно, у меня еще кое-какие дела, ты осваивайся, я приду вечером. Если что звони.

— Хорошо.

***

Разве двенадцать ночи-это вечер? Сколько бы я ни считала овец и ни ворочалась на неудобном диване, так и не заснула. Как последняя воровка начала обыскивать квартиру в поиске интересных личных вещей, но ничего не нашла. Даже ни единой фотографии. Мне всегда хотелось спросить, как он попал в детский дом, была ли у него семья, но так и не решалась. Когда мы с братом только попали в детдом я была настолько мелкой, что и думать не могла о таких вещах, а через год пребывания в детдоме нас с братом забрала к себе тетка и наши дороги разошлись на два года. Уже потом, будучи первоклашкой, я вновь увидела его вместе с Максимом, и он снова потчевал меня конфетами с орехами. Забавно, что я их даже не любила, а он всегда дарил именно с орешками. И по сей день носит только такие. А мне уже стыдно сказать, что я терпеть не могу орехи. Уж лучше пусть такие дарит, чем вообще кукиш.

Я бы еще долго могла мечтать об Олеге, если бы не звук открываемой двери. Я быстро легла на диван и притворилась спящей. Какие-то звуки, шуршания и через несколько минут услышала, как скрипит кресло. Бедненький, ему же неудобно. Но видимо вполне комфортно, раз через считанные минуты я услышала мирное сопение под боком. Еще около получаса я слушала монотонное дыхание, а потом зачем-то встала с дивана и подошла к спящему Олегу. Темнота, почти ничего не видно, а я почему-то все равно всматриваюсь в его лицо. Сама не знаю зачем тяну к нему руку. Это что-то неосознанное и совсем неконтролируемое. Рука сама начинает гладить его чуть колючую щеку. Странно, колючий, а все равно приятно.

— Что ты делаешь? — я даже не успела среагировать, как мою руку перехватил Олег. А действительно, что я делаю?

— Я….