Одна тайна на двоих - Карла Кэссиди

Вчера, придя домой, Моника навела о нем справки в Интернете. Узнала, что известный архитектор считается завидным холостяком. Она перечитала статьи об убийстве его сестры; кроме того, нашла на его сайте контактную информацию: рабочий и домашний телефоны, а также домашний адрес.

В четыре часа она вышла из своего одноэтажного домика, села в машину и проехала пятнадцать миль до дома Джейка Ламонта. Ей хотелось побеседовать с ним сейчас, когда она вооружилась новыми сведениями, полученными от Дженет. Если его не окажется дома, она подождет его возвращения.

Моника по-прежнему надеялась уговорить его прийти на ее вечерний подкаст, расспросить о групповых занятиях для родственников жертв преступления – и о его товарищах по несчастью.

Дом Джейка оказался большим и красивым кирпичным особняком с огромным эркером. Газон на большом участке выглядел безупречным; за живой изгородью и клумбами виднелся красивый фонтан. И огромный участок, и дом намекали на деньги и успех.

Первым делом Моника позвонила в дверь. Не получив ответа, решила, что хозяина нет дома. Развернувшись, она припарковалась на улице, у поворота к его дому. Здесь она его не пропустит.

Только Моника устроилась ждать, как зазвонил ее мобильный телефон.

Этот номер знали всего несколько человек.

Она посмотрела на определитель номера, и внутри у нее все привычно сжалось от знакомого напряжения.

– Привет, папа, – сказала она.

– Что делаешь? – пророкотал низкий голос Нила Райта на том конце линии.

– Работаю.

От язвительного смешка в животе у нее завязался еще более тугой узел.

– Я-то надеялся, к тридцати годам ты забросишь свой дурацкий подкаст и устроишься на настоящую работу.

– Папа, мой подкаст и есть настоящая работа, – возразила Моника, понимая, что ничего хорошего не будет. Она постоянно разочаровывала отца с самого рождения – потому что он ждал мальчика, а родилась девочка, третья по счету. Отец всегда говорил: она провалила его последнюю попытку получить сына, о котором он мечтал.

При жизни мамы все было не так плохо. Мама смягчала боль, которую иногда причинял ей отец. Но мама умерла от рака груди, когда Монике было восемь лет.

– Как у тебя дела? – спросила она.

– С утра пораньше еду на целый день на рыбалку с Гарри и Фрэнком. Понимаешь, запчасти для машины, которые я заказал, доставят в район Либерти. Вот я и подумал: ты все равно целый день слоняешься без дела. Может, получишь мой заказ? – Да, хорошо, – ответила Моника, скрывая досаду.

– Вот и отлично. Забрось их ко мне в гараж. Я вернусь завтра ближе к ночи.

Отец часто просил ее выполнять разные поручения. Еще одно доказательство того, как мало он уважает ее и ее работу.

Возможно, она могла бы вернуть его уважение, если бы снова пошла учиться и стала медсестрой или адвокатом, как две ее старших сестры. Но журналистика была ее страстью. Монике казалось: если она прославится, если один из ее сюжетов передадут по федеральным каналам, отец поймет, что и она достойна любви.

Неуверенность и мысли об отце тут же вылетели у нее из головы, когда мимо нее проехала машина Джейка Ламонта и повернула на дорожку к дому.

Она завела мотор и поехала за ним. Сердце часто билось от волнения. Какой получится замечательный сюжет!

Джейк Ламонт остановился у двери гаража и вышел из машины.

Моника припарковалась за ним и последовала его примеру. Боже правый, вчера в официальном костюме он показался ей красавцем, но сегодня, в джинсах и темно-синей футболке, выглядел просто неотразимым.

– Здесь частная территория! Посторонним сюда нельзя. – Его красивое лицо исказилось от гнева. – А я подумала, может быть, утро вечера мудренее и вы все-таки придете на мой подкаст. – Моника наградила его своей самой очаровательной улыбкой.

– Нет, не приду, – ответил он, направляясь к парадной двери.

Она шла за ним по пятам.

– Поскольку последний человек, убитый Мстителем, имеет отношение к гибели вашей сестры, мне бы очень хотелось понять, что вы чувствуете в связи с его убийством.

– Я же сказал: «Без комментариев». Что непонятного? – сухо бросил он через плечо. – Прошу покинуть мой участок.

– Да-да, я сейчас уйду, только последний вопрос. Правда ли, что вы посещали групповые занятия по психотерапии в Нортленде одновременно с Ником Саймоном, Троем Андерсоном и Мэттом Гаррисоном?

Ей показалось, что Джейк оцепенел. Спустя какое-то время развернулся к ней. Его лицо уже не было похоже на гневную маску.

– Ладно. Даю вам пять минут. Заходите, – сказал он и распахнул дверь.