Муж из секонд-хенда. - Евгения Светлакова

Хотелось высказать это вслух, но здравый смысл напомнил, что в чем-то они правы.

Своя у меня только квартира, камера и та в кредит куплена. И пока без их поддержки я не смогу продержать на плаву свою студию.

Чувство собственного достоинства болезненно заскулило и спряталось за собачьей покорностью перед этими людьми. Хочешь почувствовать себя ничтожеством и дерьмом? Заведи моих родственников. Хотя мне ли жаловаться?

— Мои работы продаются, я известен в Инстаграмме…

Я начал перечислять, задетый, что мою работу ни во что не ставят. Но заткнули меня просто — с грохотом отпустив на стол пустой бокал из-под пива, укрепив мысли про то, кто я на самом деле.

Тряпка, и никак иначе. Самому от себя противно.

— Херь, — выдала Василиса.

Ну, коне-е-ечно, все им херь!

Я опять заскрипел зубами. Скверная привычка, особенно если ни к чему не приводит. А что я сделаю? Врежу в челюсть этому терминатору? О, да, а потом она мне — и ей ничего, а вот я могу и в больницу загреметь. С сотрясением мозга. Стукну кулаком по столу и скажу «Заткнись!»? Ха, эффект, боюсь, будет тот же.

Вот так и понимаешь, мужик в этой семье — не я, и даже не отец, а наш милый терминатор. И раз она сказала «Херь», ты, как по законам первобытных нравов, должен ее победить физически и морально, или молчи в тряпочку. Или будь этой самой тряпочкой, об которую сестрица вытрет ноги.

Я опять глубоко вздохнул, напоминая себе, что ссора ни к чему. Да, я могу себя прокормить и весьма неплохо зарабатываю, но, если хочу раскрутить студию и поставить ее на ноги, все это фигня. Мне нужна поддержка отца и сестры. А их мнение, что мне обязательно ходить в галстуке и, как всякий офисный планктон, прозябать за маранием бумаг всю свою никчемную жизнь от зарплаты до зарплаты, можно и перетерпеть.

Еще присутствует, конечно, и диплом подходящий — какой-то там управленец – заставили получить. Бунтарство тогда не прокатило, с того времени я себя в этом ограничиваю. Естественно, позорно было, когда на пары приводили под конвоем и везде следовали охранники. Они даже в туалет за мной ходили, вдруг в окно выпрыгну или, того хуже, в канализацию смоюсь. Кому расскажи, засмеют.

Да, нездоровая опека. Но, самое главное, на меня там целый бизнес-план накатали, а я возьми и испорти все, став фотографом. Разочаровал, так разочаровал. Но потом семья перестроила планы, и теперь меня прокачивали в качестве фотографа, искренне считая, что без их поддержки я — никто.

— Это у вас — херь, а мне нормально, — откинулся на спинку дивана и сложил руки на груди, ожидая, зачем вообще был вызван.

Про «Херь» я и так слышу. Для этого необязательно вызывать к себе, проще направить на свадьбы именитых молодоженов, на концерты к звездам посолиднее. Вот это им не херь, а мои собственные работы — херь.

Можно и смириться. Компромисс-то мы все равно нашли, значит, сейчас ждет что-то интересное и новое.

— Ты не ходил на встречу, о которой договорился отец, — выдала Вася, пропуская мою реплику мимо ушей.

Да кто бы сомневался!

— Встреча? — я нахмурился, делая вид, будто вспоминаю.

Конечно, прекрасно помню просьбу сходить с дочкой партнера в театр. И я блестяще забил на это болт, понимая, куда клонят сестра с отцом.

— Встреча. Отец был крайне недоволен, — известила женщина, подзывая официанта и прося себе еще пива. — Этот брак тебе будет выгоден. Да и девушка неглупая.

— Вы мне еще жену не выбирали! — я даже встал от возмущения, на ходу ловя едва не упавший фотоаппарат.

Нет, правда, с остальным я еще могу смириться. Но выбирать мне жену?! Они не могут этого серьезно говорить!

— Надо будет — выберем, — авторитетно заявила сестрица, никак не реагируя на мой злой взгляд.

— А если у меня уже есть невеста и почти жена?!

Нет, вариантов у меня, на самом деле, не было. Но, если это шанс избавиться от их безумной программы, я же ее прямо сейчас найду!

— Замечательно, и где же она? — Василиса усмехнулась, явно видя мое вранье насквозь.

— Я что, обязан вам ее показывать?!

— Значит, нет. На том и порешим: на следующей неделе встретишься с дочерью папиного партнера.

— Есть, я сказал! — сжимая кулаки, рыкнул я.

— А если есть, послезавтра у нас за городом небольшое мероприятие. Приводи знакомь, — невозмутимо ответила Вася.

— А если она не сможет?

За день я точно не найду себе «жену».

— Значит, ее у тебя нет, — равнодушно пожала плечами Вася. — И, будь добр, не забудь, чей ты сын и оденься прилично, — вновь усмехнулась сестра.

— Детский комбинезончик, надеюсь, пойдет, — съязвил я, срываясь с места и направляясь к двери.

Все, хватит семейной встречи на сегодня. А то я точно разобью любимой сестре что-нибудь об голову.

Черт, они мне все пытаются навязать: работу, привычки, теперь еще и жену! Но это моя жизнь. Моя!

— Воу, Барт, притормози.

Почти на выходе из семейного бара меня перехватил Николай. Лучший друг школьных лет, правда, тоже выбранный и одобренный отцом, но об этом я уже позже узнал.

Рвать отношения было к тому моменту глупо, я и не стал. Друг-то все равно остается другом.

Николай Николаевич Николаев — да, у родителей или фантазии не хватило, или чувство юмора такое — был звездой, начиная со школьных лет. Олимпиады, соревнования, конкурсы, выпускной — везде лучший. А сейчас один из тех, кто стремится осчастливить собой как можно больше томных красоток. К тому же высокооплачиваемый юрист.

Но, если честно, у него очень вольная трактовка законов.

— Да на хрен! — отмахнулся я. — Чтоб мне продолжили читать лекцию?! А теперь еще и женить пытались?! Без меня попрошу, иначе сорвусь.

— Да ладно тебе, — рассмеялся местный Казанова, следуя за мной.

— Отвали, а? Ты же должен был быть на свидании с куклой из плейбоя. Так и катись!

Или она тебя прокатила? — злорадно фыркнул, похлопывая себя по всем карманам в поисках сигареты.

Да, я обещал себе бросить — здоровый образ жизни форева, и все такое — но не с такой семейкой явно!

— Да у нее там какая-то мышь облезлая на нее свою работу скинула, вот сидит, делает, — пожаловался юрист.

— О, какая работящая, смотри не упусти! — съязвил, вспоминая озвученную девицу.

Нет, что она работает — я верю. Только явно не в вертикальном положении.

— Хоть кто-то в вашей семье будет работать, а не проматывать деньги, — закончил я.

— Ха-ха, как остроумно! — без капли смеха отозвался Николай. — Так что с терминатором опять не поделил? — произнес друг, доставая из кармана такие желанные сигареты и давая мне прикурить.