Ночь урагана страсти - Кэт Шилд

– Поверить не могу, что ты мне лгала.

Чтобы не видеть обвиняющий взгляд Лайама Кристофера, Тереза Сен-Клэр отвернулась и переключила свое внимание на документ в его левой руке. Это было завещание его отца. Злоба, с которой Лайам на нее смотрел, глубоко ее ранила. Взаимопонимание, которого они достигли за последние несколько недель, улетучилось за пять минут. Как такое было возможно? Когда она выходила из каюты яхты в ванную комнату, у Лайама было хорошее настроение, и она чувствовала его привязанность. Выходя из ванной, она никак не ожидала, что он встретит ее ледяной яростью.

– Я тебе не лгала, – ответила она в замешательстве. – Что происходит?

Он потряс стопкой бумаг, которую держал в руке.

– Мой отец оставил тебе свои двадцать пять процентов акций «Кристофер корпорейшн».

Что он сделал?

– Это безумие, – пробормотала Тереза, у которой в голове не укладывалось, что ее наставник оставил ей целое состояние. – Я не понимаю.

Шестидесятиметровая яхта медленно скользила по спокойным водам залива Пьюджет-Саунд. Пол под ногами совсем не качался, но у Терезы было такое ощущение, будто она вот-вот поте ряет равновесие. Подойдя к ближайшему креслу, она села в него.

«Почему Лайнус оставил мне наследство?»

– …через год? – услышала она обрывок фразы и поняла, что, пока она была погружена в свои мысли, Лайам продолжал говорить. – Мне нужно, чтобы ты вернула мне эти акции.

Поморщившись от ярости, которой был полон голос Лайама, Тереза посмотрела на него и подняла руки в примирительном жесте.

– Я задумалась и не услышала, что ты только что сказал. Ты не мог бы это повторить?

– Согласно одному из условий завещания, ты сможешь распоряжаться своими акциями только после того, как проработаешь год в компании.

– Что? – пробормотала Тереза, испытав новое потрясение.

– Похоже, мой отец думал, что твое присутствие в нашей компании идет ей на пользу.

Очевидно, сам Лайам так не считал. Его мужественные черты были напряжены от ярости, глаза сверкали, на скулах проступил румянец.

– Все это неприемлемо. Ты не заслуживаешь этих акций, – прорычал он.

– Возможно, – ответила она.

«Но почему твой отец захотел, чтобы они стали моими?»

Схватившись за подлокотник ее кресла, Лайам наклонился к ней:

– Теперь мне совершенно ясно, что ты все это время преуменьшала важность своих отношений с моим отцом.

– Это неправда! – пылко возразила она, поняв, на что он намекает. – Послушай, я понятия не имею, почему Лайнус решил оставить мне эти акции.

– Неужели? – язвительно произнес Лайам.

Тереза стиснула зубы, чтобы сохранить спокойствие.

– У меня не было романа с твоим отцом, – сказала она, хотя сомневалась, что он ей поверит. Похоже, она навсегда потеряла его доверие. Их отношения обречены.

– Ты лжешь.

Терезе хотелось кричать от отчаяния. Ну почему они снова вернулись к этому разговору?

– Какой мне сейчас смысл тебе лгать? Твой отец принял решение. Я не больше, чем ты, понимаю, почему он так решил. До развода твоих родителей у нас с Лайнусом были доверительные отношения. Он был моим наставником. Больше нас с ним ничего не связывало.

Тереза не стала бы ложиться в постель с Лайамом, не будучи полностью убеждена, что он поверил, что она не была любовницей его отца. Боль и разочарование, вызванные яростью и недоверием Лайама, доказали ей, что она была права, когда занималась карьерой и избегала романтических отношений.