Смертельное удовольствие - Владимир Колычев

Восемь лет в зоне, сутки в пути, еще два часа на такси от вокзала – и Мартын на месте. Бильярдный клуб «Пачекот» на южной окраине Москвы. Комфортабельный зал, четыре игровых стола, ресторанная зона, аккуратные мальчики в белых сорочках и черных жилетах. Клиенты – с виду обыкновенные мужики со спутницами. Мужики за бильярдом, женщины за столиками – все чинно-спокойно, никакого криминала. Слышно только, как перестукиваются шары на столах.

Гладко причесанный парень в коротких брючках молча улыбнулся, приветствуя гостя. Но улыбка эта даже не резиновая, а пластиковая, потому что очень быстро застыла на лице. Ну да, Мартын – гость не перспективный, ветровка на нем дешевая, джинсы такие же убогие. По такой одежке могут сразу же и проводить. Похоже, парень уже думал, как вежливо показать Мартыну на дверь.

– Скажи Глухарю, что я от Альберта.

Мартын не стал спрашивать, как найти Глухаря: не хотел тратить время на пустые разговоры.

Администратор не изменился в лице, но улыбка стала чуточку шире. И даже теплее.

– Не знаю, о чем речь, но я спрошу.

Он беззвучно щелкнул пальцами, предлагая Мартыну немного подождать. Но за барную стойку не показал, промочить горло за счет заведения не предложил.

Ждал Мартын недолго. Администратор с фальшивой улыбкой вывел его через рабочий ход во внутренний двор, где стоял черный «Ленд Крузер».

– Сейчас подойдут, – сказал он, останавливаясь возле машины.

Судя по всему, где-то в клубе находилось скрытое от посторонних глаз помещение, там и мог находиться Глухарь или кто-то из его приближенных. Но Мартына туда впустить не рискнули. Вдруг он – мент. И в машину сесть не предложили. Вдруг опущенный.

Парень уже собирался уходить, когда появился высокий костлявый мужчина с горбатым носом и большим, если не сказать, уродливым кадыком. Это мог быть Кальян, доверенный человек Глухаря, Альберт лично дал его приметы.

– Ты Мартын? – с ходу спросил костлявый.

Он смотрел на Мартына, как будто наждачкой его ошкуривал. Белки глаз желтые, кожа лица темная, нездорового цвета, зубы с гнильцой, запах изо рта, мягко говоря, нехороший. Зато пиджак из мягкой глянцевой кожи, сорочка из настоящего шелка. Ворот рубахи щедро расстегнут, Мартын мог видеть крупные звенья золотой цепи.

– Он самый.

Мужчина протянул ему правую руку, но Мартын еще до этого заметил на пальцах две золотые печатки, под которыми скрывались наколотые перстни.

Мартын не должен был смотреть в глаза, но Кальян не оставлял ему выбора. Трудно было понять, зачем он протянул руку – то ли поздороваться хотел, то ли маляву требовал.

Судя по его взгляду, Кальян желал получить послание от Альберта. Мартын не стал жать ему руку.

– Ты Кальян? – спросил он.

И снова ответ на свой вопрос пришлось искать в глазах костлявого. Сказать можно все, что угодно, а глаза обмануть не могут.

– Кальян.

Мартын мог махнуть рукой, и тогда загнутая с двух сторон трубка сама выпадет в ладонь. Но ситуация не располагала к резким движениям, поэтому контейнер с малявой пришлось вынимать из рукава пальцами.

Послание предназначалось Глухарю, но передать его можно было и через Кальяна. Только через него, никаких других вариантов быть не могло.

– Читал? – сухо спросил Кальян.

– Нет.

Мартын мог незаметно вскрыть контейнер и прочитать послание, но он этого не сделал, поэтому ответ прозвучал четко и убедительно. Кальян кивнул и повернулся к нему спиной.

– Здесь побудь, – обронил он.

И очень скоро скрылся из вида.

А минут через десять появился знакомый администратор.

– Сейчас, – сказал он, открывая дверь «Крузера».

Он почему-то прятал глаза, это не могло не показаться подозрительным. И еще он выгнал машину из внутреннего дворика. И очень скоро Мартын понял зачем.

Из клуба вышел плотного сложения, широконосый и щекастый парень в кожаной куртке, которую он снимал на ходу, обнажая мускулистые плечи под майкой-борцовкой. И еще он разминал шею, давая понять, что собирается атаковать Мартына. Движения у него быстрые, но при этом плавные, как у дикой кошки.

Выбор у Мартына был невелик – или дать бой, или сбежать через приоткрытые ворота. Он выбрал первое, хотя и не подал виду. Не принял боевую стойку, не сжал кулаки. Мало того, растерянно смотрел на щекастого.

Но смотрел на парня не только он. За окном здания кто-то стоял, рукой придерживая занавеску. Возможно, это был сам Глухарь.

Щекастый атаковал с ходу. Дернулся, собираясь выстрелить ногой, но Мартын почувствовал ударное движение в самом зародыше. Он ударил на опережение. Резко вскинул руки и взлетел вверх ракетой, стремительно выбрасывая вперед ногу. И так быстро это у него получилось, что щекастый ничего не понял.

Удар оказался еще и мощным, слышно было, как что-то хрустнуло в грудной клетке. Щекастый упал, попробовал подняться, но у него остановилось дыхание, он в ужасе вытаращился на Мартына.

А из клуба выходили еще двое, такие же мощные и мордастые. Щекастый махал рукой, пытаясь им что-то объяснить, но его не понимали. И Мартын ничем не мог ему помочь. Да и не хотел.